Чтение онлайн

Непосредственно в предвоенный период (за 3-4 года до войны с Германией) собственно происходил процесс развертывания и подготовки производства "современных танков" с наращиванием выпуска легкого БТ-7 различных модификаций (с 1935 по 1940 гг. было произведено 5450 ед.), средних - Т-34 и тяжелых - КВ. За полтора предвоенных года было выпущено более 1700 танков "новых типов". В том числе - за первое полугодие 1941 г. соответственно - 1129 Т-34 и 424 - КВ.

Кроме того, в предвоенные годы танковой промышленностью СССР было выпущено более 1300 ед. огнеметных танков и незначительное количество специальных (химических и инженерных) танков.

Следует заметить, что тяжелые танки на 100%, а средние на - 40-50%, выпускались как "командирские", в радиофицированном варианте.

Очевидно, что, получив в подарок империю с лаптями и сохой, советские наркомы, не без участия И. Сталина, были близки к достижению государственной политической цели - предотвращению агрессии теми средствами, которые в то время были для них доступны.

Ими была создана танковая промышленность со всеми сопутствующими производствами: металлургии и проката, вооружения и боеприпасов. Их усилиями были созданы кадры, способные без особых проблем освоить новую технику, при ее массовом поступлении в войска.

Что мы имели в РККА к началу войны с Германией?

Из всего объема выпущенных в предвоенные годы машин по состоянию на 1 апреля 1941 года на балансе войск числилось - около 25 тысяч танков, в том числе: новых типов (говоря современным языком - современных) Т-34, КВ только около 700 единиц.

По архивным данным из 30 тыс. танков (25-30 типов и модификаций) выпущенных промышленностью серийно с 1930 года в военных округах на Западе на 1 апреля числилось около 10700 танков: в КОВО - всего 4800, в том числе: современных - 457; соответственно в ЗапОВО - 3313 и 145; в ПриОВО - 1882 и 128; в ОдВО 783 и 10; в ЛенВО - 783 и 8 единиц.

На Дальнем Востоке и в ЗабВО содержалось около 4200 устаревших танков. Практически ни одного "современного" танка на восток перед войной поставлено не было.

Следует отметить, что примерно с середины 30-х РККА начала переходить на кадровую систему комплектования войск. Опыта содержания, хранения и эксплуатации такого количества сложной боевой техники в сокращенных частях и соединениях, еще недавно ничем не отличавшихся от войск времен гражданской войны, не было.

В известной мере сложилось парадоксальное положение: "расход" танков по факту списания за предвоенное десятилетие составил всего 6 тысяч единиц. На самом деле, учитывая интенсивность боевой подготовки численно растущих войск, отсутствие опыта в эксплуатации и хранения вооружения, "отход" танков был значительно больше. Оценочные данные, приведенные в архивных источниках, показывают, что не менее 60-75% танков, из находившихся в строю к 22 июня 1941 года, в отсутствии запчастей оказалось технически непригодными к боевому использованию, частью - с выработанным по двигателям и ходовой части ресурсом. Около 15% танков требовало текущего ремонта, не менее 30% - среднего и 20-25% - капитального.

Таким образом, за два месяца до войны только 20-25% танков, из находящихся на балансе РККА, могло считаться боеготовыми, 10% "современными", только 6% были танки новых типов. Не улучшила состояние войск поставка из промышленности в апреле - июне 1941 года 400-500 танков "новых типов"

Танковые войска западных военных округов оказались практически неготовыми к отражению сосредоточенного удара четырех танковых групп вермахта.

С началом военных действий особенно тяжелое положение сложилось в полосе Западного и Прибалтийского особых ВО, в составе которых числилось только 750-800 Т-34 и КВ. Из 5700 машин в этих округах относительно боеготовыми на 22 июня могли считаться не более 30-35% (1800-2000 единиц). В основном это были легкие танки Т-37, Т-26, незначительное количество относительно современных, но так же легких БТ-5 и БТ-7. Вооруженные 45 мм пушкой и защищенные 15-22 мм "броней" они не могли соперничать немецкими танками Т-III, Т-IV, которые имели 30 мм броню и соответственно 37 мм и 75 мм орудия.

Следует учесть тот факт, что "новые танки" Т-34 и КВ еще не были в достаточной мере освоены личным составом, а система их технического обеспечения и эвакуации не могла быть развернута в полном объеме. (Одной из причин высоких потерь было использование боевых танков для эвакуации и буксировки вышедших из строя машин) В следствие недостаточного освоения новой техники личным составом потенциальные возможностей танков использовалось только на 30-40%, а эффективность применения частей и подразделений, оснащенных танками Т-34 и КВ, снижалась в связи имевшими место недостатками в управлении. (Это было обусловлено так же причинами организационного характера - танковые корпуса находились в стадии формирования, а "командные кадры" стрелковых войск не имели опыта организации и ведения общевойскового боя во взаимодействии с приданными танковыми частями и подразделениями)

Поэтому не могут удивлять неудачи РККА в приграничных сражениях в июне июле 1941 года и "большие потери" в боях с наступавшими гитлеровскими войсками, которые имели приличный опыт применения танковых соединений и объединений.

Следует иметь в виду, что 60% промышленной базы танкостроения было утрачено уже в первые полгода войны.

Нечто подобное произошло не только в танкостроении и танковых войсках РККА, но и в авиастроительной промышленности, в ВВС, в производстве артиллерии и особенно боеприпасов. Например, на оккупированной немцами территории осталось более 350 заводов по производству боеприпасов. Прокат цветных металлов в течение полугода снизился в 400 раз, выплавка стали упала в 1941 году с 18 до 8 миллионов тонн.

"Промедление смерти подобно"

Нет сомнения в том, что руководство гитлеровской Германии совершенно правильно определило сроки начала войны с СССР "конец весны - начало лета 1941 года". Одно из соображений - перевооружение Красной Армии на "современные типы" боевой техники только началось, но могло в основном завершиться в 1942-1943 гг. Гитлер не мог не понимать, что в условиях плановой советской экономики процесс перевооружения РККА через 1,5-2 года мог закончиться военным столкновением с непредсказуемым для Германии результатом. С точки зрения Гитлера и понимания его идеи "расширения рейха на Восток" немецким генералитетом стратегическая ситуация 1941 года оценивалась не больше ни меньше как "критическая" - промедление с нанесением удара по СССР или перенос сроков начала агрессии на лето 1942 года было для Германии смерти подобно.

В свою очередь советское руководство справедливо полагало, что необходимо хотя бы на один год оттянуть неизбежное столкновение с Германией. К маю 1942 года РККА могла бы получить как минимум 3000-4000 тысячи новых танков (темп поставки из промышленности обеспечивался весьма высокий - 300-350 танков в месяц). К этому времени личный состав был бы технически и тактически готов к грамотному их применению. Можно было рассчитывать на реализацию высоких боевых возможностей танков КВ и Т-34.

В то же время через год немцы могли бы "остаться при своих интересах" с короткоствольными пушками танков Т-IV против брони Т-34 и перед неразрешимой дилеммой "развязать войну против СССР для завоевания жизненного пространства и ресурсов в 1941 году" или сохранить "призрачный мир на востоке рейха" до лучших времен (например, до создания единого фронта антироссийски настроенных государств в Европе и в мире при лидерстве Германии).

И. Сталин прекрасно понимал опасность преждевременного военного столкновения с Германией и в меру сил проводил соответствующую политику предотвращения военной угрозы. Существо этой политики сводилось к тому, чтобы "не допуская грубых провокаций" (ради мира на два года можно и с чертом ходить под ручку), наращивать производство вооружений с лучшим качеством и во все большем количестве. Сталин понимал, что только военная сила могла сдержать германскую агрессию, которая "намеренно канализировалась мировым сообществом на Восток", в сторону России.

Не следует забывать, что не была оставлена в стороне и главная цель развития экономики Советского Союза - повышение жизненного уровня советских людей. Никто в здравом уме не будет отрицать, что общее промышленное производство в СССР к 1938 году в сравнении с царской Россией 1913 года по отдельным отраслям повысилось в 20-30 раз, по некоторым видам жизненно-важной продукции - в сотни раз, а темпы прироста ВВП составляли не менее 12-13% в год. (Страшно подумать, зная контрольные цифры наших современных "достижений") Это не могло не повлиять на повышение уровня жизни и благосостояния народа.