Чтение онлайн

Принцесса не разговаривала со своей подопечной по душам — было тесно и шумно, слишком много людей рядом, для того, чтобы откровенничать, но и сама присматривалась к своей новой знакомой и ловила ответные внимательные взгляды. Даже после выздоровления больной, обе девушки старались держаться рядом. А еще через неделю корабль пристал к берегу.

Вроде бы уже сложившаяся за недели плавания жизнь, опять была нарушена. Пленницы снова пришли в волнение, переживая прошлые ужасы и страшась грядущих испытаний. Некоторые снова тихо плакали, другие обсуждали друг с другом возможные варианты своей судьбы, а более дерзкие и раскованные, как Эстрия, предвкушали фурор, который произведут на рынке обитательниц гарема.

Стасия снова ушла в себя, вспоминая свою жизнь руазийской принцессы, и сожалея, что ее не убили где-нибудь еще на латусской дороге. Месть? Как же смешны были ее рассуждения! Зачем она послушалась Агнию и уступила давлению Жардинии? Что она сможет сделать для своей мести, прозябая в чьем-то гареме и ублажая какого-нибудь мелкого купца, который соизволит ее купить? Такая жизнь приводила принцессу в ужас. Но даже если ей удастся вырваться на свободу, то как она попадет обратно в Руазий? К кому ей там стремиться, как и где искать потерянного брата?

— Ничего не бойся, держись рядом со мной, — тонкая рука Нафисят коснулась плеча Стасии. — Ты спасла мне жизнь. Нафисят умеет быть благодарной.

Больше всего принцессу поразила правильная лиорийская речь башангки, почти без акцента. Удивленная Стасия только согласно кивнула в ответ — девушки уже покидали корабль, сходя на берег. По прибытии, пленниц разбили на пары и расселили по комнатам в огромном доме в прибрежном городе Сарте, знаменитом своими рынками наложниц. Судя по тому, что все девушки были молоды и не безобразны, их отобрали для гарема еще на корабле, а теперь отвели неделю на то, чтоб привести в приличный вид перед торгами. И тут уже Нафисят, как более сведущая в башангской жизни, взяла Стасию под свое покровительство. Их поселили в одной комнате — маленькой и узкой. И именно в тот вечер, после осмотра, который принцесса едва пережила, посещения купален и ужина, девушка окончательно осознала, что навсегда обречена жить в этой стране с чужими правилами и законами, следовать диким, по ее представлениям, обычаям. Вряд ли когда-нибудь сможет вернуться назад в Истен. Через неделю ее продадут неизвестно кому, и дальше девушка будет вынуждена подчиняться чужим желаниям и капризам. Зря она обнадежилась заверениями своей соседки по несчастью. Нафисят такая же пленница, как и она, Стасия, и так же ничего не сможет сделать, чтобы хоть что-то изменить. И такая тоска охватила девушку, что она не смогла больше удерживать ее внутри и вылила столь долго сдерживаемыми слезами.

— Не плачь. Слезы — удел слабых. Сильные не плачут, — башангка бесшумно подошла к бывшей принцессе и присела на кровать рядом с ней. — Чтобы выжить, ты должна быть сильной, это не так уж и сложно.

— Но что я могу сделать? — Стасия повернула голову и посмотрела на собеседницу сквозь слезы. — Я ничего не знаю о вашей стране, даже языка не знаю. Ничего не умею. Даже если бы я сейчас оказалась на свободе, то скорее всего погибла бы. Как я смогу отомстить обидчикам и восстановить справедливость, если даже над своей жизнью воли не имею?

— А ты хочешь отомстить?

— У меня нет больше другой цели…

— Что ж, эта цель не хуже других, — загадочно улыбнулась Нафисят.

— Только нереальна…

— Ну почему же… не спеши. Учись, осваивайся. И все в твоих силах. Ты помогла мне, а я добра не забываю, Стейси. Я помогу тебе.

— Чем? Ты такая же пленница, как и я, — горько усмехнулась Стасия, — и через неделю будешь вместе со мной продана на рынке. Дикость какая!

— Не совсем.

— И в чем же разница между нами? — самоуверенность собеседницы вызывала удивление.

— В том, что я не одинокая, никому не нужная чужестранка, — Нафисят гордо встряхнула головой, сверкнув черными глазами. — Мой мужчина очень влиятельный человек, и он не оставит меня. Я думаю, что уже завтра за мной приедут и заплатят выкуп. Так что до торгов дело не дойдет.

— Как же ты тогда оказалась на корабле?

— Кариам, занимая высокое положение, имеет сильных соперников и врагов. Мое похищение — это предупреждение ему, ну и месть мне лично, — башангка помрачнела и, поднявшись, пошла к своему ложу. — Но это не важно для тебя. Я и так сказала слишком много.

Несмотря на все заверения, Стасия боялась предстоящих испытаний и не сильно рассчитывала на помощь, но вышло все так, как предсказывала Нафисят. Утром следующего дня два стражника пришли за башангкой.

— Ничего не бойся, — ободряюще улыбнулась она принцессе и исчезла за дверью.

Сейчас, под нежный перезвон колокольчиков, машинально исполняя приказания учителя, Стасия уже не знала, к худшему сложилось все тогда в ее жизни или к лучшему. Новая знакомая не обманула и выкупила ее у торговцев рабами, не доведя дела до торгов. Первые полгода девушка жила возле столицы, в загородном доме Кариам-бая. Нафисят учила ее языку и основам танца. А затем отдала в лучшую школу башангкских танцовщиц, чтобы Стасия постигала эту науку дальше. Да, учиться было нелегко, и некоторая неопределенность ее дальнейшего существования все-таки присутствовала. Ну, еще пара лет тут в школе, а потом что? Нафисят не делилась с бывшей принцессой своими планами на ее счет. Но именно башангка тогда, в самом начале, выслушав историю Стасии, тонко улыбнулась и сказала, что поможет отомстить. Нужно лишь довериться ей.

Утро разбудило меня громкими голосами во дворе.

Я умылась из кувшина и присела на кровать, не зная чем занять себя.

Тело, за три с лишним года привыкшее к нагрузкам, требовало разминки, но комната была слишком мала для этого. Это навело меня на размышления о дальнейшей жизни в столице. Как, а главное, где я буду заниматься мечом? Куда я дену Тень? Где я там буду жить, да и вообще, когда, наконец, у меня появится угол, который я снова смогу назвать своим домом?

Удрученная этими размышлениями, я оделась и вышла из своей комнаты в нашу с Кассием общую гостиную. К моему разочарованию, вместо воина меня ожидала записка, лежащая на столе. Узким четким почерком Касс писал, что опять уходит по делам. Велел мне не скучать, если получится съездить с Рией к портнихе и ни о чем не волноваться, после полудня он сам меня найдет. К записке прилагался мешочек с монетами и сверток с тканью на платье.

— Утренняя прогулка важнее всех дел и полезна для здоровья, — сказала Иллария, поправляя капризный локон возле зеркала. Он никак не хотел укладываться на определенное ему хозяйкой место. — К портнихе мы поедем позже, а сначала прокатимся в коляске. И непременно, непременно нужно посетить Риженский торг. Ради него я прощаю этому городу его неэлегантность и отсутствие некоторых удобств.

Я была не против и ждала только, когда подруга соберется. А Рия прихорашивалась и, на мой взгляд, не особенно торопилась, занимаясь прической, как будто важнее в жизни ничего не было. Мы находились в ее комнате, куда поднялись после завтрака, и я наблюдала, как девушка, наконец-то удовлетворенная укладкой волос, подбирает перчатки и шляпку к платью.

— Леся, а ты почему не собираешься? Я уже почти готова. Конечно вместе веселее, но потом еще тебя ждать… ненавижу ждать.

— Так я уже готова к выходу! — рассмеялась я.

— Хм… — девушка окинула скептическим взором мой наряд, — ты уверена, что хочешь выйти в город в таком… простоватом виде?

— А что не так с моим видом? — я недоуменно взглянула в зеркало, перед которым совсем недавно вертелась подруга. Вполне приличные черные штаны из добротного дорогого полотна — самые новые из всех, что у меня были, и белая рубашка — моя любимая, которой я гордилась неимоверно и ни разу еще не одевала. Тонкая легкая ткань струилась красивыми складками, собираясь на манжетах рукава. Закрытый кружевной ворот, на мой взгляд, удачно подчеркивал изгиб шеи. Кружева конечно простенькие, но это была моя первая и наиболее удачная попытка плетения. Ткань же привез Учитель, как и черные кожаные сапожки на небольшом каблучке, из последней своей поездки. Мой наряд мне нравился, и я с тайной радостью одела его утром, так как в лесу особо щеголять было не перед кем.