Чтение онлайн

– Та-а-к, – выдохнул он медленно. – И это, естественно, никак не связано с тем, что мы решили в дни фестиваля поселиться именно здесь?

– Не начинай! – оборвала его Констанция. – Не всё в моей жизни крутится вокруг загадочных убийств! Да и Бритта погибла в результате несчастного случая. Никакого криминала.

– А что с ней случилось? – Берт не то чтобы поверил, но и развивать свои предчувствия с подозрениями не стал. С интересом он подался вперёд, опираясь локтями о барную стойку, но Конни вроде как и рассказывать было нечего. Из их с Лив разговора она помнила очень немногое.

– Споткнулась на пирсе рано утром, ударилась виском о край конструкции, потеряла сознание и упала в воду. Чудовищная случайность.

– Понял. Держаться подальше от пирса… – Берт принялся водить воображаемой ручкой по воображаемому блокноту. Конни сделала вид, что забирает блокнот и криво усмехнулась.

– Достаточно просто смотреть под ноги и не злоупотреблять горячительным. Справишься с этим?

– По поводу второго пункта ничего обещать не могу. Сама понимаешь – фестиваль!

– Дурачок, – девушка потрепала волосы брата и тут же направилась к выходу из домика. Где-то там, неподалёку от их крыльца были слышны голоса, среди которых явно выделялся женский. Разобрать, о чём говорят беседующие, не представлялось возможным – шум ветра уносил обрывки фраз вдаль, к озеру. К счастью, Конни успела распахнуть дверь до того, как собеседники разошлись бы в разные стороны.

– Госпожа Хегер? – увидев в конце дорожки, упирающейся в пирс, симпатичную пожилую даму, позвала Констанция. Женщина тут же оторвалась от разговора с мрачноватым молодым человеком и сначала как будто испугалась, а затем растянула на лице приветливую улыбку.

– Госпожа Маршан! Ах, да-да, Крис сказал мне, что вы уже заселились… Я ведь к вам и шла! – затараторила она суетливо и, вновь обернувшись к своему собеседнику, поспешила извиниться: – Я вас поняла, господин… эм?

– Эдмон, – спокойным низким голосом ответил гость. Телосложением он был очень похож на Берта – сухощавый и плечистый. Одет он был в тёмно-бордовый брючный костюм и чёрную водолазку, а на ногах его сверкали чёрные лакированные туфли, что казалось странным и неестественным для этих мест. Даже Конни озаботилась подбором более расслабленной и удобной одежды. Для сравнения, на ней сейчас была белая футболка, синие бриджи и кеды, которые после долгой дороги уже не казались такими светлыми, как при покупке.

– Господин Эдмон, я займусь вашим вопросом или пришлю Криса сразу же, как появится минутка. Дело ведь терпит? Мне нужно встретить гостей.

– Терпит, – молодой человек кивнул и только теперь обернулся в сторону Констанции, прервавшей их разговор с хозяйкой курорта. Лицо его оказалось бледным и худым, а радужки глаз были настолько тёмными, что больше походили на чёрные дырки, выбитые в белках. Тем не менее, острые линии скул, резко очерченные линии губ и острый подбородок делали его облик на удивление привлекательным. Эдмон походил на меланхоличного вампира, явившегося со страниц девчачьих романов.

– Добрый день, – девушке стало вмиг не по себе от тёмного взгляда незнакомца, но она постаралась не подавать виду и нацепила на лицо дежурную улыбочку.

– Вот уж не думал, что застану настоящих Ди Гранов в этих краях, – проговорил гость и одарил Конни очень странной, немного ленивой ухмылкой. Жуткий тип.

– Что?

– Ч-что? – следом за Констанцией немного растерялась и Линда Хегер. Она замерла на месте и смотрела то на флегматичного гостя, то на новую постоялицу шестого шале, не имея ни малейшего понятия о том, что всё это значит.

– Моё имя Эдмон, – представился молодой человек повторно, протягивая Конни ладонь для рукопожатия. – Мы с моей подругой остановились по соседству, в четвёртом шале. Рад встрече.

– М, взаимно. Констанция Маршан, – кое-как девушка заставила себя поймать бледную и холодную руку соседа.

– А, понимаю, – на его бледно-розовых губах расползалась дьявольская улыбка, обнажая ряд маленьких жемчужных зубов. – И надолго ли вы с братом в наших краях?

– Пока не решили, – расплывчато ответила Конни, чувствуя, как по спине бежит неприятная липкая дрожь. Эти чёрные глаза прожигали её насквозь, а манера поведения соседа выдавала в нём человека, считающего себя чтецом человеческих душ. Вот только госпожа Маршан не любила, когда её пытались «читать». Машинально она скрестила руки на груди и обратилась к хозяйке курорта: – Госпожа Хегер, нам с братом нужно где-то отметиться, на ресепшене или?.. Просто мужчина, который встречал нас, как будто куда-то торопился…

– Ах, да! Крис, он… – женщина на мгновение замялась, и Эдмон воспользовался образовавшейся паузой, чтобы вновь вставить своё слово.

– Он бежал не от вас, а от этого шале. Говорят, здесь плохая энергетика.

– А, так мы за плохую энергетику заплатили по двойному тарифу? – на крыльце за всей этой сценой терпеливо наблюдал Берт и только сейчас решил подать голос, одаривая странноватого соседа едкой ухмылочкой саркастичного засранца. Конни чуть было не поперхнулась своим дыханием и, краснея от стыда, обернулась к хозяйке курорта. Невысокая и худая, словно девочка-подросток, Линда Хегер продолжала недоумевать и тщательно подбирать слова, но собравшаяся толпа сбивала её с толку своими разрозненными репликами. Наконец, большие бледно-синие глаза, обрамлённые сеткой морщин, упёрлись в лицо гостьи, и во взгляде пожилой дамы мелькнуло осознание.

– Я…вам нужно что-нибудь, госпожа Ди…Маршан?

– А давайте пройдём в дом и всё обсудим? Я очень устала с дороги и хочу присесть, – предложила Конни и, в последний раз обернувшись в сторону соседа, выпалила приторно-вежливо: – Хорошего вам денёчка, господин Эдмон.

– Просто Эдмон. Это имя.

– Хорошего вам денёчка, просто Эдмон! – звонко вскрикнул Берт вместо сестры и принялся энергично махать чудаковатому молодому человеку. Столь красноречивый намёк юноша не мог не понять и, одарив Маршанов ещё одной жутковатой улыбкой, направился прочь от шестого шале. Дождавшись, пока фигура в тёмно-бордовом костюме полностью скроется вдали, Берт презрительно цыкнул: – Глядите-ка – Эдвард Каллен для бедных!..

***

Иногда Лив казалось – ещё немного, и она непременно забудет это место. Его красоту: солнечные блики на поверхности озёрной глади, петляющие между деревьев тропинки, пронзительные лучи света, струящиеся через густые кроны деревьев. Его потрясающий запах: хвоя, можжевельник, речной ил и тонкий аромат свежесваренного кофе. Его мелодичное звучание: сверчки, всплеск воды, музыка и детский смех. Когда-то «Домик Егеря» был её маленьким раем, её убежищем от всех проблем внешнего мира, её домом. И в этом доме была семья. К своему стыду, проговаривая это про себя, Лив Сигрин вовсе не имела в виду своих детей и теперь уже бывшего мужа.

Линда, Крис и Бритта были её семьёй. Её идеальной семьёй. Сделав глубокий вдох, женщина подавила головокружение и с лёгкостью отворила кодовый замок у запасных ворот. Раньше она попадала на территорию «Домика Егеря» только так, и с тех пор комбинация цифр не изменилась.

«Четыре двойки – это несерьёзно!» – говорила Бритта когда-то, упрекая мачеху в том, что та никак не соберётся изменить код. Линда лишь пожимала плечами и невинно улыбалась – да кому может понадобиться проникать на территорию через узкую тропу в лесу, кроме своих? Об этой дороге даже и не знал никто. Бритта морщила нос и, нервно встряхивая свою роскошную шевелюру, сетовала на то, что никто не желает воспринимать её всерьёз. Тогда Линда всегда обещала, что подумает по поводу замены пароля или даже самого замка. Судя по всему, за пять лет ничего не изменилось. Только вот жаловаться на беспечность хозяйки курорта теперь было некому.

Лив привычным движением смахнула с волос хвойные иголки, пройдя под тенью многовекового тенистого дерева. Впереди показались спины однотипных шале и лазурного Солёного озера, выглядывавшего из-за них. Казалось, время здесь замерло. Впрочем, тропинки выглядели новее, и освещения стало больше. Некоторые фонарики, установленные на уровне земли, уже зажигались то тут, то там, озаряя тропы желтоватыми островками света в сгущавшихся сумерках. Когда Лив, наконец, приблизилась к тёмному силуэту деревянной хижины, свет вспыхнул и в окнах шестого шале, расположенного неподалёку.