Чтение онлайн

– Опять какой-то намек?

– Нет. Просто констатация. Когда вы получили приглашение?

– После двадцатого. Кажется, так. Это было до Рождества, я точно помню.

– Галимов сам позвонил?

– Вы можете себе представить, что со мной он общался через секретаря?

– Я не сомневаюсь, что он звонил сам. Но с кем он говорил? С вами или с вашим мужем?

– Конечно, со мной. В нашей семье все решения принимает женщина. Или вы удивлены?

– Не удивлен.

– Мне не нравятся ваши намеки. Вы все время пытаетесь убедить меня, что знаете гораздо больше, чем говорите. Если вам что-то известно, то скажите мне об этом. А если неизвестно, то не нужно делать такие непонятные намеки.

– Если я скажу, что погибший был не очень скромным человеком, вы в это поверите?

– Безусловно. Я его слишком хорошо знала. Вернее, знаю такой тип мужчин. Мой первый муж был похож на него. Или он похож на моего первого мужа.

– Говорят, о покойниках нельзя говорить плохо. Но это явно не тот случай. Насколько мне стало известно, он не умел скрывать своих романтических увлечений…

– Тише, – теперь уже попросила Рахиля, оглядываясь на дверь спальни, – пожалейте его несчастную жену. Или уже вдову. Не могу даже произносить это слово.

Дронго поднялся и коротко кивнул. Рахиля встала следом.

– Он что-то рассказывал? – уточнила она тихо.

– Вы сами все знаете, – ответил Дронго.

– Даже после этого я его не убивала, – сказала Рахиля, – и не могла такого сделать. Он мне нравился. Именно таким – беспринципным и наглым. Может, это была ошибка, что я позволила ему так приблизиться ко мне…

– Да, – согласился Дронго, – мне тоже так кажется.

Он услышал шаги за дверью, прислушался. Кто-то спешил именно к ним. Через несколько мгновений в дверь постучали, и Рахиля шагнула, собираясь открыть дверь.

– Осторожнее, – сказал Дронго, поднимая руку, – не подходите к дверям. Разрешите, я открою сам.

Рахиля прикусила губу и отошла в сторону. Он шагнул ближе, посмотрел в глазок. У дверей стоял Квернер.

– Что случилось? – спросил Дронго у старшего инспектора. – Вы так взволнованы…

– Нашли, – выдохнул Квернер, – мы нашли орудие убийства.

Дронго вышел в коридор и увидел спешивших к номеру посла Набатова и советника Баграмова. Очевидно, они решили подняться в сьют, где находилась супруга посла. Квернер оглянулся на них, но ничего не сказал.

– Что случилось? – гневно спросил Набатов. – Какое право вы имеете сюда приходить и допрашивать мою супругу без моего разрешения? И без нашего представителя?

– Ее никто не допрашивал, – возразил Квернер, – я даже не входил в этот сьют, господин посол. Вы можете сами узнать об этом у своей супруги.

Рахиля появилась на пороге.

– Не нужно так нервничать, – посоветовала она супругу, – и не кричите. Айша приняла снотворное и, кажется, заснула. Ей сейчас тяжелее всех.

– Мы должны вернуться в «Империал», – предложил Набатов.

– Нет, – возразила Рахиля, – поезжайте без меня. А я останусь здесь на ночь, вместе с Айшой. Ее нельзя оставлять одну.

– Следователи могут прийти сюда, чтобы вас допросить, – напомнил Баграмов.

– Они не имеют права ее допрашивать, – вмешался Набатов.

– Меня никто не допрашивает, – возразила Рахиля, – и не нужно больше ничего говорить. Мы просто побеседовали с господином Дронго. Странная кличка для сыщика…

– Он известный эксперт, – пояснил посол, – но он не официальное лицо, а частное. И не имеет права тебя допрашивать.

Дронго пожал плечами, не вступая в спор. Баграмов протиснулся к дверям, словно намереваясь защитить Рахилю. Посол гневно смотрел на Квернера и Дронго. Старший инспектор тоже ничего не стал говорить. Он поспешил к лифту, увлекая за собой Дронго.

– Удалось побеседовать? – спросил он, когда они вошли в кабину лифта.

– У нас был сложный разговор, – признался Дронго, – в соседней комнате спала ее троюродная сестра, ставшая вдовой и бывшая ее соперницей. Она любила погибшего.

– Думаете, это убийство из ревности?

– Нет. Она прекрасно знала, что он далеко не ангел. Ей было с ним интересно, но особых иллюзий по его поводу она не питала. Интересная ситуация. К его жене она абсолютно не ревновала. А вот к другим женщинам, с которыми он мог встречаться, была просто беспощадна.

– Типичная женская логика, – кивнул Квернер, – когда жену не ревнуешь, а другую женщину считаешь соперницей.

– Где вы нашли нож? – спросил Дронго.

– Под столиком на первом этаже, – сообщил Квернер.

– Какой это нож?

– Даже не нож – тонкий стилет. Но хорошо заточенный. На нем остались капли крови.

– Отпечатки пальцев есть?

– Пока не знаем. Эксперты работают.

– Вы можете показать, где нашли нож?

– Конечно. Совсем недалеко от туалета, в большом зале на первом этаже. Убийца, уходя, бросил нож там.

Они вышли из кабины лифта, направляясь к кабинету менеджера, где их уже ждал Штреллер. Настроение у него значительно улучшилось, как будто они уже установили личность убийцы.

– Если найдем отпечатки пальцев, то сразу определим преступника, – довольно сообщил Штреллер. – Я попросил наших экспертов тщательно исследовать нож. Снимем отпечатки пальцев у всех подозреваемых и отправим в наше дактилоскопическое бюро. Утром получим результат и узнаем имя убийцы.

– Очень странно, – задумчиво покачал головой Дронго. – Так хорошо все продумано – и такая глупость с этим ножом.

– Почему глупость? – не понял Штреллер.

– Убийца очень рисковал – вышел из туалета с ножом и выбросил его под столик. Но это просто нелогично, вам не кажется?

– Не понимаю, что вас не устраивает? – спросил Штреллер.

– Поведение убийцы, – пояснил Дронго, – нелогичное поведение. Зачем выходить из туалета с ножом и так глупо рисковать, чтобы почти сразу выбросить его под первый попавшийся столик, рискуя, что его могут сразу же обнаружить? Легче было оставить орудие на месте преступления.

Штреллер взглянул на Квернера. Тот молчал.

– Может, он просто сильно волновался или не думал об этом? – предположил Штреллер. – Убийцы иногда поступают очень нелогично.