Чтение онлайн

— Астрид, — паническим шепотом позвал он ее.

И словно услышав его, Астрид снова телепортировалась, на сей раз обратно в академию. Сбив нескольких студентов при перемещении, они оказались в бальном зале. Прежде чем Мартин успел среагировать, его отшвырнула в сторону от Астрид сильная рука. Подле нее опустился иер Торгильссон, мрачно кладя руки на голову Астрид. Она дернулась еще пару раз и затихла, лишенная своих магических сил.

Облегченно выдохнув, Мартин подполз к ней на коленях, вглядываясь в ее лицо. Астрид все еще выглядела бледной и словно обескровленной, но теперь ее дыхание выравнивалось и становилось спокойным, словно она просто спала. Иер Торгильссон взглянул на Мартина мрачным тяжелым взглядом, в котором еще плескались остатки встревоженности.

— Отнеси ее в медпункт. Мисс Лашанс будет там. И ей нужна сухая одежда. И тебе тоже не помешает.

Мартин кивнул и подхватил на руки Астрид, не обращая внимания на свою промокшую одежду, на косые взгляды других студентов и перешептывания. Он даже не ответил подбежавшим Алану и ДиМари, которые спрашивали о случившемся. Всё то время, что он нес Астрид до медпункта, Мартин мучился единственным оглушительно стучащим в голове вопросом: «Почему она решила сбежать?»

***

Тьма нехотя отступала, оставляя после себя боль в мышцах, жжение в груди и отвратительно тяжелую голову. Налившиеся свинцом руки отказывались подниматься. Когда Астрид попыталась повернуть голову, шея отдалась сильной ноющей болью, пронзившей мозг резкой вспышкой. Во рту было так сухо, словно она по ошибке телепортировала туда пустыню. Потрескавшиеся губы, едва приоткрывшись, замерли, так и не произнеся ни звука — все они застряли где-то внутри.

Вдруг она почувствовала легкое прикосновение к губам. Машинально она обхватила холодную металлическую трубочку и жадно втянула воду. Обычная питьевая вода показалась божественным нектаром. С каждым глотком, просачиваясь в пересохшее горло, вода оживляла ее изнутри, словно смазывая старые заржавевшие детали. И когда вместо воды она вдруг вдохнула воздух и болезненно закашлялась, Астрид наконец почувствовала в себе силы открыть глаза.

Даже приглушенный свет торшера в углу болезненно резал глаза. Ей пришлось проморгаться, привыкая к свету, прежде чем Астрид смогла разглядеть сидящего на краю ее кровати Мартина. Судя по его усталому изможденному лицу, залегшим под глазами тенями и болезненной бледности, он провел здесь не одни сутки. Ее взгляд успел выхватить знакомые ряды коек в академическом лазарете, белоснежное постельное белье, укрывавшее ее, и рукава простой хлопковой ночной рубашки на ней самой. Окна были плотно занавешены, лишь по тонкой полоске света на стене можно было понять, что сейчас разгар дня. Но помимо нее и Мартина в лазарете не было больше никого.

Если она все еще в академии, если она в больничном крыле, то почему же так отвратительно себя чувствует? Почему мисс Лашанс не исцелила ее? И почему во всем теле такая ужасающе болезненная слабость? Астрид с трудом попыталась приподняться на локтях, но тут же обессиленно рухнула обратно со стоном.

— Не вставай, — осадил ее Мартин непривычно строгим голосом.

Но несмотря на его насупленное выражение лица, та забота, с которой он поправил ее подушку поудобнее, все равно выдавала его. Как и плещущаяся в глазах тревога, которую он пытался скрыть за суровостью. Его последние слова: «Астрид, что бы ты ни задумала...» вспыхнули болезненной вспышкой в голове. Она поморщилась, вспоминая погружение в ледяную воду, внезапно бодрый вид Лауры и… Глаза Астрид в испуге распахнулись, умоляюще взглянув на Мартина.

— Лаура… — едва слышно выговорила она, с трудом ворочая тяжелым языком.

— Она в порядке.

Облегчение окутало приятным теплом. Всё не зря, она успела вытащить Лауру. Успела вытащить ее, до того, как там, в толще воды ее скрутило судорогой. Болезненные воспоминания заставили поморщиться. Обычно после таких судорог из-за недостатка энергии, мышцы болели всего пару часов, напоминая о том, чтобы не переусердствовать с телепортациями. Но ощущения, которые она испытывала сейчас, были не сравнимы даже с теми, когда она тренировалась с директором Вальверди на пределе своих возможностей. Каждое движение отдавалось гулкой болью в мышцах, которые и без того ощущались отяжелевшими и не принадлежавшими ей.

— Мисс Лашанс, — снова попыталась выговорить Астрид предложение, но сил хватило только на два слова.

К счастью, Мартину уже давно не нужны были слова, чтобы понимать ее. Тяжело вздохнув, он пересел с кровати на кресло, стоящее у изголовья.

— Она не могла тебе помочь. Когда иер Торгильссон блокировал твои способности, ему пришлось нейтрализовать и воздействие ее сил на тебя. Иначе это приводило к тому, что ты телепортировала ее куда-то в отдаленные места академии.

Астрид стыдливо поморщилась. Неужели она была в таком ужасном состоянии, что телепортировала кого-то даже будучи в бессознательном состоянии? Разве это вообще возможно? Почему она ничего не помнит после бассейна?

— Сколько…

— Ты была без сознания три дня.

Информация дошла до мозга не сразу. А когда Астрид ее осознала в полной мере, она села так резко, что ее замутило. Три дня? Три дня?! Но как же ее побег, Норберт и Лине… И вдруг с ужасом она подняла взгляд на Мартина, пытаясь понять, знает ли он…

Он знал. Вот почему смотрел на нее так холодно и отчужденно. Вот почему не прикоснулся к ней ни разу после ее пробуждения, не обнял и даже не коснулся ее руки. В горле застрял ком, мешающий сказать хоть что-то, а глаза невольно наполнились слезами. Она проиграла. Пытаясь убежать от предназначенной ей судьбы, Астрид потеряла то единственное, что дарило ей смысл существования в последние месяцы — доверие и любовь Мартина.

Обессиленно Астрид упала обратно на подушку и уставилась в белый потолок. Все бессмысленно. Она не смогла сбежать. Мартин теперь не будет ей доверять. Неужели ей придется жить как раньше? Изображать из себя его сестру и слушаться их отца? Астрид хотелось разрыдаться, хотелось найти утешения в объятиях Мартина, как это бывало прежде. Но прежде чем она успела что-то сказать, дверь медпункта распахнулась, впуская преподавателей.

— Ох, фантесс Бертельсен, ну и напугали же вы нас, — защебетала тут же иересс Фраунгофер, оставляя на прикроватной тумбочке букет лилий.

Тренер Торгильссон и директор Вальверди были не столь доброжелательно настроены. Астрид поежилась под хмурым взглядом Торгильссона, который словно оценивал, насколько она опасна. Ей хотелось закричать, устроить истерику, объяснить, что ничего не помнит. Почему он смотрит на нее, как на преступницу?

— Так-так-так, что тут у нас?

Иер Вальверди все же улыбнулся, присаживаясь на край кровати Астрид. Только сейчас за его спиной Астрид заметила мисс Лашанс, которая явно опасалась подходить к ней ближе. Вспомнив слова Мартина, Астрид пробормотала слова извинения, но язык все еще отказывался слушаться, выплевывая лишь обрывки фраз. Впрочем, судя по мягкой улыбке, тронувшей ее губы, мисс Лашанс приняла ее извинения.

Преподаватели по очереди многозначительно переглянулись, и тренер Торгильссон явно нехотя махнул рукой. Похоже, тем самым он снимал блокировку ее способностей, но Астрид не ощутила ничего нового, кроме гнетущей слабости и опустошения внутри. Несколько минут преподаватели напряженно вглядывались в ее лицо, словно ожидая, что она в любую минуту взбесится. Хотела бы Астрид пошутить, что она явно не самый опасный преступник, но сил не хватало даже на слова.

— Кажется, ее состояние стабилизировалось, — констатировал иер Вальверди, уступая место мисс Лашанс.

Опустившись на кровать, она положила ладонь на предплечье Астрид. Боль и тяжесть потихоньку начали отступать, даруя разливающееся по венам облегчение. Астрид наконец-то смогла вдохнуть полной грудью и подчинить себе язык.

— Что произошло? — нервно облизнув пересохшие губы, спросила она.

Ее не оставляло тревожное предчувствие, что что-то пошло не так. И все же она осталась жива после того, как потеряла сознание в воде. Но теперь ее мучили вопросы о том, почему все так настороженно смотрели на нее первое время, и почему она провалялась без сознания целых три дня.