Чтение онлайн

Мартин перестал говорить, чувствуя, что на него смотрят, но не слушают. Тогда он протянул женщинам два конверта с деньгами. Они тут же включили уши.

– Повторяю, для тех, кто не слышал: ваши доходы сильно уменьшаться, если министерство Марины и корпорация Платона съедят доходы фирмы ВИ-1. Это понятно?

– Да, мы все поняли! Ты, говори, что делать!? – наперебой закричали женщины.

– Убрать этих двух с нашей кормушки.

– Взять их на мушки? – оживились Рая и Фая.

– Если бы я знал, что делать, я бы вас не звал. Они еще затевают сделать цех для производства уникальных автомобилей нашпигованных приборами, – почти сам себе проговорил Мартин.

Но женщины его услышали – Мартин, – сказал Фая, – так теперь сам Бог велел ВИ-1 настроить против Платона!

– Мартин, – сказала Рая, – мы покажем фото Платона и Марины, сделанные в ее машине и в его квартире Володе, он это Платона пошлет по факсу.

– У вас есть фотографии свиданий Марины и Платона? Молодцы! – восхищенно воскликнул Мартин. – Тогда мы сможем вытащить нашу фирму из-под этих двух.

Дамы полезли в свои сумки, и каждая дала ему по пачке фотографий. Мартин от неожиданности присвистнул, ему стало жаль ВИ-1, но себя он любил больше.

Фотографии они разложили на столе Володи Ильича в отсутствии секретарши Машеньки, которую послали покупать цветы для офиса.

Володя, увидев на фотографиях жену и Платона в разобранном для любви виде, онемел. Резким движением рук он собрал фотографии в стопку и перекинул ее вниз последним снимком.

– Машенька, – крикнул он секретарше, – ты не знаешь, кто мне положил эти фотографии?

– Нет, Володя Ильич, я выходила из офиса.

– Понятно. Позови Мартина.

Мартин вошел быстрым шагом, полный приятного предчувствия.

– Мартин, эти фотографии твоих рук дело?

– Володя, ты о чем?

– И с тобой понятно, и с ними понятно, – прошептал Володя, смотря в одну точку на стене. – Мартин, я полагаю, что наша фирма не должна входит в корпорацию Платона и не должна подчиняться министерству моей жены. Что ты на это скажешь?

– Я тоже так считаю.

– Раз ты со мной согласен, то предлагаю сменить антураж, я предлагаю работать на управление внутренних дел округа Валет.

– Нам от этого какая польза?

– А никакой пользы, зато я не буду подчиняться своей жене и ее очередному любовнику!

– Володя, а ты не боишься, что Ваня Сидоров после повышения направит свои стопы в сторону Марины Ивановны?

– Выход есть? – спросил Володя, скрипя от злости зубами и сжимая кулаки над фотографиями.

– Разведись с Мариной.

– Ты чего мне предлагаешь? Ты на ней хочешь жениться? – рассердился не на шутку Володя Ильич.

– Хорошо, пусть Марина уйдет в декрет, тогда она перестанет быть твоим министром.

– Эта мысль мне нравиться. Ты молодец! Но как ее заставить родить ребенка? А!?

Да я с этим вопросом совсем не могу справиться.

– Вот тебе и помогают.

– Мартин, не зли меня!!

– Володя, ты, что не мужик? А если мужик, то выброси из головы ревность и выполни свои прямые обязанности мужа, – посоветовал Мартин.

– Хорошо тебе говорить, а меня от ревности к ней не тянет! Я ее ненавижу!

– Приехали, а при чем здесь наша фирма?

– Ты прав, наша задача – сбросить лишнюю власть над фирмой, а ревность пусть подождет, – затравленно пробубнил великий изобретатель.

Мартин ужаснулся своему поступку, но отступать он не хотел, ему нравились доходы, и он легко придумывал расходы, поэтому он сказал:

– Володя, я тебе подскажу одну сексуальную позу, после которой Марина от тебя станет мамой. Секрет прост, жидкость из сосуда не вытекает, если его не наклонять. Ты меня понял?

ВИ-1 посмотрел на Мартина с улыбкой:

– Ох, и хитрый же ты мужик! Сам придумал или кто подсказал? То есть жену надо подержать в позе, не вытекающего сосуда? Ну, это я придумаю. Надо использовать – подушку, валик под ноги. Или посадить в нечто, чтобы она задержалась в позе не вытекающего сосуда…

– Володя, ты на правильном пути, но без подарка не обойтись!

– Ага, аквамарин подарить?

– А хоть бы и аквамарин.

– Да она меня пошлет.

– Не пошлет, если ты ей поможешь создать коллекцию из аквамарина.

– Согласен, а теперь уходи, Мартин, у меня дела.

Мартин пришел к себе в кабинет и вновь вызвал Раю и Фаю.

– Дамочки, есть дело! Помогите, внушите Марине Ивановне, что она должна родить ребенка!

– Это просто, мог бы и по телефону сказать, – проговорила Рая.

– Да мы ее заставим хотеть ребенка! За это не волнуйся! – крикнула Фая, уводя Раю из кабинета Мартина.

Катерина Михайловна заметила исчезновение алмаза 'Голубой аквамарин' из коллекции драгоценностей. Она любила голубые камни, как бы они не назывались, и постоянно использовала в украшении себя любимой. А тут исчез любимый и дорогой голубой бриллиант! Она вызвала Миши для собеседования по этому вопросу. Миша сказал, что он видел голубой бриллиант на костюме министра Марины Ивановой.

Катерина покачала головой:

– Да. Платон Эдуардович отдал голубой алмаз Марине! Как его наказать?

– Катерина, почему вы думаете, что этого его рук дело?

– Доступ к нашим драгоценностям есть у меня и у него, – растерянно проговорила Катерина.

– Вам нужен этот камень любой ценой?

– Миша, ты угадал. Любой ценой надо вернуть мне бриллиант и желательно бесплатно.

– Чисто женский подход, это я по поводу бесплатно. Я знаю у кого он, не знаю, как взять так, чтобы госпожа министр не заметила.

– Это твое дело снять с нее и отдать мне. Выполняй! – воскликнула Катерина, зашуршав голубым шелком, вставая и покидая комнату для приема гостей.

Миша Мухин посмотрел в след небо жительнице округа Валет и вышел из приемной в дверь для посетителей. В следующей комнате его облепили биологические, летучие мыши, они крутились вокруг него, они назойливо липли к его телу, они щебетали почти понятные слова. И из его головы вылетело задание Катерины. Он от роя мышей забыл все, кроме одного желания – вылезти, выползти, уйти, убежать от стаи непонятных существ. Его голова закружилась, как у дамочки, и он упал, покрытый летучими мышами. Он хотел крикнуть, но на его губах сидела мышь и практически целовала его губы. Остальные мыши ласкали его так усиленно, что он почувствовал себя почти на грани блаженства, после которой начинается страшная ненависть.