Чтение онлайн

— Иннатия, — мелодичный как колокольчик голос окликнул девушку.

Агния вздрогнула, ощутив пронизывающий ее холод. Она спиной чувствовала присутствие еще кого-то в зале, но зеркало не отражало никого кроме нее самой.

— Иннатия, — вновь зазвенел до боли знакомый голос-колокольчик.

Собравшись с силами, Агния обернулась и едва не вскрикнула. В двух шагах от нее стояла прекрасная русоволосая девушка в длинном темно-синем бархатном платье. Этот пронзительный взгляд голубых глаз, эта ласковая улыбка, так хорошо знакомые с детства.

Агния протянула руку навстречу сестре.

— Солия? Ты? Но как? — шепот отражался от стен мрачным эхом.

Протянутая рука прошла сквозь призрака, Агния ощутила лишь холод. Ответ был не нужен больше. Это всего лишь фантом, на минуту внушивший Агнии надежду.

— Иннатия, — снова знакомый голос, но губы Солии не шевелились при этом, глаза не моргая смотрели на Агнию.

— Солия, зачем ты здесь? Что хочешь сказать мне, сестра?

— Зачем ты здесь? — то ли отозвалось эхо, то ли прошептал призрак.

— Зачем здесь я? — пожала плечами Агния, — а ведь, знаешь, сестричка, я и сама не знаю… Столько всего переплелось, столько всего смешалось. Я запуталась, я чувствовала необходимость приехать сюда в Листенкинг. Солия, помоги мне…

— Чем я могу помочь тебе, Иннатия? — звучал голос призрака, дробясь звоном по залу.

— Скажи мне, что важнее — долг или чувство, обязанность или справедливость?

— Иннатия, если мой ответ поможет тебе, я скажу. Наши чувства, наши представления о справедливости — это личное. Богат тот, кто имеет возможность думать и поступать в соответствии с представлениями о справедливости, по воле чувств. Но прежде чем думать о личном, каждый должен искупить свои долги, выполнить свои обязанности. Иначе нельзя чувствовать себя свободным…

Призрак сестры замолчал.

Молчала и Агния, обдумывая услышанное.

— Да, все верно… Ты права, спасибо…

— Удачи тебе, Иннатия, береги себя, — прозвенел голос.

Агнии даже показалось, что сестра улыбнулась ей как живая, прежде чем призрак ее растворился в воздухе. Девушка быстрыми шагами подошла к двери, отомкнув с трудом запор, вышла в сад. Разноцветные листья шелестели под ногами, но Агния не видела ничего, закрыв лицо руками, она почти бежала к воротам поместья. Теперь-то она понимала, почему ее так тянуло в Листенкинг, ответы на вопросы найдены, все, казалось бы, встало на свои места. Она должна, она обязана Еугению, Темному Господину, и долг этот нужно искупить. Но почему так больно, почему так рвется внутри что-то, и на глазах слезы… или это моросит осенний дождь? Агния покидала Листенкинг, решение было принято.

Виллем сидел в кресле у горящего камина в гостиной и в задумчивости вертел между пальцами бриллиантовую заколку Агнии. Не сказать, чтобы он тосковал по этой самоуверенной брюнетке, но ему очень не хватало ее ежедневного присутствия, мудрых советов и наставлений. Чародей даже поймал себя на мысли, что долго ворочается в постели по ночам, не может заснуть. Ему все время кажется, что вот-вот скрипнет дверь, и в комнату на цыпочках войдет Агния. Почему она до сих пор не вернулась в поместье Орта, хотя обещала? Нет, вряд ли что-то могло случиться, но неужели в таком случае ей трудно написать письмо? Могла бы послать какую-нибудь весточку. Уже конец декабря, сколько еще ждать? И где она? Где? Виллем и сам не заметил, как за размышлениями вошел в транс.

Вот, как и бывало с ним ранее, чародей провалился в темноту, почувствовав, как что-то больно обжигает ладонь и пальцы правой руки. Он разжал кулак и зажмурился от яркого света бриллиантов. Заколка рассыпалась на множество искрящихся кристалликов, которые упав под ноги чародея, сами собой сложились в слово «жди». Очнувшись, Виллем открыл глаза, и удивленно посмотрел на сломанную пополам драгоценную вещицу. Неужели он смог связаться с Агнией на расстоянии с помощью своей силы, и она его услышала и ответила. Или это просто его бесконечные мысли о девушке обернулись таким вот странным сном. Но нет, Агния ответила ему, велела ждать. Чародей грустно улыбнулся, покачал головой и слегка щелкнул пальцами — бриллиантовый цветок вновь засиял как новый — целый и невредимый. Бережно убрав заколку в нагрудный карман жилета, Виллем покинул гостиную.

— Агния, теперь твой ход. Что сделать этому фанту? — принцесса Стасия, смеясь, подтолкнула под локоть сидящую рядом Агнию.

Поправив смоляные кудри, та, очаровательно улыбнулась, сверкнув глазами в сторону принца:

— Этому фанту… нужно станцевать со мной.

— Стасий, это твой фант, приглашай даму на танец, — довольная объявила принцесса, — а я сыграю вам.

И, поднявшись с одной из мягких цветастых подушек, на которых удобно расположилась веселая компания, Стасия направилась к белоснежному инструменту. Стасий тоже мигом встал, и, протянув руку Агнии, помог ей подняться с пола. Галантно поддерживая даму под локоть, принц вывел ее в центр комнаты.

Они снова танцевали вместе, на этот раз под звенящую капель рояля. Принцесса перебирала маленькими пальчиками клавиши, поглядывала на танцующих, и любовалась братом и подругой — оба изящные подтянутые, легкие, прекрасные как герои сказочных историй. Мелодия закончилась, но они, увлекшись танцем, не заметили этого, продолжая двигаться, не отводя друг от друга глаз.

Принцесса старалась не шелохнуться, чтоб не мешать, но дверь в комнату предательски скрипнула, витражное окно распахнулось настежь от ворвавшегося в комнату ледяного ветра, жалобно зазвенели фарфоровые чашечки на покачнувшемся столе. Очнувшись от сказочного мгновения, так некстати разрушенного, все одновременно бросились закрывать окно поплотнее. Мороз, однако, успел пробраться в комнату, заставив девушек зябко поеживаться и кутаться в теплые пледы, заботливо накинутые им на плечи Стасием.

— Да уж, зима в этом году на редкость суровая, — покачал головой принц, разливая по пиалам свежезаваренный зеленый чай.

— Надеюсь, братец, вы отложите свою поездку? А то в такую-то непогодь ехать в горы — безумство, — с надеждой и тревогой поинтересовалась принцесса.

Стасий улыбнулся, протягивая пиалу с чаем:

— Сестричка, не волнуйся так, все будет в порядке. Таким чудакам как я и мои товарищи даже погода не препятствие.

Стасия отхлебнула горячий чай, укоризненно покачала головой и не найдя что возразить в надежде посмотрела на Агнию.

Но девушка, казалось, не слышала разговора брата и сестры, отстраненно смотрела в невидимую точку на стене и была бледнее обычного. Стасий тоже заметил перемену в возлюбленной и испуганно коснулся ее белоснежной руки.

— Агния, дорогая, все в порядке?

Рука оказалась слишком холодной, глаза будто остекленели.

— Братик, что с ней? — прошептала Стаси.

— Агния, Агния, очнись же, — Стасий слегка тряхнул девушку за плечи, но она будто окаменела.

Перепуганная принцесса подскочила к подруге и, прижавшись ухом к ее груди, постаралась услышать стук сердца. Бледными губами, широко распахнув глаза, Стаси прошептала брату:

— Стасий, сердце… я не слышу стука ее сердца…

Стараясь не поддаваться панике, хотя самого его от происходящего кидало то в жар, то в холод, принц аккуратно взял девушку на руки и отнес на диван.

— Не волнуйся, сестричка, это обморок, бывает такое с дамами, тебе ли не знать, — подмигнул Стаси принц, пытаясь говорить убедительнее.

Черные волосы Агнии обрамляли прекрасное бледное лицо, мутно-зеленые глаза все так же стеклянно смотрели вдаль, но губы слегка приоткрылись и до брата с сестрой донесся шепот: