Чтение онлайн

Раннее осеннее утро было слегка прохладным, и девушка, поежившись, очень пожалела, что не захватила с собой какую-нибудь шаль на плечи. А еще и атласные туфельки намокли от утренней росы, когда она пробиралась по траве к ограде. Поэтому, завидев издалека первую попавшуюся кофейню, Агния едва ли не бегом бросилась к ней. Несмотря на ранние часы, за многими столиками кофейни уже сидели посетители. Хозяин заведения, устроившись за столом в углу, что-то записывал в большую книгу, девушка, разносившая заказы, приветливо улыбалась, аромат свежесваренного кофе бодрил. Отогревшись за чашкой настоящего истенского шоколада с корицей, Агния вышла из кофейни в отличном расположении духа. Пройдя пару кварталов, отыскала салон модистки Клаудии Вестрель, принадлежавшей к древней династии портных. Кажется, Агния не могла вспомнить точно, но если она не ошибалась, самый первый портной Якобий Вестрель был приближенным королевы Златии — жены ДорияI — короля Лиории.

Едва девушка открыла дверь, зазвенел хрустальный колокольчик, навстречу ей вышла молодая женщина невысокого роста, пухленькая, с очаровательной улыбкой на круглом лице, обрамленном русыми кудряшками.

— Здравствуйте, я могу Вам чем-то помочь? — весело спросила Агнию женщина.

— Я бы хотела увидеть мадам Клаудию и заказать у нее пару нарядов.

— Это я — Клаудия Вестрель. С удовольствием придумаю для такой интересной девушки как Вы, что-нибудь необычное. Как, позвольте узнать, Вас зовут, юная леди?

— Агния Вальмельшер.

— Очень приятно, леди Агния, пройдемте же в кабинет, обсудим детали вашего заказа.

И Клаудия увлекла девушку за собой.

Через пару часов, попрощавшись с модисткой и пообещав прийти на примерку через три дня, Агния, абсолютно довольная и счастливая, покинула салон.

На радостях она зашла еще в лавку шляпника Рустемия, заказала две шляпки под будущие наряды. Прогулялась по тенистому скверу. Заметив на углу продавца сладкой воды, купила бутылочку с освежающим напитком. Недалеко от главной площади заглянула в лавку парфюмера, выбрала несколько ароматов, а также душистые масла и мыло с морскими водорослями. Полдня пролетели незаметно, отсутствие сна давало о себе знать, Агния буквально валилась с ног от усталости, хотя прогулка по городу была весьма полезной и приятной. Решив немного отдохнуть перед встречей с новым знакомым, Агния вернулась во дворец, прошмыгнула незаметно в свою комнату и, ополоснувшись теплой водой из кувшина, сладко уснула на мягкой перине.

Не обнаружив Стасия на месте вчерашней их встречи, Агния спустилась по ступенькам вниз и увидела юношу на берегу, у самой воды. Он присел на корточки и что-то сосредоточенно чертил палочкой на песке, так увлеченно, что даже не заметил девушку, внимательно наблюдавшую за ним. Какие-то интересные формулы, цифры, символы, то появлялись, то нещадно стирались рукой молодого ученого, бормотавшего себе под нос такие же затейливые фразы.

— Здравствуй, Стасий, — наконец, не выдержала Агния.

Молодой человек сразу же встал и, заулыбавшись, вежливо поклонился.

— Ты пришла? А я жду, жду, вот вычислениями решил пока заняться, — он смущенно показал рукой на формулы на песке.

Неожиданно для Агнии резко схватил ее за руку:

— Впрочем, ты как раз вовремя. Пойдем.

— Куда? — растерялась девушка, но руки не отдернула.

— Увидишь, — подмигнул ей Стасий и потянул за собой.

Они почти бежали по мосту, потом по брусчатой дорожке, уводящей вверх на холм к зданию главной обсерватории, не доходя пары метров, резко свернули вправо и оказались на смотровой площадке, с которой открывался прекрасный вид и на город, и на звездное небо.

— Агния, смотри же, смотри, — молодой человек взволнованно указывал рукой в ночное небо.

Девушка посмотрела туда, куда он указал, и замерла. По черному полотну, среди маленьких огоньков звезд быстро двигалась яркая точка, за которой тянулся длинный светящийся шлейф.

— Как красиво, — восторженно прошептала Агния.

— Это комета Рейката, я рад, что тебе понравилось, — довольный заулыбался Стасий.

Когда комета скрылась из поля зрения, Агния наконец-то оторвала зачарованный взгляд от ночного неба и посмотрела на спутника. Он еще не поймал ее взгляда, продолжая смотреть в точку, где комета скрылась из вида. Стасий стоял так близко, едва не касаясь ее плечом, и девушка с удивлением поняла, что они до сих пор держатся за руки.

Невольно Агния сравнила нового знакомого с Виллемом — почти одного возраста, оба темноволосые, темноглазые, высокие и широкоплечие. Но, она покачала головой, какие же, по сути, они разные — эти два мужчины. Виллем — спокойный, рассудительный, созревший в мужчину, прекрасный в своей холодной красоте, и Стасий — такой живой, энергичный, эмоциональный, совсем еще мальчишка, его обаяние наоборот, было каким-то теплым. Заметив, что Агния внимательно смотрит на него, он слегка смутился и отпустил ее руку. Указал в другую точку неба на созвездие, напоминающее по очертаниям сердце:

— Знаешь как оно называется, Агния?

Она в ответ лишь пожала плечами.

— Это «лиам-саурей», что в переводе с древнелиорийского означает «пламенное сердце».

— Действительно, очень похоже на сердце, — согласилась девушка.

— Легенда гласит, — продолжил Стасий, — что жил на свете один смелый охотник Саром, и была у него жена — прекрасная Амиль. Утром Саром уходил в лес на охоту, а Амиль верно ждала его в их доме, жили они душа в душу. Но позавидовали люди их счастью, и пришел к Амиль темный чародей, и обратил ее в лань. Испугалась прекрасная Амиль, бросилась в лес к мужу, чтобы помог он ей, но не подумала она, что охотник прежде увидит в ней зверя, чем разглядит свою любимую. И, действительно, завидев издали хрупкую лань, меткий охотник выстрелил и попал ей прямо в сердце. Подбежав ближе, он с ужасом увидел, что там, где должно было лежать убитое им животное, распростерлось окровавленное тело его прекрасной жены. Саром понял весь ужас произошедшего, и, рыдая, попросил небеса вернуть жизнь его любимой. Он сказал, что отдаст свое сердце Амиль, чтобы она и дальше смогла жить. Небеса услышали его просьбу и вдохнули жизнь в прекрасную девушку, в ее груди застучало сердце Сарома. Но, едва открыв глаза и увидев рядом бездыханное тело супруга, закричала от ужаса и теперь уже она обратилась к небесам. Амиль сказала, что раз уж у них осталось одно пламенное сердце на двоих, то пусть оно будет не в теле одного, а высоко в небе, чтоб освещать путь идущим, и дарить веру в настоящую любовь всем живущим на земле. Так и случилось. Амиль и Саром теперь всегда вместе, а их одно на двоих пламенное сердце сверкает в небесах, напоминая о безграничной любви, которая не преклонилась даже перед смертью.

— Какая трогательная и печальная легенда, Стасий, — едва слышно сказала Агния, потрясенная услышанным, — То есть любовь, она все-таки сильнее смерти, ты думаешь?

— Думаю, да, — уверенно кивнул головой юноша, — настоящее чувство соединяет влюбленных и после смерти. Агния, а как ты думаешь, что такое смерть, есть после нее что-нибудь на самом деле?

Девушка печально улыбнулась:

— Конечно, есть, Стасий. Мне кажется, что души наши не умирают. Только вот одни попадают в мир, где обретают друг друга и продолжают быть счастливыми, а другие так и остаются неприкаянными и мечутся в поисках выхода, а выхода нет и, наверное, не будет никогда. В их распоряжении вечность и воспоминания…

Стасий ответил молчанием. Какое-то время они просто рассматривали звездное небо, а потом Агния указала на созвездие, отдаленно напоминавшее кого-то с крыльями:

— А это созвездие я знаю, Стасий.

— Ну-ка, что ж это? — заулыбался юноша.

— Это «вит-ор-катар» — крылатый конь. Правильно?

— Правильно, — кивнул головой Стасий, — откуда ты знаешь?

— Мой старший брат тоже, как и ты, увлекался звездами, а я, еще маленькая, с интересом слушала его рассказы.

— А где твой брат сейчас?

— Он погиб давно, при обвале в горах. И вся моя семья погибла там же — родители, брат, сестра, — Агния вновь помрачнела.

— Прости, я не хотел своими расспросами причинить тебе боль, — растерявшись, пробормотал Стасий.

— Ничего, пойдем, будем спускаться вниз.

Обратно в город по брусчатой дорожке шли медленно, молча. Стасий боялся снова сказать что-нибудь неуместное, Агния была погружена в воспоминания. Только у самого моста молчание было прервано:

— А у тебя есть братья или сестры, Стасий?