Чтение онлайн

Он быстро сообразил, что главное для Светланы «поставить на ноги» пациента и именно от этого она получала профессиональное удовлетворение. Светлана была фанатиком своей профессии, и сама не понимала, как безошибочно устанавливает диагноз, но, посмотрев на человека, уже знала, какой орган дает сбой. Просто поток энергии от него идет другой интенсивности, более слабый. Дар позволял обнаружить такие неполадки в организме, которые ещё не сформировались в конкретное заболевание, т.е. предупредить болезнь на самом начальном этапе развития. Её необычайные способности, которые не укладывались в головах не только обычных людей, но и профессоров, академиков, неоднократно проверялись различными комиссиями. Как правило, все тестирования заканчивались спорами до хрипоты её членами и признанием феноменальных способностей девушки, которые фундаментальная наука пока объяснить была не в состоянии.

Девушка не раз говорила: «умею и всё». Она «видела» это с детства и до восьми лет думала, что и другие люди обладают подобным, пока случайно, играя в доктора и усадив напротив себя подружку Катю, не объявила, что будет лечить у неё ушки. Мама Кати, в присутствии которой играли дети, спросила, откуда она узнала, что ночью у дочки болело ухо. Девочка ответила, что этого не знала, а только сейчас «увидела». Тогда мама подружки спросила, какое ухо болит у Кати, Светлана безошибочно показала пальчиком на правое ухо. Не всегда дар срабатывал с первого раза. Вот тогда Светлана отпускала свой разум, входила в легкий транс и открывался внутренний «канал». После этого обостренная интуиция подсказывала правильный путь. С пяти лет она мечтала стать врачом, и в другие игры, кроме как в доктора никогда не играла. В то время, когда все дети читали сказки, она попросила родителей купить ей книгу о полезных свойствах растений и через год могла определить любое растение и его применение в медицине. Изучение физиологии человека девочку влекло больше, чем самая лучшая художественная книга, а в атласе анатомии человека в восемь лет раскрасила разноцветным фломастером все кости и прикрепляющиеся к ним мышцы. Когда девочке было чуть больше девяти лет, родители попали в автомобильную катастрофу – на мотоцикле ехали на дачу ранней весной сажать помидоры, которые везли в картонных коробках в коляске. Тогда саженцы переросших томатов покрыли всю дорогу, а смерть родителей была мгновенной. Её определили в интернат, откуда через семь месяцев забрала родная сестра отца, приехавшая за ней из другого города. Тетя тоже хорошо разбиралась в лекарственных растениях и с ней и её сыновьями – близнецами в выходные дни они ползали по полям и горам – собирали лечебные травы, а потом готовили настойки, отвары, экстракты и лечили ими людей. Это занятие было существенной прибавкой к их семейному бюджету, который был настолько скудным, что дети вдоволь никогда не наедались. Раиса Даниловна – так звали тётю, научила племянницу разбираться во влиянии луны на целебные свойства лекарственных трав и на организм человека в целом. Светлана среди множества трав отыскивала именно то растение, которое не только лечило, но и помогало человеку, утратившему обратную связь с природой её устанавливать. Уже в старших классах к ней обращались больные за помощью, и, хотя накопившихся знаний было достаточно, чтобы лечить людей и образования – то дополнительного не требовалось, но она решила поехать в Москву и поступила в Медицинскую Академию им. Сеченова. Так получилось, что на втором курсе она помогла избавиться от камней в почках своему преподавателю – заведующему кафедрой Якову Самуиловичу, которому почти три месяца приносила из дома заваренную в термосе травяную настойку. Когда он сделал контрольные анализы, почки его были девственно чистыми. Профессор рассказал о чудесном выздоровлении своему двоюродному брату, член – корреспонденту РАМН, профессору Гилявскому Михаилу Борисовичу, у сына которого была частная клиника в самом центре Москвы. Девушку вскоре пригласили в клинику на собеседование. Там ей устроили обструкцию самые настоящие светила отечественной медицины, которые по просьбе профессора попросили провести на себе диагностику, да ещё привели с собой знакомых с патологией. У одной женщины не было одной почки, другая – с кардиостимулятором, у мужчины – резекция желудка, даже нашли пациента с зеркальным расположенным сердцем . Она ни разу не ошиблась.

Академики спорили между собой до хрипоты, но пришли к общему знаменателю, признав у неё присутствие некого феноменального дара, хотя и не могли дать этому явлению научного обоснования.

Сразу после так называемого «собеседования» о ней заговорили в медицинских кругах, а на полставки в качестве медсестры её пригласил сын Гилявского в свою частную клинику. Пять лет вечерами после занятий она бегала на работу – там познакомилась с буддийским монахом, который стал её другом и научил иглоукалыванию.

. Шагая по коридору к шефу, Светлана с удивлением обнаружила, что у кабинетов других врачей очереди не было, в то время как у ее кабинета сидит толпа пациентов.

«Вот что – напомню шефу о прибавке к окладу, которую он обещал, да так и не дал», – подумала Светлана, переступая порог кабинета главного врача.

Виктор Леонидович был крупным мужчиной с пышной шевелюрой каштановых волос, чуть тронутой легкой сединой и с прекрасными выразительными карими глазами. На вид ему было около сорока лет, хотя был на пять лет моложе. Одевался он элегантно, дорого и модно. Вот и сегодня он был одет в шикарный брендовый костюм, на руке блестели часы от Cartier, а в манжетах дорогие запонки – одним словом, его имидж соответствовал занимаемой должности владельца частной клиники в центре Москвы. При весьма респектабельной внешности, умению находить компромисс за счёт хорошо подвешенного языка шеф имел существенный недостаток, о котором не подозревала Инка – он был неравнодушен к женскому полу. Однако по отношению к Светлане всегда вёл себя предельно корректно и не допускал вольностей. Увидев девушку, входящую в кабинет, Виктор Леонидович приподнялся с кресла, сделал несколько быстрых шагов навстречу и, легко стиснув её ладонь, сказал:

– Приветствую, тебя! Присаживайся для серьезного разговора, – и жестом руки указал на кожаное кресло у стола.

Обойдя овальный, из полированного дуба стол, она присела напротив священнослужителя в черной рясе и с большим крестом на груди. Виктор Леонидович пояснил Светлане, что утром ему позвонили из мэрии с просьбой оказать содействие Московской Патриархии в одном деликатном деле.

– Сейчас отец Константин нам расскажет о причине своего визита, без тебя не стал посвящать в детали, – резюмировал он.

Старый священник внимательно и с интересом несколько мгновений изучал доктора, а затем мягко задал вопрос:

– Верите ли вы, дитя мое, в Бога?

Видимо, этот неожиданный вопрос даже Виктора Леонидовича, привыкшего к всевозможным жизненным сюрпризам, заставил заерзать в кресле.

Светлана неопределенно пожала плечами и, секунду другую поразмышляв, ответила.

– Если вы имеете в виду официальную версию церкви с её религиозной доктриной, то это не про меня: я не знаю молитв, у меня дома нет икон. Я также не знакома с содержанием Библии, поскольку никогда её не читала. Недавно услышала о Троице, а кто или что это понятия не имею. Я не исключение и как все люди, периодически задаю себе вопрос: откуда взялось человечество? А как только появляется такая мысль, что не всё само собой произошло – добро пожаловать в философию Божественного.

Священник кивнул и уточнил:

– А какова ваша лично философия Божественного?

– По образованию я не физик, поэтому могу лишь доверять ученым. Как они утверждают, что удачное стечение обстоятельств создало Вселенную и она постепенно преобразовывалась: расширялась, охлаждалась, пространство растягивалось в итоге из плазмы возникало вещество, из которого образовались звёздные скопления – Галактики. Этот процесс назван эволюцией Вселенной, которой, по мнению астрофизиков около 14 млрд. лет. В результате эволюции Вселенная пришла к виду, который она имеет сегодня.

Священник многозначительно покашлял.

– Ваша философия мне понятна. А далее? Что далее произошло? Из амебы возник человек, так? – он с укоризненной улыбкой смотрел на девушку. – Взял и из бульона вынырнул. – он насмешливо хихикнул.

Светлана аж вспыхнула от его насмешливого хихиканья. Она так не считала и всегда крайне скептически относилась к догмам теории эволюции.

За неё неожиданно вступился Виктор:

– Ну это же всем известная теория из учебников. Возникла некая точка с бесконечной плотностью, с немыслимой температурой и немыслимым давлением, именуемая черная дыра, затем произошел Большой взрыв. Потом метеоры врезались в первозданную атмосферу земли. Началось формирование аминокислот. Пошел этап от первых органических соединений к одноклеточным. От одноклеточных к многоклеточным. И далее начался бурный процесс эволюции, организмы становились все сложнее и сложнее. Рыбы, амфибии, рептилии, птицы, млекопитающие, приматы. До появления первой органической жизни прошло десять миллиардов лет. Затем последовали новые миллиарды лет всяческих мутаций, в результате которых появился человек.

– Значит места Богу в вашей замечательной теории создания человека нет? – уточнил священник, обращаясь к ним.

– Такова теория эволюции, – уклончиво парировал шеф.

Светлана посмотрела на одутловатое лицо священника, темные круги под глазами полными печали и ей стало его жаль. Решила сгладить категоричность шефа.

– На мой взгляд, в существующей теории эволюции фактов пока недостаточно и ученые биологи вынуждены довольствоваться более или менее спорными теоретическими построениями. При этом, как правило, они заполняют периодически эти пробелы своими гипотезами. Дело в том, что эволюционные скачки на самом деле нуждаются в огромных временах. То есть гипотеза случайности разумной жизни на Земле опровергается не только длительностью эволюции, но ограниченного солнечного ресурса. Возникает вопрос: почему в природных условиях живые клетки возникли в мировом "бульоне" чуть ли не тотчас после возникновения приемлемых внешних условий, таких как температура и давление, а в лабораторных это не удается сделать ученым при самых хитроумных ухищрениях человеческого ума? И таких вопросов у меня немало.

Священник прервал её рассуждения жестом и поинтересовался:

– А в храме вы хотя бы бывали?

– Посещала католические соборы за рубежом в качестве туриста. Просто заходили. посмотреть.

Наступила долгая пауза, после которой отец Константин вздохнул и с сожалением произнес:

– Наверное, мы зря к вам обратились. Ничего у нас не выйдет.

– Это почему же? – обеспокоился Виктор Леонидович.

– Люди вы образованные, владеете теорией эволюции и сейчас поймете, почему моему деликатному делу в данном случае грозит полный провал. Я поясню свою мысль. В нашей обители, расположенной в соседней области, давно болен настоятель монастыря. Сейчас он в плохом состоянии, но выезжать из монастыря не желает. В мэрии нам порекомендовали врача, который известен своими медицинскими успехами. Мы посоветовались в Патриархии, и решили попросить этого доктора посетить настоятеля и полечить его так сказать на месте. в монастыре. – В его глазах промелькнуло глубокое сожаление. Помолчал, а затем продолжил. – Монастырь находится в трехстах километров от Москвы, совсем недалеко от старинного городка Белева, который упоминается даже в Ипатьевской летописи в 1147 году. Монастырь этот мужской, один из древних в России и есть предположение, что возведен тоже в это время. Там несут службу монахи, приезжают паломники и прибывать в православной обители неверующему в Спасителя человеку, не носящему нательный крест, – он опустил взгляд с лица Светланы на шею, где на золотой цепочке висела красивая подвеска в виде знака зодиака «Козерог», – будет нецелесообразно, вернее, неисполнимо для самого этого человека. Вывод таков: лечить настоятеля монастыря должен православный доктор, прежде всего – по этической причине. В этом заключается деликатность дела. Вы со мной согласны? – он многозначительно посмотрел на Светлану.

Она была обескуражена.

– Не согласна. Вернее, скажу так: несмотря на особое место пребывания вашего пациента для его успешного лечения мне достаточно собственных познаний функционирования организма человека. Лечить больного можно в любом социуме, даже изолированном от внешнего мира – в монастыре, тюрьме, горной пещере или пустыне. А сам статус пациента для меня не имеет никакого значения. как и его религиозность.

– К – хе, к – хе. у вас, доктор всё в голове перемешалось, что кесарь, что слесарь – одно. Сначала вы говорили, что удачное стечение обстоятельств в виде Большого взрыва создало Вселенную, а затем подвергли сомнению самозарождение жизни на земле. Тогда разъясните мне неучу: первый человек, откуда взялся?