Чтение онлайн

– И всё же вы приезжали сюда каждый год?

– Верно. Это хорошее место для отдыха, а ещё, как бы неожиданно это ни прозвучало, но не всё на свете вертелось вокруг Бритты Хегер. Я с детства дружила с её мужем, Мэтью. Он сначала приглашал меня с моим мужем, а потом я овдовела, и они продолжили звать меня. Видимо, из жалости.

– Если вам это не нравилось, зачем приезжали?

– А разве я сказала, что мне не нравилось? – вскинув одну бровь, переспросила Кора с вызовом в голосе, а затем почему-то снова рассмеялась. От этого смеха у Конни всё внутри болезненно сжалось. Она точно не могла понять, как именно определила это, но душная, отравляющая всё вокруг концентрация несчастья плотным сгустком уместилась в теле, голосе и даже в дыхании этой женщины. Подумав немного, Кора направила на Констанцию пристальный взгляд, совершенно по-особенному красноречивый, словно она собиралась сказать гораздо больше, но вынуждена была подвергнуть цензуре саму себя: – У меня была парочка очень нехороших, разрушающих мою жизнь, зависимостей. А выпивать в компании давних знакомых на террасе под россыпью фейерверков гораздо приятнее, чем в одиночестве у себя дома. Понимаете, о чём я?

– В общих чертах – да.

– Я знала, что вы поймёте, – уверенно кивнула Кора и зашагала вниз по лестнице, как будто увлекая собеседницу идти за собой. Конни сама не заметила, как сделала несколько шагов в том же направлении. – Эдмон говорит, у вас есть дар. Он никогда не ошибается в таких вещах…

– Простите, а Эдмон он… кто?

– Хороший вопрос, – госпожа Морган вдруг остановилась, и взгляд её устремился куда-то вдаль, как будто она и впрямь начала размышлять на эту тему. – Иногда мне кажется, что он – мой ангел-хранитель, но и демон-искуситель одновременно. Думаете, такое возможно? Хотя, зачем я спрашиваю? Конечно же, да.

– Я говорю о более приземлённых вещах. Вроде профессии, – осторожно пояснила Конни. Коралина легко переключалась на какие-то свои метафоры и ассоциации, совершенно не понятные собеседнице. Словно, параллельно с Констанцией, эта дама вела незримый диалог с кем-то ещё.

– Ему не нужна работа, госпожа Ди Гран, – Кора вдруг оторвала свой взор от горизонта и направила его на девушку. На загорелом лице её отразилось искреннее недоумение. – У него есть дар. Эдмон чувствует этот мир совершенно иначе, нежели мы с вами.

– То есть он… экстрасенс или типа того? – с сомнением протянула Констанция, заранее понимая, каким будет ответ на её вопрос. Тем не менее, такое предположение разочаровало Коралину Морган.

– Вы мыслите узко. Но, если вам так будет проще понять, то да. Эдмон обладает экстрасенсорными способностями. Он видит в людях то, что они никогда не рассказали бы о себе добровольно. И даже больше – их прошлое, будущее, все их боли и испытания.

– Понятно, – кивнула Констанция. Она почти мгновенно потеряла интерес к этой беседе. Очевидно, у Коры были проблемы с восприятием реальности. Конни не хотелось обижать её или спорить, но и воспринимать её слова всерьёз дальше не имело смысла. – Что ж, приятно было с вами познакомиться, госпожа Морган.

– Можно просто Кора.

– Эм, да, конечно. Спасибо за интересную беседу, Кора. Я… меня ждёт брат. Ещё увидимся!

Не то чтобы Констанции прямо-таки хотелось ещё раз увидеться со странноватой соседкой, но – понимала она – произойдёт это неизбежно. Вот же «повезло» поселиться в двух шагах от богатенькой полусумасшедшей бывшей алкоголички и её молодого любовничка-афериста. Понятно, почему им с Бертом этот Эдмон сразу так не понравился. Выдаёт себя за экстрасенса, развлекает скучающую мадам всякими мистификациями и получает взамен возможность вести комфортный и праздный образ жизни.

Конни вышла на узкую, посыпанную мелким гравием тропинку, ведущую вниз по склону к удалённому от домиков пляжу. Ближайшая лодочная станция, зоны барбекю и бары были в другой стороне, поэтому сюда приходило гораздо меньше людей. В основном те, кто проводил спокойный тихий отдых без детей и молодёжных тусовок. Отличное место для пленера.

С высоты небольшого холма силуэт брата в шортах, белой льняной рубашке, которую теплый порывистый ветер раздувал, как воздушный шар, и жёлтой соломенной шляпе, был хорошо виден. Он стоял перед мольбертом и кристально-чистым холстом, как будто ожидая от них чего-то. Ждал ли он, что неодушевлённые предметы прокричат ему: «Чего встал? Работай!»?

Конни ничего не знала о том, как устроено сознание и мысли художников. Они ей казались кем-то вроде инопланетян-гуманоидов. Внешне точно, как нормальные люди: говорят, едят, дышат и двигаются вполне естественно. Только под кожей они прячут какую-то непостижимо противоречивую суть, хаотичную, склеенную из разноцветных кусочков всего чего только можно. Иногда они управляют ею, а иногда – она ими. В последнее время Берт пребывал под воздействием этой невиданной силы, хотя, надо отдать ему должное, время от времени и предпринимал попытки вернуть контроль над своей жизнью самому себе.

– У меня сейчас состоялся о-очень странный разговор, – протянула Конни, приближаясь к всё такому же неподвижному силуэту брата. Тот, казалось, даже не услышал её слов и некоторое время стоял всё так же ровно, уткнув пустой взгляд в светлое полотно холста. Наконец, он очнулся и обернулся в растерянности.

– Что?

– Я встретила нашу соседку, говорю, – поспешила пояснить Констанция, привыкшая к подобному поведению Берта в моменты творческих кризисов. – Коралину Морган. Она тоже была подругой покойной Бритты Хегер. Этот странный парень Эдмон – её то ли бойфренд, то ли… не знаю, духовный гуру?

– Духовный гуру? – в серых глазах брата засверкал интерес в сочетании с лёгкой брезгливостью. Что-то при знакомстве с жутковатым соседом сильно не понравилось Берту. Сложно было сказать, что именно. Просто манера поведения и внешний облик Эдмона показались ему крайне отталкивающими.

Конец ознакомительного фрагмента.