Чтение онлайн

"А почему тогда не белые?" — хочется следом поинтересоваться, ведь это он привил мне любовь к этим цветам, но мало того, что у меня язык напрочь онемел, так я еще повергнута в шок. Вообще ничего не соображаю.

— Эм-м, с-с-спасибо. Очень красивый букет, — кое-как получается вымолвить, во рту настоящая пустыня, а вместо мозгов — одинокое перекати-поле, гонимое ветром туда-сюда.

Пользуясь моим временным замешательством, Влад приближается ко мне. Он снимает с плеча мою сумку, на стол ее ставит, а потом деликатно кладет ладонь на мою талию и ведет меня в сторону своего кабинета.

— Пройдемте, мне нужно с вами кое о чем переговорить.

— Сейчас? Я не могу. Меня ждут. Я на обед собиралась, — опомнившись, я отшатываюсь от Влада, а он только сильнее пережимает рукой мою талию. Вздохнуть не дает.

— Это ненадолго. Вы сможете пойти на обед сразу после нашего разговора. Более того, я могу дать вам отгул на весь день.

Что на него нашло? И что это у него на лице? Улыбка? Быть того не может.

Он закрывается и, снимая на ходу пиджак, проходит за свой стол. В кожаном кресле устраивается.

— Юлия Андреевна, будьте добры, присядьте, пожалуйста, — велит он, указав на кресло напротив. — У меня к вам серьезный разговор.

Мне требуется пару секунд, чтобы удостовериться, что я не брежу.

Просто обычно этот мужчина сварлив и придирчив, а тут и цветы с утра пораньше преподнес и в одном предложении упомянул сразу и "будьте добры", и "пожалуйста".

Если еще "спасибо" и "на здоровье" скажет, то точно усомнюсь в своей адекватности.

Подчинившись, я присаживаюсь на краешек кресла. А мысленно нахожусь на низком старте на случай, если надо будет по-быстрому улизнуть из кабинета Владислава Марковича.

Я расправляю несуществующие складки на своей юбке. Тяжко вздохнув, жду. Чего — не знаю.

Чует сердечко, сейчас босс выдаст такое, после чего мне придется собирать свои пожитки и выгружать из архива старое резюме.

Но я вроде бы нигде не проштрафилась, за что меня можно было вздрючить.

Генеральный с задумчивым видом разглядывает улицу из панорамного окна, восседая в кресле. Двумя пальцами ослабляет узелок своего галстука, пальцами другой руки барабанит по столешнице ритм, сравнимый с похоронным маршем.

Как символично...

А то сотни моих нервных клеток он уже убил тем, что нарочно держит меня в нервном напряжении.

Я неестественно прочищаю горло.

Моргнув, босс резко переводит на меня свой проникновенный взгляд. Эти глаза раньше были похожи на ночное небо в лунном свете, а последние четыре года напоминают мне лишь два обуглившихся "ничего".

— Значит, так. Не буду ходить вокруг, да около, — заявляет он. Кладет руки на стол и сцепляет длинные пальцы в замок. — Вчера со мной созвонился отец. Это был довольно неожиданный звонок, мы не общались с ним порядка пяти лет. Разругались в пух и прах из-за банальных расхождений во мнении касательного моего прошлого и будущего, но не в этом суть! — фыркает раздраженно, я внимательно жду сути. — Вчера он, к сожалению, вспомнил, что у него есть родной сын. Мой отец соизволил сделать шаг к примирению. Правда, есть в этой истории одно "но". 

Не понимаю, зачем мне это знать. 

— Что за "но"? — переспрашиваю я.

— Изначально он позвонил мне, чтобы разрекламировать мне какую-то англосакскую девицу с внушительным багажом приданого, так я его лесом послал, — цедит он. — А потом он оповестил меня о своей болезни. Признаюсь, в какой-то миг мне стало даже жаль, что нас разделяют одиннадцать тысяч километров. Но ровно до тех пор, пока он не начал спекулировать своей болезнью.

А не со своим ли отцом он вчера разговаривал на повышенных по телефону. Звонок из Штатов. Точно.

— И? — протягиваю я, часто моргая. — Так он болен или нет?

Босс выдавливает печальную улыбку, пустым взглядом смотрит на такую же пустую фоторамку, стоявшую на его рабочем столе.

— Болен, к сожалению, — обреченно жмет плечами. — Просто слово за слово и наше примирение переросло в очередную перепалку. Отец всячески пытался выставить меня виноватым. Якобы, я научился управлять бизнесом, но в свои тридцать три так и не создал семью. Он старой закалки и не понимает, что тридцать три — это только начало.

Я ерзаю в кресле. Места себе найти не могу.

Его проблемы, которые и проблемами-то сложно назвать, давят на меня тяжеленным грузом. Словно он перевалил их разом на мою голову.

— Владислав Маркович, я, конечно, сочувствую вам и вашему отцу, но при чем здесь я? Если вы забыли, то я хотела пойти на обед, а еще мне нужно подготовить для вас презентацию, — деликатно извещаю, поправляя съехавшие к кончику носа очки.

— Презентация подождет!

Босс приподнимается из-за стола, огибает его и присаживается на край прямо возле меня. Он существенно повышает градус в помещении и заставляет меня визуально уменьшиться в размерах.

— Вчера я сдуру ляпнул, что за то время, пока мы были в контрах, я обзавелся и женой, и дочерью, — произносит он как на духу, а у меня волосы на затылке вздыбились от такого неожиданного признания. — Хотел тем самым урезонить его и вновь прийти к взаимному безразличию. Думал, отец поверит мне на слово. Я смонтирую для него парочку семейных фоток и на этом все, он отстанет от меня, но нет. Этим я создал себе еще большие проблемы, поскольку на днях отец прилетает в Россию. Он желает лично познакомиться со снохой и внучкой. Никакие уговоры не подействовали. Он точно нагрянет, из-под земли найдет.

Сглатываю.

— Дело дрянь.

Тогда босс одаривает меня плутовским оскалом. Коварно смотрит, до мурашек.

— Нет, если вы согласитесь подыграть мне.

Тотчас вскакиваю из кресла, но он одним движением руки возвращает меня на место. 

— Я? Да вы издеваетесь? — шиплю, жестикулируя руками. — Еще и дочь мою хотите впутать в этот каламбур?

— Именно так, — дьявольски ухмыльнувшись, он складывает руки на груди и спешит напомнить о моей никчемности: — Юлия Андреевна, у вас за плечами брак. Пускай для вас он оказался неудачным, но вы знаете как нужно себя вести.

— А вы? — злюсь я, ведь ему удалось уколоть меня. — Что вы знаете о браке?

— Ничего толкового, но я просчитал всевозможные ходы, проанализировал отношения своих родных и близких. Я примерно представляю, что от меня ждет мой отец, — он возвращается к столу, выдвигает ящик, а затем кладет возле меня два листа. — С утра я составил договор, в котором нанимаю вас и Алису на должность своей фиктивной жены и дочери, и единственное, о чем я вас прошу — это о неразглашении. Обратите внимание на четвертый пункт. Вам же нужна квартира. Этих денег хватит на приличную однушку.