Чтение онлайн

– Договорились. Только боюсь, что став кинозвездой, ты обо мне позабудешь.

Макс улыбнулся.

– Пока что эта проблема нам не грозит. Ты ведь не только, чтобы поесть ко мне приехал?

Я вытер салфеткой рот.

– Ты прав, хотя, после сегодняшнего великолепного завтрака, буду выбираться почаще.

– Передам повару, что тебе понравилось. А теперь говори, зачем на самом деле пожаловал.

– Макс, меня интересует одно местечко в Гнойнике.

– Я не ослышался, в Гнойнике?
– хрипло спросил он.

– Ты всё правильно услышал, - с ледяным спокойствием подтвердил я. - До меня дошли слухи, что где-то в Гнойнике есть коммуна, созданная людьми, которых обычно принято считать богемой: всякие художники, артисты и так далее. Тебе что-то о ней известно?

Макс огляделся по сторонам, а затем неожиданно засмеялся.

Толстяк оторвал удивлённую голову от ведра с газировкой, потом пожал плечами и снова вернулся к упоительному во всех смыслах процессу.

Я терпеливо молчал. Отсмеявшись, Макс сказал:

– Прости, это как-то неожиданно... Ты и эти чокнутые.

– Это по службе...

– Я понимаю, просто непривычно как-то. Ты на такие вещи прежде и внимания не обращал, а на мои роли плевал с колокольни. Вот я и ...
– Он на какое-то время замолчал.

– И всё же, что ты знаешь об этой коммуне?
– повторил я.

– Сейчас это модно. Называется декадансом. Искусством ради искусства. Привычный мир не может правильно оценить труд творческого человека, и тот вынужден искать место, где его странность покажется нормой и, где каждого привыкли принимать таким, как он есть.

– Ты сказал одновременно много и мало. Другими словами, уроды от искусства спрятались среди обычных уродов.

– Грубо, но в точку, - согласился Макс.
– Основал коммуну Джо Чилл. Помнишь такого?

– Помню. Он снимался в кино, играл отважных частных сыщиков и благородных миллионеров, спасавших мир.

– И ещё писал картины. После того, как выяснилось, что он любит разбавлять краски кровью, причём им же трахнутых мальчиков, его чуть не посадили. Но, у Джо хорошие связи и деньги, так что он отвертелся. Вот только в кино ему больше делать нечего. Никто больше не поверит в благородство его персонажей.

– То есть продюсеры дали ему пинка под зад?

– Именно, причём даже те, что трахали мальчишек вместе с ним, только с той разницей, что об их увлечениях пресса не дозналась. Джо обиделся на весь мир и решил перебраться в такое место, где никто не будет показывать на него пальцем. Вот уж не знаю, как ему удалось договориться с заправилами из Гнойника, но факт остаётся фактом: Джо поселился там, а через какое-то время организовал коммуну со своими законами. Туда подались разного рода непризнанные гении, а со временем это вдруг стало модно, в коммуну потянулись экзальтированные дамочки и внешне весьма благообразные джентльмены. Говорят, там царит сущая свобода нравов - делай, что хочешь: напивайся, трахайся, хоть с человеком, хоть с животным, колись или нюхай, - мечтательно добавил Макс.

– Мне перечислить статьи из уголовного кодекса, которые там нарушают?
– хмуро сказал я.

Макс очнулся.

– Ты чего? Думаешь, мне по душе тамошняя жизнь?

– Не знаю, но рожа твоя стала подозрительной. Макс, свернёшь на эту дорожку, не посмотрю ни на что: лично отверну башку, и все скажут, что так и было, - угрожающе произнёс я.

– Ты ж вроде не на службе сейчас, или коп даже во сне остаётся копом?

– Я тебя предупредил, ты достаточно большой мальчик, чтобы сделать нужные выводы, - многозначительно добавил я.
– Где находится эта коммуна, знаешь?

– Могу на плане показать.

– Валяй.

Макс притащил засаленный план города, развернул и долго водил пальцем по заскорузлому листу.

– Кажется, здесь, - неуверенно произнёс он.

– Джо специально самый анус у задницы выбрал?
– невесело спросил я.

– Его можно понять. Сюда к нему точно никто не полезет. В здравом уме и трезвой памяти...

– В определённой логике ему не отказать. Только я б предпочёл поселиться в хижине вождя каннибалов, чем в середине Гнойника.

– Я же сказал: он сумел договориться, только не спрашивай меня с кем и как, я всё равно этого не знаю.

– Не буду, - заверил я и протянул ему несколько купюр.
– Передай это матери.

– А почему я? Мог бы сам к ней зайти и передать, - возмутился Макс.
– Ты сто лет у неё не был. Зайди, проведай старушку.

– Тебе проще, ты ведь по-прежнему у неё живёшь. К тому же, я не собираюсь в миллион первый раз отвечать на вопросы, почему я до сих пор не женился, и, когда она будет нянчить внуков. Мне ли тебе говорить, как я ненавижу эти допросы!

– Знаешь, я думаю, она верит в тебя больше, чем в меня, - грустно протянул Макс.
– Я уже забыл, когда она меня о таком спрашивала.

– Считай, что тебе повезло, - сказал я, вставая.

Не хотелось называть брата, у которого не было ни девушки, ни работы, неудачником, и потому я быстро пожал ему руку и вышел.

На самом деле мы - не родные братья. Мать Макса забрала меня из приюта, куда я попал сразу после того, как попал этот мир. Но она всегда относилась ко мне, как к родному. Со временем я привык называть её мамой, а Макса - братом. И был готов отдать за них жизнь, только никому бы в этом не признался.

В приюте меня, Сергея Фролова, окрестили Риком. Фамилию Дональд дала приёмная мать.

Возле взятого на прокат седана уже отиралось двое мальцов, я свистом отогнал их и сел в машину. Как ни крути, в Гнойник ехать придётся. Но, прежде чем начать испытывать судьбу на прочность, решил связаться с Корнблатом. В квартале отсюда была будка телефонного автомата, и я позвонил из неё.

Трубку сняла девушка-секретарша, которая моментально переключила меня на босса.

Голос Корнблата звучал тревожно:

– Дональд, вы что-то раскопали?

– У меня есть хорошая новость и плохая. Начну с хорошей. Мёртвой вашу жену не видели, но всё указывает на то, что она где-то в Гнойнике.

– Я не ослышался?

– Увы.

– И что вы собираетесь предпринять?

– Собираюсь отработать ваш чек.

– Если речь идёт о деньгах, я готов выписать ещё один...на любую разумную сумму.

– Не все проблемы решаются деньгами, но я учту ваше предложение.

– Держите меня в курсе.

– Можете не сомневаться.