Чтение онлайн

По мне, если у тебя в отряде есть существо с крыльями, этим надо пользоваться. Поэтому я подождал, пока нечисть залезет в портсигар, внутри которого они продолжили ругаться, и подошел ко все еще открытому окну. Признаться, было не просто страшно. Было жесть как страшно.

— Матвей, хватайся за ноги, — сказала Ерга, будто только тем и занималась, что переносила рубежников. Это еще повезло, что я худенький. Как будет обстоять дело с Аленой — совсем непонятно.

Но пожелание тире приказ я выполнил. Сирин поднялась, а я схватился за щиколотки и раз — мы уже в воздухе. Признаться, в этот самый момент внутри все замерло. Словно водой в мороз полили. Вроде красиво, да ощущения непонятные, которые ты прежде не испытывал. Но страха больше.

Я жуть как боялся отпустить Ергу. Вдобавок еще и рук не чувствовал. За считанные секунды мышцы одеревенели. И это тоже было жутко. Если сейчас сирин камнем рухнет вниз, то мы погибнем.

Но нет, оказалось, что несмотря на скромные габариты нечисти, крылья у нее были крепкими. Поэтому спустя меньше чем минуту, я уже стоял на твердой земле, стараясь не думать, что же сейчас произошло.

А вот Ерга, казалось, будто бы даже и не заметила изменений в предмете своего сердца. Поэтому почти сразу же унеслась обратно. Чтобы доставить сюда же не самую приятную девушку по имени Алена. Я же стоял ни жив ни мертв и понимал, что, оказывается, вообще не очень люблю экстрим. Вот кто бы мог подумать!

Когда сирин с пустомелей взмыли в воздух, у меня тревожно засосало где-то под ложечкой. Если честно, у меня заныло в животе, будто сейчас кое-кто не добежит до унитаза. Не знаю, под ложечкой это или нет. Просто не очень красиво говорить: «Я так испугался, что чуть не обделался». А вот «засосало под ложечкой» — вполне литературно. Это еще хорошо, что про мою грешную непутевую жизнь никто не пишет. Представляю, в каком свете меня бы изобразил очередной бумагомарака.

В общем, поначалу все шло будто бы даже хорошо. Ерга медленно снижалась (по-другому там не получалось), Алена своими широко раскрытыми глазами и крепко сжатым губами выражала свои эмоции по поводу этой сомнительной полуфуникулерной линии. А потом сирин резко дернулась, «провалившись» на пару метров.

К чести приспешницы, она даже не заорала. Лишь закусила губу и закрыла глаза. Но сирин довольно быстро вернула управление в свои руки. То есть, крылья. И спустила Алену возле меня.

— Я чуть не родила, — первое, что сказала приспешница.

Ерга ничего не произнесла. Она как-то странно смотрела на меня, словно видела первый раз в жизни. Причем, будто бы даже с агрессией. Правда, напрячься я не успел. Довольно скоро нечисть сменила гнев на милость.

— Не поверишь, Матвей, такая странность, — призналась она. — В какой-то момент показалось, что я… не люблю тебя. Что ты совсем чужой человек. Будто наваждение какое-то.

Я кивнул, мол, ничего страшного, а сам внимательно поглядел на Алену. Что-то мне подсказывало, что именно в ней и крылась разгадка. Интересно, как это она так подействовала? Помнится, меня приспешница держала за руку под тем же синим мостом и ничего необычного я не почувствовал.

— Ну че, так и будем стоять или уже поедем? Я могу таксо вызвать, — предложила Алена.

— Нет, это нам не подойдет.

Я примерно знал куда ехать. Шта сказал, что их тайная опушка с растениями находится в десяти верстах от места обитания. То есть, от Синего моста. Единственная локация, которая хоть как-то подходила, — Юнтоловский заказник. Я примерно знал куда ехать, но как объяснить таксисту, что надо следовать вон за той красивой птичкой? Вот именно что никак.

Поэтому я тяжело вздохнул и вытянул руку. Не для того, чтобы вежливо поймать машину, а чтобы с помощью хиста насильно остановить ближайшую, которой оказалась старенькая «Honda СR-V», с семейной парой лет за пятьдесят.

— Пересаживайтесь назад, — приказал я чужанам. — Надеюсь, у вас сегодня не было никаких планов.

— А ты вот так вообще любого человека подчинить можешь? И даже кассиршу в банке? И даже матушку мою?

Вот уж не думал, что такая пустяковина, как легкое внушение чужанам, окажет столь сильное впечатление на Алену. Она болтала без умолку минут десять, изредка посматривая на заднее сиденье. Даже моя нечисть вела себя не в пример спокойнее. Да что там, они вообще молчали. Только Митя попросил включить радио с музыкой. Меломан, чтоб его.

Из динамиков раздался бодрый женский голос:

'Let’s party down

And we’ll never go, never go

Don’t ever go, ever go now

We’ll never go, never go down'.

У Митьки был удивительный талант включать песню «в тему». Потому что наше веселье действительно не думало останавливаться. И я очень надеялся, что выйдем мы из этих приключений в неизменном составе.

Я же пытался не сводить взгляда с точки в небе. Оказалось, что довольно трудно одновременно ехать и что-то высматривать не на дороге. Не представляю, как у иных умников получается не вылезать из телефона за рулем.

Мы благополучно проехали большую часть Питера, и только ближе к Юнтоловскому заказнику возникли трудности. Сирин было все равно, как двигаться. Единственное, она как хороший проводник изредка зависала в воздухе, дожидаясь нас. А вот мне приходилось в условиях реального времени спешно менять направление.

Сначала все вело к тому, что мы уйдем на западный скоростной диаметр. Однако в самый последний момент стало понятно, что нужно ориентироваться на фаллический символ Лахта центра и двигаться по Приморскому шоссе. А уже на светофоре съезжать в Ольгино.

Впрочем, сирин меня обманула. Ну, или можно сказать, что наколол и тот самый Шта. Я все в голове ориентировался на эти десять верст. А выяснилось, что наша точка назначения находится еще дальше. Потому что мы почти доехали до Левашовского заказника.

В какой-то момент дорога просто закончилось и пришлось выходить. Напоследок я забил в навигаторе тот адрес, откуда забрал супружескую пару. Перед чужанами было немного стыдно. Завез черт знает куда, украл пару часов из их драгоценной жизни. Подумал еще немного и сунул в карман штанов мужику купюру с изображением Ярославля. Вот так и рождаются истории про случайно найденные богатства в одежде.

— А еще… возьмите сегодня шампанского, тряхните стариной. Может, даже любовью займитесь, — дал я ценную установку на прощание.

— Фу, Матвей, какое тряхните стариной. Они же древние! — сказала, стоявшая неподалеку Алена.

— Ты думаешь, люди в возрасте этим не занимаются?

— Нет, конечно. Я бы вообще запретила на законодательном уровне все эти обжимания пожилых.

— Хорошо, что тебя нет в Думе. Хотя там многочисленных спортсменов и артистов хватает. Главное, не говори это больше нигде вслух, а то еще, не дай бог, подслушают и выдадут за свое мнение.

Мы шагали среди высокой травы, углубляясь в сосновый лес. Теперь Ерге приходилось периодически прилетать к нам, чтобы мы не заблудились. И надо сказать, это было не зря. Потому что разок мы двинулись не в ту сторону.