Чтение онлайн

— Ещё раз поясни, про венок? — обратился он к Наяде. — Какая такая сила? Я знаю, что вчера отпилили венок у орла на памятнике славы, и думаю, это "охотники за металлом".

Наяда рассмеялась.

— Это далеко не "охотники за металлом".

— А кто же?

Наяда внимательно глянула на удивлённого собеседника и с воодушевлением продолжала:

— Есть на свете город, где концентрация положительной энергии достигает огромного значения. Эта энергия концентрируется и усиливается в центре, благодаря удивительной планировке улиц и месторасположению города. Восемь прямых, как стрела проспектов, радиально-симметрично сходятся в одну точку, центр города, представляющий круг. В определённые дни концентрация энергии достигает такой силы, что, войдя в эту точку, можно попасть в другое измерение. Кроме того, каждая улица заканчивается церковью, а это серьёзная защита. В центре круга стоит колонна с золотым орлом. В клюве у орла, лавровый венок. Небесные силы заключили в этом венке энергию победы Добра над Злом и оставили людям. Как люди распорядились этой энергией, так и должен решился исход битвы Добра и Зла. Но люди не смогли использовать энергию. Церкви разрушили, Бога забыли. В конце концов, люди потеряли венок.

— На счёт загадочного города, я догадался. Сам живу в нём. — с улыбкой, ответил Дима. — А по поводу людей не ясно. Люди знали про энергию?

— Зачем человечеству об этом говорить? Тогда бы люди оберегали венок, боясь потерять, а это расчёт. В данном случае нужна глубокая и искренняя вера в Бога.

— Ты говоришь, люди не знали про венок, а мой пра-пра-прадед?

— Он был посвящённым.

— Значит, венок никто не охранял?

— Только церкви.

— Но, ведь их разрушили.

— Стало быть, венок потерял последнюю защиту.

— Тогда, почему, Сатана раньше не похитил венок? Ведь церкви разрушили ещё в тридцатые годы.

— Сделать прямой выход в Ад не просто. Даже, когда этот выход существует, он открыт не постоянно, а в строго определенные дни. На двести пятьдесят лет Полтавской битвы, Дьявол просто не успел сделать "свой выход", а на триста лет — закончил, и украл венок.

Дима замолчал, пытаясь запомнить информацию. Коловорот событий закружил голову.

— Ты не случайно живёшь в этом городе. — продолжала Наяда. — и Полтава выбрана целенаправленно. Такую планировку можно было сделать в любом городе, только ничего бы не получилось.

— Почему, не получилось?

— Потому, что на высоких кручах над Ворсклой есть прямой выход к Богу. Поэтому на Полтавской земле родилось более восьмисот выдающихся людей. Больше не дал ни один регион в мире.

У Димы возник ещё вопрос:

— А почему Кобо с венком, сразу не нырнул в вырытый Дьяволом ход?

— Ты думаешь, дорога в Ад, сияющий эскалатор? Для падшей души — да. Но пронести туда венок, очень не просто, поэтому Кобо и идёт через прошлое, чтобы подзарядиться энергией во временах правления коммунистов. Ведь венок заряжен положительно, и демон тратит много энергии, неся его.

Дима задумался. "Целая философия получается". Затем, словно, очнувшись, спросил:

— Что такое Полтава небесная?

— Это, небесная аура Полтавы земной.

— А есть ещё Полтава… подземная, что ли?

— Есть Полтава потусторонняя. Отпечаток всего негативного.

"Наш философ" опять задумался.

— Дима Томин! — чуть ли не официально обратилась Наяда. — У нас мало времени. Мне нужно знать твоё решение.

Дима повернулся к русалке и, стараясь, твёрдо, выговаривать слова, вымолвил:

— Я выбираю венок.

— Вот и прекрасно. Честно говоря, я и не сомневалась. — радостно произнесла русалка.

То тут, то там, не умолкая, гремела канонада и пушечная пальба. Звуки стальными дробинками больно кололи ухо.

— Димка!!! — звонко прозвучало над озером. Собственное имя показалось чужим и далёким.

— Димка!!! — уже как от удара плётки встряхнулось сознание.

Медленно переступая через торчащие коряги, и, поминутно, оглядываясь, из рокового, сиреневого тоннеля, не уверенно, вышел Андрюша. Диму бросило в дрожь. Сильно вдохнув и сжав кулаки, он протяжно и громко закричал:

— Не-е-е-т!!!

Но Андрюша, уже шёл к ставку. Увидев русалку, споткнулся, но удержал равновесие, замахав руками, как крыльями. Глаза друга невероятно расширились. Подойдя к Диме и не в силах сказать ни слова от удивления, Андрей только глотал воздух, как рыба.

— Быстрее, прячьтесь! — вдруг закричала русалка, и в следующее мгновение послышался близкий конский топот. На пригорок выскочили пять всадников в синих мундирах. За ними ещё и ещё.

Друзья быстро залегли в прибрежные кусты. Благо, трава оказалась высокая и густая, да дым от пальбы затруднял видимость.

Подымая пыль, лязгая оружием, по тропе проехало человек сто всадников в полном вооружении. С горящими, звериными глазами на закопчённых, усталых лицах. С взъерошенными, мокрыми, котячими усами и длинными, слипшимися волосами, смешно закрывающими уши и вяло развевающимися на скаку. В помятых, запылённых мундирах, устало, подпрыгивая на взмыленных лошадях, всадники никак не походили на театрализованное представление. И было ещё что-то неуловимое и необъяснимое, тяжёлым молотом, стучащее в мозгу: " это настоящие шведские воины".

Пока ехали кавалеристы, ребята вдавились в землю и боялись даже дышать. К счастью, клубы тёмно-серого дыма, перемешанного с пылью, не плохо маскировали, а шведам не пришла в голову мысль остановиться у воды. Ошарашенный, Андрей, прижавшись правой щекой к земле, бросал недоумённые взгляды на Диму. Пушечная пальба не прекращалась. Мутное, утреннее солнце с грустью смотрело сквозь дым, словно через разорванную, грязную тряпку.

Когда последний всадник скрылся в облаке пыли и стих стук копыт, Андрюша вскочил и бросился к лагерю, откашливая и сплёвывая пыль с песком. Дима кинулся за ним.

— Стой! — закричал он вдогонку, но Дорошенко был уже далеко.

Проскочив, на удивление быстро, сиреневую рощу, Дима выскочил на поляну, и остановился, как вкопанный. Поляна оказалась не та, где вчера разбили лагерь. Эта поляна намного шире. Сочный травяной ковёр окаймляют более массивные деревья, словно обнявшие друг друга разросшимися, длинными ветками.

Но самое главное — отсутствуют следы ночного лагеря. Ни палаток, ни остатка костра, ни нервничающих экстремалов. Кругом клубится дым, пахнет гарью и, без остановки, закладывая уши, грохочет канонада.

Сквозь шум орудий, совсем рядом, раздалось надрывное, конское ржание. Видимо бедное животное не выдержало царившего ужаса. Товарищи, словно сговорившись, бросились в сторону и укрылись за толстым, морщинистым стволом поваленного дерева. На поляну выехал отряд шведов. Но с другой стороны выскочили лихие зелёные мундиры. Это — русские.

Послышались выстрелы, крики раненых, лязг сабель, русская и шведская брань. В нос ударил сладковато-приторный запах крови, смешанный с солоноватым духом пота и терпким привкусом пороха. Люди с безумным остервенением рубили друг друга. Кони отчаянно ржали, гарцевали, вставали на дыбы и падали. Мелькали окровавленные шашки и штыки. Вскоре шведы отступили.