Чтение онлайн

Пророчества Иакова об Иуде и об Иосифе почти дословно повторяет Моисей, причем по поводу Иосифа добавляет: “благословение Явившегося в терновом кусте да придет на главу Иосифа и на темя наилучшего из братьев своих; крепость его как первородного тельца, и роги его, как роги буйвола; ими избодет он народы все до пределов земли: это тьмы Ефремовы, это тысячи Манассиины” (Втор. 33:16-17). Ефрем и Манассия – первенцы Иосифа; у пророков под именем Иосифа часто понимаются все 10 колен Израиля, помимо Иуды и Вениамина; имя Иосифа иногда заменяется на Израиль или на Ефрем.

Иосиф, из зависти брошенный своими братьями в яму, попал в Египет, там возвысился до положения второго лица после фараона; его египетское имя ЦАФНАТ ПАНЕАХ; его жена, мать Ефрема и Манассии, по имени Аснат, была дочерью Потифера, жреца города ОН, (греч. Гелиополь). Поскольку ОН – древнейший из египетских городов, к тому же сохранивший имя Всевышнего АН, то можно предположить, что жрецы этого города были из рода древних миссионеров-яфетидов. Постоянные пророческие сопоставления “Иуды и Ефрема” могут скрывать под собой сопоставление духовных традиций Сима и Яфета:

“И поднимет знамя язычникам, и соберет изгнанников Израиля, и рассеянных Иудеев созовет от четырех концов земли. И прекратится зависть Ефрема, и враждующие против Иуды будут истреблены. Ефрем не будет завидовать Иуде, и Иуда не будет притеснять Ефрема” (Ис. 11:12-13): “В те дни придет дом Иудин к дому Израилеву” (Иер. 3:18). Вопреки генеалогии колен, Господь отдает старшинство Ефрему: “Я – отец Израилю, и Ефрем – первенец Мой” (Иер. 31:9).

Пророчество о “двух Мессиях” приобретает новые грани благодаря использованию в Библии адамитской символики ЖЕЗЛА (ср. и-е. ЖЕЛЕЗО) или ПОСОХА (ср. абх. ПС: вода и ХА: владыка, хозяин). Согласно абхазскому преданию, АЛАБАШЬА: пастушеский посох с острым наконечником и с опорой для руки в виде ответвления на верхнем конце – есть отличительный атрибут АЕРГОВ. Такой посох до наших времен сохранил роль отличительного знака или жезла главы рода; представители родов, выступая на народных собраниях, опираются на свои посохи. Этимология названия АЛАБАШЬА: жезл братства; абх. АЛАБА: жезл, палка; АШЬА: кровь, брат. Алабашьа переходит из рода в род как семейно-родовая реликвия. Традиция, идущая от Аергов – первых потомков Адама, сохранилась и в роду Авраама; впрочем, эту традицию можно смело считать общечеловеческой. Посох или жезл как символ власти и, что более необычно, как символ дружбы, неоднократно упоминается у библейских пророков. “Так говорит Господь Бог: вот, я возьму жезл Иосифов, который в руке Ефрема и союзных с ним колен Израилевых, и приложу их к нему, к жезлу Иуды, и сделаю их одним жезлом, и будут одно в руке Моей” (Иез. 37:19). Пророк, очевидно, говорит здесь о совместном действии двух Помазанников: Иисуса – Мессии из колена Иуды, и Михаила – Мессии из колена Иосифа. Агнец-Иисус, принявший власть над землей, пасет народы “жезлом железным” (Откр. 19:15) и точно также Михаил – “младенец мужеского пола” будет “пасти все народы жезлом железным” (Откр. 12:5). Эпитет “железный” указывает не только на крепость жезла, но и на его драгоценность и божественное достоинство.

Пророк Захария, называющий себя “потомком Адды”, описывает видение, в котором Ангел Яхве говорит первосвященнику ИОШУА (ИИСУСУ), современнику пророка: “Выслушай же, Иисус, иерей великий, ты и собратья твои, сидящие перед тобою, мужи знаменитые : вот, Я привожу раба Моего, ОТРАСЛЬ. Ибо вот тот камень, который Я полагаю перед Иисусом; на этом одном камне – семь очей; вот, Я вырежу на нем начертания его, говорит Господь Саваоф, и изглажу грех земли сей в один день. В тот день, говорит Господь Саваоф, будете друг друга приглашать под виноград и под смоковницу” (Зах. 3:8-10). Этот текст мы можем истолковать как пророчество о Михаиле: Мессии из колена Иосифа, который здесь назван “Отраслью”. Это же выражение употреблено в благословении Иакова: “Иосиф – отрасль плодоносного (дерева), отрасль плодоносного (дерева) над источником (БЕН ПОРАТ АЛЬ АИН)” (Быт. 49:22), где евр. ПОРЕ: плодовитый, плодородный; АИН: источник. Образ Первосвященника Иисуса у Захарии, предстоящего перед Ангелом Яхве, воспроизводит образ Сына Человеческого перед Ветхим днями у Даниила (7:13) и предвосхищает образ Агнца перед Сидящим на престоле у Иоанна (Откр. 5:1-7). После описания четырех коней ( Зах. 6:1-7), которое воспроизводится у Иоанна (Откр. 6:1-8), Захария повторяет пророчество, обращенное к “Иисусу, иерею великому”: “И скажи ему: так говорит Господь Саваоф: вот Муж – имя Ему ОТРАСЛЬ. Он произрастет из своего корня и создаст храм Господень” (Зах. 6:11-12). Намек на храм можно найти в словах Иакова об Иосифе: “ветви его простираются над стеною” (Быт. 49:22).

В этой связи отметим подробное описание у пророка Иезекииля (главы 40-48) какого-то таинственного храма, который существенно отличается от храма Соломона; в центре культа некий “князь” – мы полагаем, грядущий Михаил. Многократно упоминая о князе, ГАНАСИ, которому в знак смирения запрещено вступать на “священный порог” (44:3), Иезекииль лишь однажды (31:22) говорит о Царе, МЕЛЕК, в связи со сценой воскресения “убитых” (ср. Откр. 20:4): здесь мы можем усматривать пророчество об Иисусе.

Описание это, по признанию святых отцов (Григорий Вел., бл. Иероним) составляет неразрешимую загадку для толкователей; по мнению некоторых раввинов, описанный Иезекиилем культ осуществится только после первого воскресения, подробно описанного у того же Иезекииля (37:1-14); возможно, что у Иезекииля содержится пророчество не только о новом храме, но и новой святой земле (М. Скабалланович, стр. 456 и далее).

В связи с выражением “произойдет от своего корня” отметим мнение некоторых раввинов о том, что Мессия Иосифов произойдет “из стран полнощных”, т. е. с севера и от “чужого семени”, ВЕ ЗЕРА АХАР, (Евр. Энц., статья Эсхаталогия); ср. евр. АХАР: чужой, с абх. АХАРА: далеко; АХАРА: причина; АХЫ: начало, голова; возможно, таким образом, понимание адам. АХАР как “изначальный”. Не передают ли раввины адамитское предание о Мессии от “изначального семени”; вспомним о “семени жены” в книге Бытия.

13. “Тысячелетнее царство” продлится 400 лет.

Пророческая Третья книга Ездры, не вошедшая в еврейский канон, но авторитетная в раннехристианскую эпоху, также позволяет думать о двух Мессиях. Славяно-русский перевод, следующий латинской Вульгате (греческий, как и еврейский текст не сохранился) говорит:

“Вот, придет время, когда придут знамения, которые Я предсказал тебе, и явится невеста, и являясь, покажется, – ныне скрываемая землею… Ибо откроется Сын Мой Иисус с теми, которые – с Ним, и оставшиеся будут наслаждаться четыреста лет. А после этих лет умрет Сын Мой Христос и все люди, имеющие дыхание. И обратился век в древнее молчание на семь дней…” (3 Ездр. 7:26-30).

Большинство исследователей считают имя Иисус позднейшей христианской корректурой, составленной до IV века; во всех восточных переводах оно отсутствует. Вместо Иисус стоит Мессия, Христос, т. е. несобственное имя. Однако наличие такой корректуры подтверждает веру ранних христиан в пророчество о двух Мессиях. От явления Иисуса, согласно этой корректуре, до смерти Помазанника (Христа) проходит 400 лет; каждый христианин, однако, знал, что Иисус уже однажды умер и воскрес. Значит, это место в тексте должно было пониматься в том смысле, что Иисус только “явится”, а через 400 лет умрет другой Помазанник. Очевидно, этот Помазанник отождествлялся для ранних христиан со Христом в Откровении Иоанна (20:6), хотя длительность Царства определена там не в 400, а в символические 1000 лет. Называя число 400 лет, Третья книга Ездры следует пророку Даниилу, который говорит: “С того дня, как выйдет повеление о восстановлении Иерусалима, до Христа Владыки семь седмин и шестьдесят две седмины” (Дан. 9:25). Это означает, что через 49 лет (“семь седмин”) от “повеления” Помазанник откроет себя и воцарится, а через 62 седмины (434года) после этого будет убит: “и по истечении шестидесяти двух седмин предан будет смерти Христос, и не будет” (Дан. 9:26). В Откровении Иоанна это соответствует восстанию Гога и Магога в конце тысячелетнего царства (Откр. 20:7-9); об этом же мятеже подробно пророчествует Иезекииль (главы 38 и 39).

Этот круг пророчеств никак не вписывается в представление об одном Мессии – Иисусе; все попытки избежать идеи о втором Помазаннике приводят к столь произвольным перетолкованиям текстов, что разрушается доверие к реальному значению пророчеств. Необходимо, наконец, признать, что подавляющая часть еврейских (“ветхозаветных”) пророчеств о Мессии носит столь конкретный земной характер, что к Иисусу непосредственно не приложима, или приложима лишь в переносном и символическом смысле. Ранняя Церковь, которая еще верила в буквальный смысл всей лавины библейских пророчеств о земном царстве Мессии, ожидала либо воцарения на земле Самого Иисуса, либо помазанного им князя – по существу, второго Мессию. “Вот, Царь будет царствовать по правде, и князья будут править по закону, – говорит пророк, – и каждый из них будет как защита от ветра и покров от непогоды, как источники вод в степи, как тень от высокой скалы в земле жаждущей. И очи видящих не будут закрываемы, и уши слышащих будут внимать. И сердце легкомысленных будет уметь рассуждать; и косноязычные будут говорить ясно… И делом правды будет мир, и плодом правосудия – спокойствие и безопасность” (Ис. 32:1-4, 17).

Другой пророк возвещает: “ И будет в последние дни: гора дома Господня поставлена будет во главу гор и возвысится над холмами, и потекут к ней народы… И перекуют они мечи свои на орала и копья свои – на серпы; не поднимет народ на народ меча и не будут более учиться воевать. Но каждый будет сидеть под своею виноградною лозою и под своею смоковницею, и никто не будет устрашать их” (Мих. 4:1-4).

Иезекииль пророчествует: “И заключу с ними завет мира и удалю с земли лютых зверей, так что безопасно будут жить в степи и спать в лесах. Дарую им и окрестностям холма Моего благословение, и дождь буду ниспосылать в свое время; это будут дожди благословения. И полевое дерево будет давать плод свой, и земля будет давать произведения свои; и будут они безопасны на земле своей, и узнают, что Я Господь, когда сокрушу ярма их и освобожу их из руки поработителей их” (Иез. 34:25-27).

Скорбный Иеремия утешает народ свой, а через него – всех сынов Адама: “Город опять будет построен на холме своем, и храм устроится по-прежнему. И вознесутся из них благодарение и голос веселящихся: и Я умножу их, и не будут умаляться, и прославлю их, и не будут унижены. И сыновья его будут как прежде, и сонм его будет предстоять предо Мною, и накажу всех притеснителей его. И будет вождь его из него самого, и владыка произойдет из среды его; и Я приближу его, и он приступит ко Мне; ибо кто отважится сам собою приблизиться ко Мне? говорит Господь. И вы будете Моим народом, и Я буду вам Богом” (Иер. 30:18-23).