Чтение онлайн

– Откуда ты знаешь, что ее убили вьетконговцы?

– Было расследование. Они всех убивают, кто не хочет их поддерживать. И если им поддаться, они всех нас перебьют. И поэтому их нужно уничтожать. Я буду им мстить - за себя, за мать.

– Ну ладно, хватит о политике, - перебил сына Хоанг, которому каждое слово причиняло боль.

– Вот-вот!
– еще больше распалился Виен.
– Если вьетконговцы нас сожрут, то из-за таких, как вы, нейтралистов.

– Нейтрализм - это политика, - возразил Хоанг.
– А я уже сказал, что политика меня не интересует.

– Действительно, хватит о политике, - вдруг примирительно сказал Виен.
– Расскажи лучше... Расскажите лучше о себе.

– Тебе хочется назвать меня на "ты"?
– потеплел Хоанг.

– Каждому человеку нужен отец, - серьезно ответил Виен.
– Особенно остро это ощущаешь, когда у тебя его не было с детства.

– Тогда - прочь церемонии.

– Попробую.

И Виен улыбнулся отцу.

Смятение, которое Хоанг испытал в первые минуты их встречи, вновь вернулось к нему. Да, его сын - враг. Но ведь это е г о с ы н! Это их с ы н - его и Лан! Пусть он - враг, но в нем есть что-то человеческое, порядочное. И Хоанг не может, не имеет права отступиться от него! Эта их первая встреча не должна быть единственной! Ведь он столько лет ждал ее! Нет, он обязан что-то сделать. Но что? Рассказать Виену о его матери, о том, как они вместе начинали борьбу? Рассказать, что суровые законы подпольной работы разлучили их с Лан не на год, не на два, а на целые двадцать лет? Рассказать, что отец Лан проклял свою дочь за то, что она стала революционеркой и что именно поэтому дядя отобрал у нее Виена? А Хоанг не сомневался, что четырехлетнего Виена разлучили с матерью именно из-за этого. Хоанг о многом мог бы рассказать своему сыну. О том, как шагал сотни километров по пыльным дорогам, пробирался по топким болотам, по непроходимым джунглям, изъеденный до язв москитами, изнывающий от жары и жажды. О том, как не ел, не спал по нескольку суток, как спасал под бомбами детей в деревеньке, где стоял их отряд.

Да, Хоанг многое мог бы рассказать Виену. Увы, это было исключено. Во всяком случае, сейчас. Остается только ждать, присматриваться к нему, исподволь искать пути к глубинам его души, где, может быть, осталось еще что-то такое, что сможет их сблизить. Может быть...

– Мне рассказывать особенно нечего, - задумчиво произнес Хоанг, стараясь отогнать от себя невеселые воспоминания.
– После того как мы расстались с твоей матерью, я уехал в Лаос, открыл небольшой магазин. Десять лет назад вернулся, поселился в Хюэ. Я ведь родом оттуда.

– А в Хюэ у тебя тоже магазин?
– Виен уже окончательно перешел на "ты".

– Да.

– А чем ты торгуешь?

– Продаю картины на лаке.

– Сюда приехал ненадолго?

– На месяц-полтора. Хочу расширить дело и перебраться в Сайгон.

– Это было бы неплохо. Мы могли бы чаще видеться.

– Конечно, - согласился Хоанг.
– Одиночество - паршивая штука. Знаю по себе. У тебя ведь здесь тоже нет близких, насколько я понимаю.

Виен отрицательно помотал головой.

– Встречаешься с какой-нибудь девушкой?

Виен замялся:

– Как тебе сказать? В общем-то, да.

– А кто она?

– Студентка. Учится в пединституте. Живет с матерью. Мать держит галантерейную лавку.

– Тоже без отца?

– Да нет. Отец у нее есть. Но он с ними не живет. Она - метиска. Ее отец - американец.

– Ну, сейчас это не редкость.

– А Лан ужасно переживает. В детстве ее всегда дразнили, да и сейчас задевают. Но она очень хорошая девушка.

"Лан!
– снова кольнуло Хоанга.
– Лан!"

– Ты ей тоже нравишься?

– Не знаю. Не могу ее понять. У нее такой вздорный характер.

– А как вы познакомились?

– Когда я учился в Штатах, ее отец преподавал у нас психологию. В позапрошлом году я приезжал сюда на каникулы, и он попросил передать Лан и ее матери подарки от него. Кстати, господин Уоррел иногда приезжает сюда. Это необыкновенный человек. Вьетнам знает так, что можно позавидовать. Я ему многим обязан. Он помогал мне в Штатах и вообще заботился обо мне. Почти каждый праздник я проводил в его доме, ездил с ним отдыхать на море. Он и устроил меня работать в "Феникс" через своих знакомых. Такое место сейчас нелегко получить. Я вас обязательно познакомлю. Он тебе понравится.

"Что ж, - подумал Хоанг, - встреча с этим Уоррелом не помешает. Даже наоборот - такие связи только охраняют. Тем более что знакомство будет вполне обоснованным и не вызовет подозрений ни у охранки, ни у американских секретных служб. А этот Уоррел, судя по всему, не простая птица и явно имеет к ним отношение. Преподает психологию в академии и иногда приезжает во Вьетнам. Не в ЦРУ ли работает этот "психолог"?"

– Через два дня - Тет, - сказал он Виену.
– Где ты его празднуешь?

– У Лан. Она с матерью и я. А знаешь что - пойдем к ним вместе.

– Это, наверное, неудобно. Они приглашали только тебя. Тет - праздник семейный. Как же ты явишься вдруг с незнакомым человеком.

– Госпожа Бинь считает меня своим человеком в доме, - продолжал уговаривать отца Виен.
– Она всегда так сокрушалась, что у меня нет родителей. В общем, решено: мы идем вместе.

Предположение Хоанга оказалось верным. В центре "элегию" Смелого расшифровали с помощью его жены очень быстро. Она рассказала, что познакомилась со своим будущим мужем в небольшом кафе "Виньлой" на бульваре Нгуен Хюэ и что Смелый подарил ей нефритовый медальон в форме сердечка. Передав Хоангу сообщение центра, связной вручил ему и этот медальон.

В четверг в двенадцать часов дня Хоанг подошел к кафе "Виньлой". Войдя внутрь, он сразу же увидел Смелого. Мужчина лет сорока в военной форме с одутловатым лицом и коротко подстриженными волосами сидел за столиком у окна и задумчиво вертел в руках пятипиастровую монету. "Элегия" была расшифрована правильно", - радостно подумал Хоанг и направился было к столику Смелого.

Но в этот момент из кухни вышел официант с подносом, на котором стояла чашечка кофе, и направился к столику Смелого. Увидев лицо официанта, Хоанг понял, что нужно немедленно уходить и что больше ему появляться в "Виньлое" нельзя.

Он узнал этого парня сразу. Тот был платным осведомителем полиции и раньше работал в отеле "Мажестик". Года полтора назад Хоанг, который приезжал в Сайгон по заданию центра, встречался в ресторане отеля с подпольщиком, тоже работавшим под "крышей" бизнесмена. Тот, видимо, попал в поле зрения полиции и привел за собой "хвост". Их попытались взять прямо в ресторане, и официант принимал в этом участие. Хоангу и его товарищу с трудом удалось уйти, пришлось отстреливаться... Официант не мог не запомнить Хоанга в лицо, потому что в течение нескольких дней обслуживал его, когда тот жил в отеле.

"Что же теперь делать?
– думал Хоанг, направляясь в сторону набережной.
– Как установить контакт со Смелым?"

И тут он вспомнил о брате. Ну конечно же! Шон отправится в следующий четверг в "Виньлой" и назначит Смелому новое место встречи с ним, Хоангом.

– Не верю, - голос Шона прозвучал глухо.
– Не могу поверить. Понимаешь? Не могу.

– Понимаю, брат. Когда я услышал...
– Хоанг махнул рукой и закурил.

– А сын? Сына ты видел?

– Видел.
– Хоанг смотрел в одну точку, медленно выпуская дым изо рта.
– Видел. Он... он - враг. Офицер службы безопасности...