Чтение онлайн

Третье. Многие люди никак не хотят видеть в лице госслужащего своего союзника, если даже они тысячу раз правы и закон всецело на их стороне. Большим успехом для просителя считается, если ему удастся хотя бы нейтрализовать чиновника, стоящего на его пути. Для него это равносильно успеху, а значит, не все потеряно, и можно идти дальше.

А чиновник в свою очередь смотрит на просителя в лучшем случае как на своего оппонента, с которым, по крайней мере, придется побороться. В результате этой «борьбы» чиновник, как правило, в накладе не остается: он или избавляется от назойливого клиента, или получает от него мзду, либо хотя бы набивает себе цену. Во всех трех вариантах ущерб клиента очевиден, если даже ему удается решить свой вопрос.

Пример, когда посетитель уходит, оперативно решив свой вопрос, как это часто происходит в мэрии Махачкалы, пожалуй, исключение, чем правило.

Проблема прав человека многогранна и охватывает очень широкий спектр общественных отношений. В системе тайных обществ эта проблема как таковая вообще не присутствует. Там все ясно и все заранее расписано, как и при любом тоталитарном режиме, разновидностью которого она является. Система наподобие ичкерийской не может существовать без инструментов насаждения тоталитарных порядков. И, наоборот, тоталитаризм всегда предполагает наличие структур, сформированных по принципам тайных обществ. Возьмем коммунистический или фашистский режимы. И там, и тут наличествуют тайные структуры, куда доступ осуществляется по специально разработанным процедурам, предусматривающим отсев инакомыслящих. И там, и тут действуют закрытые государственные органы, куда могут попасть только избранные, готовые безоглядно претворять в жизнь секретные установки верховных правителей. И там, и тут противникам системы и любым инакомыслящим уготована участь оказаться устраненными из общества или изъятыми из жизни.

Борьба за права человека является одним из способов создания в тоталитарных системах элементов открытого гражданского общества, и успех этой борьбы является определяющим фактором создания условий для постепенного трансформирования искаженного жесткими репрессивными условиями общественного сознания в сторону признания приоритетов демократических ценностей.

Ввиду устойчивости результатов тоталитарного воспитания, тем более в условиях тайных обществ, этот процесс трансформации не может быть быстротечным.

Чеченское общество, избавившись от советского тоталитаризма, оказалось вовлеченным в сферу доморощенного ичкеризма, и ему придется приложить немало усилий для отвержения его идейного влияния.

Как уже отмечалось, ичкерийская система состоит из относительно самостоятельных составляющих, часть из которых послужила его базисной конструкцией, на основе которой посредством наращивания других элементов возникло это причудливое социальное порождение.

Чеченская религиозно-родовая структура, основанная на тейпах и мюридских братствах, имеет устойчивые корни во временно-пространственной почве и ее распад возможен только в процессе длительного эволюционного развития в меняющихся социальных условиях.

В отличие от нее система, настоенная на идеях ичкеризма и состоящая в основном из вооруженных формирований, криминальных группировок и спецслужб, является объектом, поддающимся более-менее успешному оперативному устранению при условии оказания на нее целенаправленного и всестороннего воздействия.

Под этим воздействием подразумевается сочетание боевых действий, специальных операций, пропагандистских акций и социально-политических мероприятий, направленных на лишение нелегитимных образований общественной базы на территориях их обитания.

Это очень большой вопрос, нуждающийся в самостоятельной разработке, поэтому, коснувшись его аспектов лишь поверхностно, мы уделим основное внимание специальным операциям, которые могли бы способствовать устранению надстроечной структуры тайного общества «Ичкерия».

Конечно же, предпринимаемые в этом направлении меры должны дополнять друг друга и осуществляться в комплексе с целью стимулирования коррозии и разложения структур ТОЙ изнутри и одновременной дискредитации их идеологической базы.

Все это относится к сфере деятельности различных силовых, правоохранительных, пиаровских, информационных, социальных и прочих государственных и негосударственных структур, среди которых важнейшее место занимают спецслужбы.

Прежде чем рассмотреть данный вопрос, сделаем небольшое отступление и попытаемся прояснить некоторые аспекты проблематики.

Надо однозначно признать, что в начальный период деятельности Дудаева значительная часть чеченцев поддерживала его лозунги, потому что после десятилетий коммунистического давления и репрессий идеи свободы и процветания были востребованы народом, и он был готов пойти ради них на требуемые жертвы. Но первые же годы дудаевского правления разочаровали людей, которые постепенно убеждались в том, что «народный президент» на глазах превращается в «великого магистра» тайного общества, осуществляющего темные дела во главе кучки авантюристов, эксплуатирующих популярные лозунги в угоду собственным корыстным интересам. Поэтому, вполне естественно, в Грозном созрела серьезная оппозиция, в которую вошли общественные и политические деятели, представители интеллигенции и бывшие партработники, поддержанные частью населения.

Однако параллельно с ней возникала и другая оппозиция, состоявшая в основном из бывших соратников Дудаева, отстраненных им от кормушки и властных рычагов в результате итогов подковерной борьбы различных кланов за уютное место под солнцем.

Если первая оппозиция проводила многочисленные митинги на Театральной площади и прибегала преимущественно к методам политической борьбы, то вторая оппозиция кучковалась в разных местах на «тайных вечерях» и делала главную ставку на силовые способы достижения целей.

И те, и другие взывали к чеченскому народу и к России. И те, и другие стремились низвергнуть пошатнувшийся режим Дудаева, который, казалось, вот-вот действительно рухнет.

В этой обстановке российское руководство, воплощенное в зыбкой фигуре Ельцина, видимо, не без подсказки терпевших очередную перетряску спецслужб, во главе которых стояли не высокие профессионалы, а преданные чиновники, допустило стратегический просчет, делая ставку на оппозицию номер два. Следствием этой ошибки стала авантюра с танковой атакой Грозного, затеянная ФСК с подачи автурхановско-лабазановской карикатурной оппозиции. Эта акция, как известно, была позорно провалена 26 ноября 1994 года и достигла обратного результата, укрепив позиции Дудаева. Попавшие в плен российские военнослужащие были в одночасье преданы своими начальниками из силовых ведомств, пославшими их на «прогулку по Грозному». Эти большие начальники, потупив очи, заявили, что никого никуда не посылали и вообще ничего не ведают о происшедшем. После разоблачения их лжи российские политики различных рангов выторговывали у Дудаева по-одному и группами несчастных военных, обещая ему разные посулы и параллельно зарабатывая себе политические очки.

Японские самураи после подобного позора делали себе харакири, а российские «самураи» типа Грачева и Степашина предпочли делать харакири другим, пуская потоки крови своих сограждан.

В результате провала этой бездарной авантюры чеченских горе-оппозиционеров и их непутевых московских покровителей политиканствующая толпа возвратила Дудаева на пьедестал, а его противники с ярлыками предателей на их лидерах были отброшены на обочину общественной жизни.

Далее произошло следующее. От подготовленной в Сочи встречи между Ельциным и Дудаевым российская сторона без объяснения причин отказалась, а слепцовский раут Дудаева и Грачева не дал позитивных результатов. Последний пригрозил за два часа силами одного десантного полка провести победную кампанию по разгрому Ичкерии, а его оппонент плевать хотел на эти угрозы «лучшего министра обороны» великой державы. Оба генерала были достойны друг друга и меньше всего думали о тех, руками которых собирались воплощать в жизнь свои амбиции.