Чтение онлайн

Катя внимала пояснениям Элисон, а про себя размышляла о том, имел ли уже тогда пансион столь грязную репутацию? Глядя на эту молодую женщину, в такое совсем не верилось. Она казалась очень серьёзной, даже немного строгой. Такая не стала бы работать в публичном доме, пусть даже королевском.

– Хорошие горничные нам нужны, – говорила Элисон. – Но сама я не решаю такие вопросы. Могу лишь порекомендовать вас мадам де Помпадур. Как только она появится, я представлю вас её сиятельству. А пока вы не здоровы и вам лучше проводить время в покое.

– А ваш доктор, он не будет против, что я заняла его комнату? – обеспокоенно спросила девушка.

– Нет, что вы. Он пока отсутствует и в ближайшее время не появится.

Выходит, ей предстоит встреча с самой маркизой де Помпадур! Хотя этого следовало ожидать. Чтобы остаться здесь, обязательно нужно понравиться ей. И быть максимально честной, ведь женщина она явно не глупая, раз такое заведение открыла. Если Катю заподозрят в попытке обмануть, то вряд ли её будет ждать что-то хорошее.

Снова оставшись наедине с собой, Катерина выбралась из постели и принялась изучать место, в котором находилась. Данные апартаменты состояли из трёх небольших помещений: прихожей, спальни и кабинета, где стоял массивный стол с принадлежностями для письма, тяжёлый дубовый секретёр, а также большой книжный шкаф. Ничьих личных вещей Катя не увидела. Это было к лучшему. Не хватало ещё, чтобы во время её нахождения здесь что-либо пропало или испортилось.

Сумки и платья нигде не было. Оставалось надеяться, что те, кто их взял, не станут копаться в её вещах. Иначе к ней возникнет много вопросов, ответы на которые она просто не сможет дать. Тем не менее, пока никакой опасности Катерина не чувствовала. Относились к ней благожелательно. Это немного успокаивало.

В скуке и тишине прошёл весь вечер. Физически девушка чувствовала себя прекрасно. Ей хотелось что-то делать, с кем-нибудь общаться. Но проявлять излишнюю активность пока не стоило. Вначале нужно присмотреться к своему окружению, понять, кто что собою представляет.

Утром следующего дня всё вокруг непривычно оживилось и зашумело. Даже солнце, кажется, засветило ярче. Катя услышала за окном цокот конских копыт и грохот колёс, а выглянув, увидела, как к парадному входу подъехал экипаж. Шестёрка лошадей остановилась, прядая ушами и фыркая. Слуга соскочил с козел и открыл дверцу. Из экипажа стремительно вышла и направилась к ступеням какая-то дама.

Катя затаила дыхание. Наверняка это и есть она, фаворитка короля маркиза де Помпадур. Должно быть, она не привыкла тянуть с какими-либо делами, потому что спустя несколько минут к Кате в комнату спешно вбежала горничная и сообщила, что той следует подготовиться. Скоро девушку представят её сиятельству.

Катерину охватил необъяснимый трепет. В голове звучал мотив услышанной когда-то на конкурсе в студенческом общежитии легкомысленной песенки. Слова она помнила плохо. Общий смысл заключался в том, что маркиза Помпадур, благодаря мастерскому овладению древней профессией, сумела подчинить себе и Лувр, и государство, и самого короля.

Для того выступления нужно было придумать образ, подобрать соответствующий костюм и песню, которая бы характеризовала данного персонажа. Вот кто-то из ребят и решил стать «маркизой Помпадур». Даже, кажется, приз зрительских симпатий отхватил. Катерина давно и благополучно забыла о том конкурсе. А теперь внезапно вспомнила. Песенка коварно крутилась в её мозгу, мешая сосредоточиться на жизненно важной встрече с основательницей пансиона.

Маркиза оказалась совсем не такой, какой представляла её взволнованная Катерина. Она ожидала увидеть величественную женщину с горделивым взглядом и с пышной фигурой, окутанной шёлковыми складками тяжёлого платья. Этакую самодовольную стерву, сытую хищницу. Но Жанна-Антуанетта Пуассон, маркиза де Помпадур была совершенно иной. Невысокая, стройная, светловолосая, с бледной кожей, тонкими чертами лица, но при этом довольно пухлыми губами. Кокетливая, изящная, капризная, буквально источающая живость и веселье. Маркиза выглядела свежо, молодо и держалась просто, без напускного высокомерия. Вовсе не походила на негласного правителем страны, как описывала её экскурсовод. Тем большее уважение она вызывала. Очевидно, причина этого крылась в следующем – Помпадур не была дворянкой по рождению. Титул ей купил король. Тогда Катя ещё не знала, что эта женщина, фактически управляющая двадцать лет Францией, всего лишь дочь разорившегося финансиста. И называли её не иначе как «маленькая королева», поскольку ещё в детстве ей было предсказано, что она станет фавориткой короля. А гораздо позже она получила титул «королевы роккоко», поскольку была законодательницей этого модного стиля, и подарила своё имя знаменитой причёске.

Облачённая в повседневное платье не яркого небесно-голубого цвета, мадам Помпадур не перегружала свой образ украшениями. По крайней мере, сейчас. И аромат от неё исходил приятный, тонкий, цветочный. Хотя дамы её статуса, по мнению Катерины, обычно предпочитали тяжёлые, душные, очень сладкие запахи. Возможно, это было предвзятое отношение, но в воображении восемнадцатилетней девушки богатые аристократки почему-то виделись немолодыми, густо надушенными, чересчур ярко одетыми тётками.

Войдя, Катя туже попыталась присесть в неуклюжем подобии реверанса, чем вызвала у маркизы улыбку. Она помнила из романов, что в обществе титулованной особы нужно говорить только после того, как эта особа сама начнёт разговор. И ни в коем случае не садиться, пока не пригласят. Поэтому девушка стояла и молчала, в волнении переплетая пальцы. Маркиза же внимательно глядела на неё своими красивыми светлыми глазами.

– Сколько вам лет, дитя? – спросила, наконец, Жанна-Антуанетта.

Катя не стала врать.

– Восемнадцать, – и добавила после небольшой паузы: – Скоро девятнадцать исполнится.

Хотя, как скоро? – мысленно спохватилась девушка. День рождения у неё в ноябре. А тут, судя по всему, разгар лета.

– И вы не замужем? – мадам Помпадур изящно подняла бровь.

– Я бесприданница. Замужество мне не светит, – голос Катерины дрогнул.

Ей казалось, что эта красавица в момент её раскусит и выдворит прочь. Ведь маркизе, в сущности, не составило бы труда навести о ней справки, и выяснить, что такого человека вообще не существует.

Вопросы о замужестве наталкивали на нехорошие мысли. Неужели, всё-таки, правда, что это гарем короля? Зачем маркиза интересуется наличием мужа? Рассматривает её в качестве одной из подстилок для своего бывшего любовника?

– Тем лучше для вас, – заметила мадам Помпадур. – Вы пока не представляете, сколько проблем от этих мужчин.

Катя подняла глаза и обнаружила, что маркиза шутит. Во всяком случае, она улыбалась. Девушка боялась ошибиться, но казалось, что она вызвала у Жанны-Антуанетты симпатию.

– Мне говорили, что вы потеряли память, – заметила фаворитка.

– Да, ваше сиятельство, я не помню некоторые моменты. Как сюда попала, например. Но надеюсь, что память вскоре вернётся. Ещё недавно я не помнила, кто я.

– Что вы умеете делать? – перешла непосредственно к собеседованию Жанна-Антуанетта.

Катя замешкалась с ответом, сбитая с толку вопросом о потере памяти.

– Много чего. Вообще я быстро учусь.

Такой ответ, кажется, насмешил Помпадур. Он действительно звучал по-детски.

– Умею с лошадьми управляться. Тут же есть лошади? – вдруг выпалила девушка и осеклась под удивлённым взглядом голубых очей.

– Нам не нужен конюх. Но где вы научились ухаживать за лошадьми?

– Ааа… Отец был конюхом. И меня научил.

Одна ложь наслаивалась на другую. Только бы не забыть, чего наврала.

– А кто ваша матушка?

Катя отчеканила, как на экзамене:

– Матушку свою я не знаю. Она сбежала, когда мне было два года.

Мысленно искренне попросила прощения у мамы, а заодно и у папы, которого сделала конюхом.