Чтение онлайн

Яблочко недалеко откатилось от яблони, Света поступила со своими сыновьями так же, как ее мать с нею. Славика и Ростика стали воспитывать прабабушка Елизавета Георгиевна, дед Константин Петрович и Стефания. Через несколько лет у Тефи с мужем родился Игорь, в семье стало трое детей. Потом, значительно позже, на свет появился Кирилл.

Ростик и Владислав всегда знали, что они не братья Игорю, но не это мешало ребятам дружить. Разница в возрасте тоже не стала помехой хорошим отношениям. А вот характеры у парнишек оказались совершенно разные. Владик был веселый, открытый, рот у него не закрывался ни на минуту, Гарик замкнутый, молчаливый, из него с трудом удавалось вытянуть слово. Влад отвратительно учился, не делал домашних заданий, прогуливал уроки, к нему толпой ходили репетиторы. У Гарика были идеальные тетради и дневник, в котором сплошь стояли пятерки. Во Влада девочки влюблялись чуть ли не с детского сада, он всегда нравился воспитательницам, учителям, умел подлизаться ко всем, с пеленок знал, как отпустить комплимент. Игорь же слыл букой, его, несмотря на успехи в учебе, педагоги не любили.

Что же касается Ростика, то тот уродился отъявленным хулиганом. У мальчика не было обаяния Владика, безобразничал он намного больше брата, был взрывным, легко впадал в ярость. Тефи потратила много сил, объясняя ребенку, что нельзя сразу кидаться с кулаками на того, кто, по мнению Ростислава, косо на него посмотрел. В пять лет Ростика выгнали из детского сада за то, что он схватил одногруппницу за шею и начал душить. В восемь попросили вон из школы за нападение на учительницу. Та, раздавая тетради, сказала мальчику:

— Ты очень плохо выполнил задание, написал упражнение грязно, с многочисленными ошибками, поэтому получил кол.

Ребенок вскочил, схватил линейку, вернее треугольник, и ткнул им педагога в живот. Не ожидавшая нападения женщина упала, а Ростик продолжал колоть ее до тех пор, пока из соседнего класса, услышав вопли учительницы, не прибежал завуч и не оттащил впавшего в ярость пацана.

После этого случая Тефи отвела Ростислава к невропатологу, тот прописал ему таблетки, велел отдать паренька в спорт, обливать его по утрам холодной водой. Простые методы помогли, Ростик стал более управляемым, почти прекратил хулиганские выходки, притих, но учился по-прежнему отвратительно. Стефания считала за радость увидеть в его дневнике тройки, о четверках она и не мечтала. А еще парень постоянно попадал в опасные ситуации, например, много раз падал с мопеда. Как-то весной мальчишка затеял бегать по реке, покрытой тонким слабым льдом, и оказался в воде. К счастью, его вытащил случайный прохожий. Однажды произошла совсем уж страшная история.

Близнецы играли на даче в пинг-понг. Владик обыгрывал брата, тот рассердился, схватил шарик и заявил:

— Игра закончена.

— Отдай! — потребовал Влад.

— Фиг тебе, — ответил Ростик.

Мальчишки начали драться, и Ростислав, чтобы у него не отняли шарик, запихнул его себе в рот. В конце концов — никто не мог понять, как такое случилось, — пластмассовый «мячик» оказался у безобразника в дыхательном горле. Ростик стал синеть. Слава богу, что на месте происшествия присутствовала Елизавета Георгиевна. Хирург бросилась к аптечке, схватила ампулу ротила, мгновенно сделала правнуку инъекцию, расслабив таким образом гортань, скальпелем разрезала трахею и вставила в нее трубку. Только благодаря ее оперативным действиям да еще тому, что у нее всегда имелся запас нужных препаратов вкупе со стерильным инструментарием, мальчишка не умер от удушья и был доставлен в клинику. После возвращения из больницы Ростик некоторое время не отходил от прабабушки, расспрашивал ее о разных болезнях, чем она занимается и т. д. И все подумали, что подросток изменился, решил стать медиком. Однако вскоре его интерес к медицине угас.

Когда Владик окончил школу, дедушка пристроил его в педагогический институт, на факультет подготовки воспитателей детских садов, где тот оказался единственным парнем на курсе. Да и взяли его в вуз исключительно из-за того, что абитуриент принадлежал к мужскому полу, ректор предпринимал отчаянные усилия, чтобы его заведение не превратилось в девичий монастырь.

А Игорь получил золотую медаль и без проблем поступил по приказу папы в медицинский институт, стал учиться на дантиста.

— Прекрасная профессия, — говорил Константин, — стоматолог никогда без куска хлеба не останется.

Владику было без разницы, что напишут в его дипломе. Молодой человек сразу стал в институте мегапопулярной личностью. Он участвовал в самодеятельных спектаклях, играл на гитаре, неплохо пел и вмиг превратился в любимца преподавателей и однокашниц. На втором курсе, переспав почти со всеми студентками, Владислав завел роман с Анжеликой Федотовой, девочкой из очень обеспеченной семьи, тоже отчаянной тусовщицей. В семье Лики денег не считали, отец, обожавший дочь, разрешал ей все. Владик и Лика необычайно подходили друг другу, им в голову одновременно залетали безумные идеи. Взять из бара отца Федотовой бутылку, сорвать ночью замок с двери, ведущей на крышу одной из московских высоток, устроиться на самой верхотуре и выпить там вино? Элементарно. Посреди белого дня раздеться и нырнуть в фонтан в самом центре столицы? Легко. Украсть на спор из магазина здоровенный арбуз и незаметно вынести его? Послушайте, это же не воровство, просто прикол. Угнать машину соседа, который лежит в больнице, покататься на ней, а потом снова поставить во дворе и закрыть брезентом? Подумаешь, разве автомобиль пострадал?

Генератором самых безумных идей в их паре являлась Анжелика. Видимо, при ее рождении добрый ангел, раздававший младенцам таланты, слегка запутался и выдал девочке десятерную порцию безрассудства, забыв присовокупить хоть каплю благоразумия. Шутки, которые затевала девица, подчас оказывались жестокими. Один раз она позвонила своей старшей сестре, тихой, никогда не перечившей родителям Леночке, и зарыдала в трубку:

— Я в соседнем доме, в пятой квартире. Меня изнасиловали, связали, избили. Помоги! Беги сюда прямо сейчас — парни ушли, дверь не закрыли.

Время было около полуночи, на дворе стояла осень, родители сестер Федотовых были в отъезде, поэтому их дочери проводили время как им заблагорассудится — младшая веселилась в компаниях, старшая, накрутив волосы на бигуди, мирно лежала с книгой в кровати. Услышав, что с сестрой случилась беда и та находится неподалеку, буквально в двух шагах, Елена прямо в пижаме, не раздумывая, бросилась выручать Анжелику.

Дверь в квартиру действительно оказалась открытой, внутри стояла кромешная тьма.

— Лика, ты тут? — спросила Леночка.

— Да, — всхлипывая, ответила гуляка. — Сижу на стуле, электричество не работает. Шагай вперед, как раз наткнешься на меня.

Вытянув руки, Елена двинулась на голос сестры, и вдруг под потолком ярко вспыхнула люстра. Раздались аплодисменты, дружный гогот. Девушка оторопела. Она находилась в просторной гостиной среди празднично наряженной толпы с бокалами в руках, стояла в затрапезной, застиранной пижамке, с волосами, накрученными на бигуди и со щедро намазанным на лицо питательным кремом.

— Я была права! — закричала Лика, подбегая к растерянно моргавшей сестре. — Она пришла! И, как я и говорила, прямо в ночнушке. Ленка, очнись, это шутка. Мы поспорили. Владик уверял, что ни одна женщина не побежит на улицу росомахой, сначала оденется, накрасится, прическу навертит. Даже если что-то случится — пожар или какая другая беда, — все равно красивое платье натянет. А я сказала: «Нет, моя сестра не такая, если я позову ее на помощь, голая прискачет». И что? Я выиграла спор! Ленуська, отомри, это же дико смешно, глянь, как все веселятся.

Елена молча ушла домой. Через пару месяцев она поспешно выскочила замуж, уехала в Питер и более никогда с Анжеликой не общалась. А Лика и Владик продолжали безобразничать, отлично зная, что добрые родители вытащат их из любой неприятности.

Когда Игорь перешел на третий курс, Константин Петрович скончался, у него случился инфаркт. А спустя некоторое время ушла из жизни Елизавета Георгиевна (она была уже очень пожилым человеком, последние годы ездила в инвалидном кресле, но ум у нее оставался светлым). Когда гроб с телом свекрови опустили в могилу, Тефи закричала: