Чтение онлайн

– Это ведь на самом деле…

Не успел он закончить, как в дверь позвонили. Оба одновременно взглянули на экран домофона, и тэнгу вскочил с дивана. Он молча пошел в прихожую и, убедившись, что Надзукихико спрятался за книжным шкафом, спокойно открыл дверь.

– Здравствуйте. Чем могу помочь?

– Прошу прощения за внезапный визит. Вы не встречали эту девочку?

Выглянув из-за шкафа, Надзукихико увидел, что гостья протягивает хозяину фотографию. Со снимка на них с улыбкой смотрела Сихо в школьной форме.

Фотографию принесла пожилая женщина с тугим узлом седых волос на голове. Аристократическое лицо смотрело строго. Прямая спина, тонкий кардиган, удобные свободные брюки, но если бы женщина надела кимоно, то выглядела бы как преподаватель чайной церемонии или икебаны.

– Это моя внучка. На майские праздники она приезжала сюда, а потом пропала.

– Какой ужас…

– Вы ее не встречали? – снова спросила женщина у растерянного Дзюнтэна и вдруг заговорила резче: – Ты ятагарасу или тэнгу?

Надзукихико хорошо слышал их беседу из комнаты и удивился.

– О чем вы говорите? – округлил глаза хозяин дома, но бабушка Сихо не отступала.

– Я встретила у деревни светловолосого мальчика, он посоветовал мне наведаться сюда. Сказал, что здесь есть ятагарасу и тэнгу, они не люди, но наверняка мне помогут.

Опять он.

Бабушка не отрывала упрямый взгляд от тэнгу. Как эти глаза напоминают Сихо!

– Мне все равно, люди вы или нет. Знаете что-нибудь про мою внучку?

Дзюнтэн на мгновение замолчал, а потом оглянулся:

– Надзукихико. Тебе тоже лучше поучаствовать.

Тот чуть поколебался, но вышел из-за шкафа. Тэнгу отступил от двери, пропуская женщину внутрь.

– Прошу вас.

Сихо жива. Когда Хисано услышала об этом, ей показалось, что впервые за долгое время она смогла нормально вздохнуть.

– Правда? Значит, с ней все в порядке?

– Она прекрасно себя чувствует, – сказал молодой человек, который назвался Надзукихико, один из ее новых знакомых.

– А вы, госпожа Хисано, не удивляетесь тому, что она оказалась в священных землях? – спросил второй, Танимура, хозяин хижины.

Чувствуя, что силы покидают ее, женщина кивнула:

– Я знала, что на горе живет что-то нечеловеческой природы, и предполагала, что внучка оказалась в безвыходной ситуации. Беспокоилась лишь, все ли с ней в порядке… Но раз она жива, то дальше справится.

Танимура с интересом подался вперед:

– Вы так говорите… Значит ли это, что церемония уже существовала в том же виде, когда вы сами жили в деревне?

– Конечно. Поэтому я и ушла из деревни вместе с дочерью. Это было тридцать семь лет назад.

В девятнадцать лет Хисано вышла замуж и переехала в это поселение, но о церемонии ничего не знала. Впервые она почувствовала что-то странное, когда родила старшего сына, Сюити: ее муж заявил, что непременно хочет дочку. Тогда она просто удивилась: «Надо же, как он ждет девочку», но через некоторое время после рождения дочери увидела, что в дверь соседнего дома воткнули красную стрелу с белыми перьями.

Каждый год в мае внутри храма на озере Рюганума проводили церемонию поднесения жертв Ямагами, но в тот год в сундуке перед храмом оставили соседскую девочку. На следующий день она исчезла вместе с лепешками, оставленными на алтаре. Хисано, считавшая церемонию обычным деревенским праздником, испугалась.

– Я стала расспрашивать, а муж ответил: «Мы следующие». В деревне не было специальных жрецов, поэтому каждая семья по очереди бралась организовать праздник. Только тогда я поняла: муж знал, что очередь вот-вот дойдет и до его семьи, поэтому и хотел, чтобы родилась дочь. Он утверждал, будто это почетная обязанность и все делается ради деревни. «Теперь мы готовы к церемонии, когда бы ее ни провели», – говорил он, гладя Юмико по голове. Я не могла поверить услышанному.

Если в жертву приносили хорошую посвященную, деревня на некоторое время оказывалась в безопасности. Но если божество оставалось недовольным, оно сразу требовало новую девушку, а на деревню обрушивались всяческие бедствия.

Муж Хисано заботился о Юмико не потому, что она была его дочерью, но чтобы вырастить хорошую посвященную. Хисано решила, что это не шутки. Она собралась сразу же бежать с Юмико и Сюити, однако сын, услышав о ее планах, раскричался и стал звать отца. Хисано пришлось хватать пятилетнюю дочь и пытаться удрать с ней.

– С тех пор я разорвала с деревней все отношения.

– Госпожа Сихо говорила, будто дядя ругался: якобы из-за того, что мать сбежала, в деревне все пошло кувырком, – проговорил Надзукихико.

Танимура кивнул:

– Видимо, дело было так: когда госпожа Хисано увезла дочь, посвященных пришлось искать на стороне. Естественно, тем хотелось убежать гораздо сильнее, чем девушкам, воспитанным в деревне, поэтому надолго этих «плохих посвященных», как их называли жители поселения, не хватало.

Деревня никогда не была большой, и там нечасто появлялись девушки нужного возраста. Зная очередность, обитатели кое-как ухитрялись подготовить посвященных, но со временем перестали успевать, и пришлось искать жертв среди посторонних.

– Стало быть, и пожирал их Ямагами все быстрее. Ни с какими деньгами и связями в современной Японии невозможно поставлять девушек, которых не будут искать. Поэтому они обвинили во всем вас, госпожа Хисано.

Та фыркнула:

– Могли бы просто переехать. Идиоты.

Танимура горько усмехнулся:

– Похоже, даже те, кто покинул деревню, ничего не добились и вернулись обратно. Дома любое дело процветало, но стоило на гребне успеха попытаться уехать – все сразу рушилось. Зато после возвращения в деревню работа удивительным образом налаживалась.

– Ах, ах, какие молодцы! – холодно отозвалась Хисано и сурово посмотрела в сторону деревни. – У Сихо нет другой родни, кроме меня. Сын, наверное, думал, что я одна не справлюсь, только и останется мне, что засыпать в слезах каждую ночь, но я этого так не оставлю. Я обязательно верну внучку.