Чтение онлайн

Позднее Черчилль в своих мемуарах признавал: «Весь мир был поражен, когда за сокрушительным натиском Гитлера на Польшу и объявлением Англией и Францией войны Германии последовала гнетущая пауза… Франция и Англия бездействовали в течение тех нескольких недель, когда немецкая военная машина всей своей мощью уничтожала и покоряла Польшу» [74] .

В свое время французские и английские генералы и политики, пытаясь оправдать перед историей политику Запада в отношении Польши, заявляли: Англия и Франция не имели достаточных сил, чтобы прийти на помощь Польше или вести активные военные действия на Западе после ее разгрома.

Конечно, боевая готовность Англии и Франции была ниже, чем у фашистской Германии. Но военные силы этих стран были вполне достаточны для эффективного отпора агрессии: только во французской армии было отмобилизовано 110 дивизий, имевших 2560 танков и 10 тыс. орудий, экспедиционный корпус англичан имел в своем составе 5 дивизий, около 1500 самолетов. Германия, сосредоточившая основные, отборные дивизии на Востоке — в Польше, на Западном фронте имела лишь 23 наспех собранные, плохо вооруженные и обученные резервные дивизии. Они имели запас снаряжения и боеприпасов лишь на три дня боя. После войны немецкие генералы признавали: если бы англо-французские войска перешли в то время в наступление, они без особого труда продвинулись бы в глубь Германии [75] . «У военных специалистов, — позднее писал гитлеровский генерал Вестфаль, — волосы становились дыбом, когда они думали о возможности французского наступления сразу же в начале войны» [76] .

Начальник генерального штаба сухопутных сил вермахта генерал Гальдер признавал: «В сентябре 1939 г. англо-французские войска могли бы, не встретив серьезного сопротивления, пересечь Рейн и угрожать Рурскому бассейну, обладание которым являлось решающим фактором для ведения Германией войны» [77] .

Однако Гитлер был твердо уверен: на Западе реальных военных действий не предвидится, и приказывал перебрасывать в Польшу дивизии с Западного фронта. Германия в тот критический период фактически избежала войны на два фронта, чего так опасались все немецкие политики еще со времени Фридриха II и Бисмарка.

О масштабах военных действий на Западе красноречиво свидетельствуют цифры: только 9 декабря английская экспедиционная армия понесла первую жертву — был убит один капрал. Общие французские потери к концу декабря 1939 г. составили 1433 человека [78] . Что же касается немецких войск на Западном фронте, то там насчитывалось менее 700 человек в числе убитых, раненых и пропавших без вести. Германские и союзные сводки, как и в годы первой мировой войны, гласили: «На Западном фронте без перемен».

Стратегия «странной войны» — пассивно-выжидательная стратегия — означала продолжение правящими кругами Англии и Франции все той же мюнхенской политики в обстановке формального состояния войны: Гитлеру вновь и вновь давали понять: его агрессия на Восток, против СССР, встретит одобрение.

Во Франции росли капитулянтские настроения. Во французском парламенте был создан секретный «комитет связи», представители которого добивались переговоров с Гитлером. Капитулянты — министр иностранных дел Боннэ, бывшие премьер-министры Фланден и Лаваль, маршал Петэн считали необходимым способствовать установлению фашистских порядков в стране.

Пораженцы в Англии во главе с премьер-министром Н. Чемберленом, министром иностранных дел Галифаксом, Джоном Саймоном, Сэмуэлем Хором, фашистские элементы во главе с Мосли выступали за то, чтобы «ненужную войну» против Германии превратить в «нужную войну» — войну капиталистических государств против СССР. В конце октября 1939 г. комитет начальников штабов Англии даже рассматривал вопрос «о положительных и отрицательных сторонах объявления Англией войны России» [79] . Начальник имперского генерального штаба Айронсайд 28 декабря 1939 г. записал в своем дневнике: «Я думаю, что мы имеем возможность все повернуть против русских…» [80] .

В феврале 1940 г. правительство США послало в Европу своего специального представителя — заместителя государственного секретаря С. Уэллеса с целью прозондировать вопрос о возможности создания единого антисоветского фронта. Он вел переговоры с Муссолини, Гитлером, Н. Чемберленом и Черчиллем, Даладье и Рейно. Однако из его миссии ничего не вышло — слишком непримиримы были межимпериалистические противоречия [81] .

В свою очередь гитлеровское правительство, готовя после победы над Польшей разгром Франции и Англии, делало лживые заявления о готовности Германии прекратить военные действия.

В октябре 1939 г. Гитлер выступил со лживым заявлением в рейхстаге — о своих «усилиях» к улучшению отношений с Англией и Францией. При этом он требовал признания всех территориальных захватов Германии и передела колоний [82] . Но на подобных приемлемых для Лондона и Парижа условиях компромисс между фашистской Германией и Англией и Францией не мог быть достигнут.

Однако цель Гитлера — под покровом «мирных предложений» готовить наступление на Западе против Англии и Франции — достигалась.

9 октября был издан приказ германского верховного командования о подготовке генерального наступления на Западном фронте через Бельгию, Голландию и Люксембург. 19 октября генерал Браухич подписал директиву о сосредоточении и развертывании сил для проведения операции на Западе [83] .

С исключительной тщательностью и педантичностью генеральный штаб ОКВ во главе с Кейтелем разрабатывает дальнейшие планы разбойничьих авантюр, и в частности операцию «Гельб» — план войны против Франции. (Правда, начало войны по разным причинам переносилось не раз.) Над Западной Европой — народами Франции, Бельгии, Голландии, Люксембурга, Дании, Норвегии и других стран нависла зловещая тень гитлеровской оккупации.

На рассвете 9 апреля 1940 г. фашистская Германия качала агрессию против Дании и Норвегии. Это было начало наступления па Западном фронте. В тот же день германские войска заняли Копенгаген и датское правительство капитулировало.

Норвежская армия, насчитывавшая около 14.5 тыс. человек, поддержанная народом, оказала мужественное сопротивление захватчикам. Союзники Норвегии — Англия и Франция не оказали ей действенной помощи. Военные действия англо-французских союзников вскоре были прекращены, и их войска, высаженные в Нарвике и Тронхейме, эвакуированы. Норвегия подверглась гитлеровской оккупации.

Восьмимесячный период «странной», или «сидячей», войны с ее окопной тишиной, самолетами, мирно парящими над Сааром, футбольными матчами у линии фронта, неспешно идущими поездами с боеприпасами и вооружением по обе стороны Рейна закончился. Гитлер и его генералы перешли от «сидячей войны» (Sitzkrieg) к «молниеносной» (Blitzkrieg). Разгромив Данию и Норвегию, немецкие генералы двинули свои войска на Запад; под ударом на сей раз оказались Бельгия, Голландия и Люксембург. В Берлине стремились избежать фронтальной атаки «стальной крепости» — линии Мажино, протянувшейся на 400 километров.