Чтение онлайн

– Как на счет сегодня? Проводить меня домой? – спросила она.

– Давай!

– Пошли! Ричард, пока! – крикнула она своему другу и направилась к выходу.

Они шли не спеша по давно привычному маршруту, но сейчас все было как-то не так, как раньше.

– Расскажи, как лето провел? – спросила Сидни.

– Ничего особенного. Я провел все лето городе, не был ни в каких интересных местах. Скукота. Опекуны совсем достали, мало того, что никуда не повезли нас отдыхать, так еще и цепляются по мелочам ко мне. В общем все по-старому.

– Сочувствую, – протянула Сид.

– А ты как съездила в Россию?

– Хорошо. Я тебе привезла сувениры. Зайдешь к нам? Я тебе отдам их. И мама сильно по тебе соскучилась. Велела зазвать тебя в гости.

– Значит мама соскучилась, понятно. Я думал ты, – со вздохом сказал Нэйк.

– Что ты, и я тоже. Правда! Ну так как, зайдешь?

– Ммм, может в другой раз. Я сегодня не собирался поздно приходить домой и вообще задерживаться. Есть парочка домашних дел.

– Ладно, тогда в другой раз, – ответила Сидни и опустила глаза. Помолчав, она все же решилась спросить.

– Почему ты вчера на литературе выбрал Бенедикт? Она тебе нравится?

– Задание было в чем? Чтобы наладить с кем-то контакт из класса. Я обернулся, и первая на глаза попалась она. С ней мы никогда особо тесно не общались, вот теперь, наверное, будем. Она милая, – в конце добавил Нэйк.

– Милая? – Сидни поморщилась. Милая может быть Джанет, Лали, моя сестра, Сорайя на худой конец.

– Джанет ни фига не милая, – Нэйк перебил Сидни, – она вечно меня лупит книжками по голове и истерит по каждому оторванному листочку.

– Это то что касается растений, а в целом… но не будем уходить от темы. Так почему Бенедикт милая? – Сидни снова поморщилась.

– А разве нет? Она вежливая, и мы тогда классно поладили, пока делали тест. Сегодня тоже неплохо общались. В этом году она открывается для меня с другой стороны, о которой я раньше не знал.

– Но она же такая зануда, и вспомни, как она никогда никому не дает списать. И ладно бы просто не давала, так еще начинает причитать, что надо все делать самому, а она не собирается свои труды кому попало давать.

– Ну, это ее принцип.

– У Джанет тогда тоже.

– Люди склонны меняться, и я уверен, что в этом году все будет по другому. А спорим, я завтра попрошу ее дать мне списать какой-либо урок, и она мне не откажет.

– Самонадеянный. Ну-ну, посмотрим как ты завтра запоешь. Спорим!

– Спорим! – протянул руку Нэйк. – Разбить только некому!

– И так сойдет! Я уверена, ты проиграешь!

Когда Сидни вернулась домой, она крикнула с порога:

– Привет, мам! – и заглянула в гостиную.

– Привет, Сидни! Ты почему одна? Я думала, вы с Нэйком вместе придёте, – отозвалась миссис Джейсон.

– Он на меня ещё обижен за прошлый год, – вздохнула Сидни, присаживаясь на подлокотник кресла матери.

– Надо же, как сильно ты умудрилась задеть его мужскую гордость, – хмыкнула Барбара.

– Мужскую гордость? – переспросила Сидни.

– Да, милая, у всех мужчин есть эта их смешная мужская гордость. И не дай бог её задеть! – рассмеялась мать. – Вот, ты встречалась с ним, он думал, что он король, а тут ты – раз! – и меняешь его на другого человека, да ещё и на девушку. Увы, даже самые лучшие парни склонны думать, что они лучше нас, а однополые отношения вообще мало кто способен понять и принять.

– Да чёрт с ними, с отношениями! – воскликнула Сидни. – Мне и так-то они не очень нужны были. Да, целоваться было приятно, чувствовалось что-то особенное между нами в эти моменты, но главное – наша дружба. А сейчас он меня сторонится. Я ему больше не друг.

– Это всё она же, мужская гордость, – вздохнула Барбара. – Ему нужно время.

– Целое лето прошло!

– Видимо, для него этого недостаточно.

– А ещё он интересуется Бенедикт! – пожаловалась Сидни.

– Это кто? Одноклассница?

– Да, я раньше про неё не рассказывала, потому что рассказывать нечего. Зануда и ботаничка, а тут он вдруг с ней сел задание по литературе делать, улыбается ей и всё такое.

– Ревнуешь? – подняла брови мама.

– Не знаю, – вздохнула Сидни. – Мне хочется, чтобы он снова со мной дружил. Пусть ходит за ручку со своей Бенедикт, целуется с ней и всё такое, но дружит со мной! Как раньше!

– Время, Сид, время, – Барбара подняла руку и потрепала дочь по голове. – И подумай, какие шаги ему навстречу ты можешь сделать.

– Ладно, подумаю. А сейчас давай поедим?

Барбара улыбнулась и пошла вслед за дочерью на кухню.

 На следующий день Нэйк действительно попросил Бенедикт дать ему списать. Он подсел к ней за парту и начал:

– Привет! Не поможешь мне в алгебре? Что-то я совсем запутался в этих логарифмах и так ничего толком не решил.

– Ты же знаешь я не даю списывать, давай я тебе объясню, – строгим голосом сказала она.

– Было бы здорово, если бы ты объяснила, но скоро звонок, а следующая алгебра, я очень не хочу схлопотать “F”.

Бенедикт пару секунд помялась и потом вложила тетрадь в руки Нэйка.

– Спасибо! Жду объяснений после уроков! – радостно сказал Нэйк и, взяв тетрадь, бросил взгляд на Сидни.

– Как тебе удалось? – допытывалась она уже на перемене.

– Секрет, – загадочно ответил Нэйк. – Я же говорю, люди меняются.

– После уроков Нэйк действительно остался и выслушал объяснения Бенедикт и, сделав вид, что он все понял, горячо поблагодарил ее.

– Спасибо! Ты отлично объясняешь! Может, я тебя провожу?

– А ты разве не провожаешь Сидни? Я вчера видела, как вы… Ах, прости, это не мое дело, – Бенедикт опустила вниз глаза, ее щеки зарумянились, и она заторопилась, собирая вещи.

– Я провожаю того, кого хочу. Ну, так как?

Бенедикт была ошарашена ответом Нэйка, но с удовольствием согласилась дать себя проводить.

Он галантно открыл входные двери школы и пропустил ее вперед.

– Ты живешь в школьном общежитии? – спросил Нэйк.

– Да, там все иностранные ученики, ребята из многих стран.