Чтение онлайн

— Ну, то что не один, это мы уже видим! — отозвался Стратос. — А вот чего не видим — по крайней мере, я не вижу, — так это вашей знаменитой «Барракуды»! В связи с чем возникает вопрос — на каком же вы корабле прибыли к нам?

— А что показывает твой радар? — хмыкнул я.

— Абсолютно ничего! — будто бы даже радостно ответил Стратос. — Вернее, он показывает целую кучу позывных, половине которых самое место в учебнике истории, а второй — в байках барных забулдыг… Но твой корабль, с которого идёт основной, а не ретранслированный, сигнал — он не определяется никак!

— В таком случае посмотри на него через камеры. Это будет быстрее и проще, чем я тебе буду объяснять вещи, в которые ты всё равно не поверишь, не увидев собственными глазами.

— А что, и посмотрю! — довольно отозвался Стратос. — Это отличное предложение, кстати говоря, даже странно, что я сам не…

Не договорив, он резко смолк и заткнулся. Трансляцию при этом не прекратил — в эфире хорошо слышалось, как он глубоко и тяжело дышит, а где-то вдалеке переговариваются члены его экипажа.

— Это… — через силу просипел он. — Это же… То, о чём я думаю?

— Увы, я не знаю, о чём ты думаешь. А это — «Небула». Та самая «Небула», которую ты так мечтал увидеть. Та самая «Небула», про которую ты говорил, что тому, кто её вернёт, готов лично присягнуть на верность и пойти за ним так же, как в своё время остальные пираты шли за Джонни Нейтроником. Помнишь такое?

Да, я слегка приукрасил его слова, но так было даже лучше. Судя по голосу, Стратос сейчас слегка не в себе и вряд ли вспомнит, как конкретно он формулировал тогда мысли, зато если он согласится со сказанным, то заднюю давать уже будет поздно — его не поймут собственные же подчинённые, которые уже привыкли к тому, что слово короля — закон.

Да, всё ещё была небольшая вероятность того, что Стратос пойдёт в отказ, заявит, что это всё подделка и обман, и велит своим пиратам атаковать нас… Такая вероятность действительно имелась, но это было бы самым глупым решением со стороны короля пиратов. Потому что мы снова вернулись в метрическое пространство, а значит, корабли «потерянных братьев» снова вернули себе свою ужасающую боевую мощь. И в этот раз негласное перемирие, которое все эти годы держалось между ними и пиратами, последних не спасёт. Любое действие, которое может быть расценено как атака — и весь флот пиратов, который, судя по радарам, насчитывал никак не менее двух десятков кораблей, будет испарён.

Впрочем, сами пираты это вряд ли понимали, поскольку для них корабли «потеряшек» это просто ещё одна кучка нечитаемых меток на экранах радаров, которых и бояться вроде как не с чего. И хорошо, если так — я бы предпочёл, чтобы они заняли нашу сторону добровольно, а не под давлением вероятного уничтожения.

— Кар?.. — пока Стратос молчал, в эфире снова появилась Эрин. — Что происходит? Откуда вы появились? И что это за корабли с… вами?

— Вы же уже всё и так поняли, Эрин, — улыбнулся я. — Вы помогали нам отбить у Администрации спейсер, а теперь видите перед собой корабли, пропавшие в хардспейсе во главе с «Небулой». Разве эта ситуация может иметь несколько объяснений?

— Но… — голос Эрин задрожал. — Как?! Зачем?!

— Затем, что корабли бесполезны без экипажа, вот зачем! — терпеливо объяснил я. — У нас есть флот, но некому им управлять. У вас есть люди, но некуда их посадить и нечем вооружить. Мы можем и должны помочь друг другу, потому что у нас одна и та же цель — освободить людей от власти Администрации.

— И поэтому ты нас решил свести с пиратами? — неожиданно хмуро спросил Франс, тоже появляясь в канале.

— Для Администрации мы все — пираты, вы забыли? — я машинально покачал головой. — Априори, бездоказательно. А вы, «Шестая луна» — возможно, даже хуже, чем пираты. Потому что с иными пиратами, как показывает лично мой опыт, Администрация вполне себе умудряется договориться о сотрудничестве, а вот с вами…

Я не стал договаривать, предоставляя их воображению самостоятельно додумать, что там «с ними». Им это будет нетрудно, особенно на фоне недавней потери в виде Виктора — уверен, что четыре из пяти «лунатиков» сейчас подумают именно о нём.

— Пираты или не пираты, сейчас не важно, — продолжил я. — Сейчас важно то, что впервые за многие сотни лет у нас появился реальный шанс изменить положение вещей. Избавиться от выродившегося гегемона и от множества неприятностей, которые связаны с его гегемонией. Сделать космос снова свободным, если говорить совсем коротко.

— Чёрт меня побери, хорошо стелешь, друг мой! — почти крикнул Стратос, и голос его звучал так задорно, словно он прямо сейчас катался на карусели, а не собирался одними словами решить судьбы сотен своих людей. — Я в деле, чтоб меня космические киты пережевали! Пощипать Администрацию за жирные бока — это мы всегда запросто, особенно если нас поведёт в бой сама «Небула»! Только ножи всё же верни, они мне… дороги.

— Верну, не переживай, мне нахер не нужны твои ножи, — улыбнулся я.

Ножи действительно были с нами — когда все бегали на «Затерянные звёзды» за последним и единственным, что можно было спасти от топологической сингулярности, я по комлинку попросил капитана захватить и их тоже. Единственное, что он вообще взял из моей каюты. Единственное, что мне из неё было нужно.

Ведь я обещал ему их вернуть. А обещания нарушать нельзя. Даже обещания, что дал пиратам.

— Нас всё равно слишком мало, — снова вмешалась в разговор Эрин. — Даже при условии кораблей из хардспейса. Даже при условии пиратов. Против Администрации это почти что ничего. У них одного только боевого флота вдвое против нашего!

«Нашего».

Она и сама не заметила, как оговорилась, и эта оговорка — хороший знак. Значит, она в целом не видит в этой идее ничего такого, из-за чего сразу бы поставила на ней крест.

А с остальным разобраться ей помогу я.

— Не переживай, у нас будут ещё корабли. Будут ещё люди. Будет всё то, что было в своё время у Джонни Нейтроника. К нам будут примыкать новые и новые силы, на нашу сторону будут переходить администраты, и всё это начнёт происходить уже очень скоро.

— С какой вдруг радости? — недоверчиво протянул Франс, который в отсутствие Виктора как будто перенял пальму первенства в скепсисе.

— Сейчас узнаете, с какой, — ответил я, глядя, как Кайто поднял кулак и начал по одному оттопыривать пальцы. — Всем кораблям — включите приёмники общего диапазона и слушайте. Вам это понравится.

И я отключился, давая понять, что сказанное не подразумевает обсуждения и тем более — осуждения. Здесь и сейчас время разговоров закончилось. Настало время слушать.

Кайто «досчитал» до нуля, и тут же, словно он нажал какую-то невидимую кнопку, в динамиках «Небулы» раздался голос. Мой голос. Надиктованный с личного терминала, на котором я сначала набросал то, что хочу сказать, а Вики потом прочла и подправила некоторые места, чтобы лучше звучало.

Что сказать, не мастак я речи толкать. Мне бы пушку побольше, да броню потяжелее — тут я всем покажу. Вот и пришлось воспользоваться помощью ИИ. И с помощью этого же ИИ заложить потом запись в каждую информационную бомбу, что мы рассеяли по всему космосу. Трансляции сразу из десятков источников, к которым могли подключиться сотни, тысячи, и даже миллионы людей. Трансляции, которые нельзя обрубить все разом, потому что часть из них идёт из давно забытых и заброшенных источников, а часть — и вовсе идёт через оставшиеся после Великого Патча ретрансляторы.