Чтение онлайн

А в подвале одного старого дома, на полуобвалившейся штукатурке, нашли полустёртые от времени настенные надписи. Оказалось, что во время фашистской оккупации там была тюрьма.

По этим надписям местные краеведы смогли узнать судьбы многих людей и сообщить об этом их родственникам.

"Наши краеведы" любили свой родной город и верили, что главная тайна Полтавы ещё не открыта, а разгадка находиться где-то впереди: за неистово бушующей липой; за задумчивым обликом гипсового ангела, или в сверкающих водах тихоструйной Ворсклы, серебряным лезвием с севера на юг разрезающей Полтаву на две неравные половинки.

После физзарядки отправились к Андрюше, в угловую квартиру на первом этаже. Квартира неуклюжая: одна комната огромная, а другая почти кладовка. Длинный извилистый коридор и кухня похожая на кишку. Даже ванной нет. Вместо неё, скромный поддон душа. Дима считал, что такие некомфортные условия во многом способствовали сильному физическому развитию Андрюши.

Ребята расположились на кухне. Большое прямоугольное окно выходит на перекрёсток. Там мелькают машины. На противоположной стороне улицы хорошо видна строгая высокая башня с массивным циферблатом. Огромные цифры показывают без шести минут девять.

Из окна льётся солнечный свет, озаряя прямоугольные трапеции суетливо порхающих пылинок. Солнечные зайчики весело поблескивают на металлическом приплюснутом чайнике, изогнутом водопроводном кране и других более мелких предметах. Старенькое радио флегматично сообщает о ходе сельскохозяйственных работ на Полтавщине. Андрюшина бабушка хлопочет возле плиты.

Она и Диму усадила завтракать. Томин хоть и завтракал дома, но не смог устоять перед соблазном. Уж очень аппетитно пахло в Дорошенковской кухне. На столе исходят паром: овсяная каша, пузатые, сочные сосиски и зелёный чай.

— Вы на речку пойдёте после завтрака? — поинтересовалась бабушка.

— Посмотрим, может, и пойдём, — нерешительно ответил Андрюша.

— Ты, Дима на него повлияй, — доверительно обратилась она, — нужно же и отдыхать. А то внук перезанимается на своём турнике. — и она кивнула в сторону внука.

— Бабушка! У меня всё нормально! — в голосе Андрюши появилось раздражение.

Дима случайно глянул в окно и вскочил.

— Андрюха! Смотри!

С часами, на башне, стало твориться что-то невообразимое. Тёмно-красный цвет цифр сменился на ярко-желтый, затем на ядовито-зелёный, после на чёрный с огненной окантовкой.

Быстро замигав, часы потухли. Из циферблата повалил густой смолянистый дым, разрезаемый длинными языками пламени. Через несколько минут послышался истерический рев пожарных машин.

Башня с часами — один из символов города. Красные, угловатые цифры на чёрном фоне хорошо просматриваются на большом расстоянии. По этим часам сверяют время. Под ними назначают деловые встречи и любовные свидания.

— Не реальный какой-то пожар. Никогда не видел, чтобы часы так меняли цвет цифр. И такое странное пламя. Ты что на это скажешь, Дима?

— Сам удивлён. — Дима задумался, — Во сколько они загорелись? Что-то около девяти?

— По-моему, ровно в девять.

Дима стукнул себя по лбу:

— Слушай! Ты не забыл, какое сегодня число?

Андрюша улыбнулся:

— Ты всё сводишь к мистике, — а затем иронично произнёс: — Часы загорелись не случайно! Это духи убитых шведов воспламенили их! А дальше будет ещё и не такое!!! — и тихо рассмеялся.

Сегодня действительно не обычный день. Наступило 26 июня 2009 года — канун трёхсотлетия Полтавской битвы. И город готовился к этому юбилею. Местные власти отремонтировали все дороги и тротуары, отреставрировали фасады и благоустроили парки.

На празднование Полтава ожидала Короля Швеции, президентов Украины и России, а так же многочисленные делегации из зарубежных стран. По всем телеканалам и во всех газетах не умолкали сообщения об этом событии. Многие гости начали прибывать ещё за неделю.

После завтрака, друзья отправились погулять по городу. Наполненные туристами улицы, так и манили.

Прошмыгнув через арку, на своде которой покачивался закопчённый фонарь с внушительной цифрой 46, ребята вышли на Октябрьскую и направились к центру города.

На перекрёстке, возле башни, собралась большая толпа. Прямо на тротуаре стоят две пожарные машины. Пожарники уже потушили пламя и сворачивают шланги.

Октябрьская шумит, как растревоженный улей. Мелькают автомобили, суетливо теснятся прохожие, сверкают витрины и ослепительные улыбки женщин, словно яркие цветы, создающие неповторимое очарование Полтавы. Высокие каштаны, аккуратно высаженные вдоль тротуаров, скрестили древесные пальцы посреди проезжей части, образуя бесконечный зелёный свод. Под ним, респектабельно скользят иномарки, шныряют озабоченные "Жигули" и важно проплывают автобусы и троллейбусы.

На фонарях развиваются украинские, российские и шведские флаги. Поперёк улицы натянуты канаты. К ним прикреплены гирлянды с живыми цветами и электрической иллюминацией. Слышится английская, шведская, немецкая и польская речь.

Довольные иностранцы, в панамах и шортах, видеокамерами и мобильными снимают улицу и отдельные здания. Особенно нравится туристам большой резной терем с двумя огромными каменными гарпиями, грациозно сложившими крылья на рельефных постаментах под стрелообразной крышей с обеих сторон массивного балкона.

Проходя мимо терема, Дима невольно глянул, как толстый немец навёл видеокамеру на свою "фрау", решившую запечатлеть себя на фоне этого шедевра архитектуры. "Фрау" приняла картинную позу, слегка подогнув правую ногу и обнажила два ряда крупных белых зубов.

Томин совершенно отчётливо увидел, что правая гарпия слегка повернула голову и внимательно посмотрела на него. Наш наблюдатель замедлил шаг и присмотрелся. Нет. Каменное изваяние совершенно неподвижно "сидит" под застрехой.

Дима повернулся к другу, но тот засмотрелся на двух симпатичных девчонок, идущих навстречу. Подружки весело переговариваются и стреляют глазами. Поймав Андрюшин взгляд, девушки смолкли, улыбнулись и картинно проплыли мимо. Только неизвестно откуда налетевший ветер стал весело колыхать их длинные, пышные волосы.

"Померещилось"- решил про себя "наблюдатель" и ещё раз глянул на гарпий. Тщательно отшлифованный камень не выказывал никаких признаков жизни. "В такое сказочное утро всё что угодно может померещиться" — убедил себя Дима и перевёл взгляд на Андрюшу. Тот всё ещё смотрел на красивые фигурки, быстро теряющиеся в уличной толпе

Переговариваясь, невольно разглядывая иностранцев и симпатичных девушек, ребята подошли к Корпусному саду, массивной зелёной стеной, вставшему на пути.

Этот сад представляет самое сердце Полтавы, а называется так благодаря Кадетскому корпусу, находившемуся когда-то в одном из зданий, окаймляющих его.