Чтение онлайн

–  Ну и что ты об этом думаешь?
– спросила Мария, взяв бокал в руки.
– Что значит это ужасное совпадение?

–  Совпадения иногда случаются, - сказала Пруденс таким разумным тоном, что Мария совсем расстроилась.

–  Но таким совпадениям случаться не следует, - заявила она, опускаясь в кресло.
– Такой чудесный магазин. С большими витринами зеркального стекла. И Грин-парк прямо напротив, на другой стороне улицы. А кухня… - Она прижала ладонь ко лбу и застонала в отчаянии.
– Ну почему этот ужасный человек должен обязательно жить рядом с самой великолепной кухней в Лондоне? Почему бы ему не остаться в своем доме на Парк-лейн, где живут и другие сливки общества? Извини, Пру, - сразу же извинилась она перед Пруденс, которая, имея доход в несколько миллионов и дом на Гросвенор-сквер, теперь тоже принадлежала к этим самым «сливкам».
– Я иногда забываю, в каких кругах ты теперь вращаешься.

Пруденс отмела извинение.

–  Неужели маркиз Кейн действительно так ужасен? Я еще с ним пока не знакома.

–  Ты ничего не потеряла, - сказала Мария и, наклонив набок голову, взглянула на подругу, услышав, что та рассмеялась.
– Да и времени у тебя теперь мало: ездишь по всему свету: то в Париж, то в Нью-Йорк со своим обаятельным красавцем мужем или торчишь в Лондоне, общаясь со снобами вроде лорда Кейна.
– Она испустила утрированно тяжелый вздох.
– Да уж, нелегка жизнь богачей.

Что- то в ее словах насторожило Пруденс, и она перестала смеяться.

–  Послушай, ты не расстроилась из-за того, что у меня так сложилась жизнь?
– озабоченно спросила она.
– Я имею в виду богатство? Поначалу ты, кажется, была недовольна?

–  Тогда я боялась, что ты забудешь старых подруг и станешь такой же надменной и важной, как Филипп. Ведь деньги делают с людьми… - Она замолчала, но Пруденс знала, что она собиралась сказать.

–  Что делают с людьми деньги, я знаю, - напомнила ей подруга.
– Ты мне об этом рассказывала.

Мария вспомнила о том, как Филипп воспользовался силой своих денег: он пригрозил младшему брату, что лишит его денег, если Лоренс женится на ней, и предложил деньги ей как взятку за то, чтобы она исчезла. И она, и Лоренс подчинились. Они позволили купить себя ради безопасности. Ей вспомнилось, что Филипп во время разговора в кабинете был абсолютно уверен в том, что она не откажется от денег. Ах, как же ей хотелось тогда разорвать банковский чек в мелкие клочья и швырнуть их ему в физиономию, но бедная девчонка, оставшаяся одна во всем мире, не могла позволить себе отказаться от тысячи фунтов даже ради того, чтобы не пострадала гордость.

–  Рис, возможно, уже знаком с маркизом, - задумчиво произнесла Пруденс, возвращая мысли Марии из прошлого.
– Возможно, они вместе учились или встречались, если лорд Кейн бывал в Италии. Рис жил там в течение двенадцати лет.

Мария покачала головой:

–  Сомневаюсь в том, что они могли вместе учиться в школе. Маркиз на три или четыре года старше твоего мужа. Италия тоже маловероятна. Отец Филиппа умер, когда ему было шестнадцать лет, и он стал настолько одержим чувством долга и ответственности, что едва ли мог оставить свои поместья без присмотра и уехать в Италию. И все же я уверена, что вы оба скоро познакомитесь с ним. Как-никак вы герцог и герцогиня.
– При этих словах Мария с аристократическим высокомерием вздернула носик.
– Милорд общается исключительно со сливками общества.
– Она так манерно произнесла эти слова, что Пруденс улыбнулась.

–  В таком случае я едва ли с ним познакомлюсь. Рис, конечно, герцог, но у него всегда была сомнительная репутация, и самые строгие сторонники правил поведения не слишком его жалуют, особенно после того как он женился на мне. Я ведь бывшая белошвейка.

–  Женитьба на тебе - это самое лучшее из всего, что когда-либо сделал герцог, и он первый в этом признается.
– Мария чуть помедлила, отхлебнула глоток вина и продолжила: - Хотя относительно Филиппа ты, возможно, права. Учитывая скандальное прошлое твоего мужа, Филипп, несомненно, постарается избежать знакомства с вами. Меня он сегодня без труда поставил на место.

–  Мне просто не верится, - сказала Пруденс.
– Вы знали друг друга почти всю жизнь. Тем не менее он не пожелал признать тебя?

–  Что ж тут непонятного?
– воскликнула Мария.
– Я дочь бывшего семейного шеф-повара. А он маркиз Кейн. Признать меня означало бы, что он считает меня человеком. Это все равно что признавать знакомство с судомойками или рассыльными.

–  По крайней мере ты к этому правильно относишься.

–  Но я не хочу, - сказала она.
– Я хочу этот магазин.

–  Не расстраивайся, дорогая. Ты можешь завтра начать присматривать другое помещение.

–  Значит, ты считаешь, что мне следует подыскать помещение в другом месте?

–  Конечно. А ты как считаешь?

Мария откинулась на спинку кресла, обдумывая вопрос. Сначала она хотела немедленно заключить договор об аренде этого помещения, но после встречи с Филиппом и после того, как он поставил ее на место, решила сначала обсудить ситуацию с Пруденс и самой все как следует обдумать, прежде чем связывать себя договором. Но теперь, когда она описала подруге ситуацию, сделала несколько глотков мадеры и еще немного подумала, она вдруг решила, что ей незачем менять свои планы.

–  Не буду я больше ничего искать, - заявила она с некоторым вызовом.
– Я подыскивала помещение в течение нескольких месяцев и наконец нашла лучшую кухню во всем Лондоне. Я не откажусь от нее только лишь потому, что этот мерзкий человек живет по соседству. Почему я должна это делать?

–  Ну-у… - начала было отвечать на этот вопрос Пруденс, но Мария ее остановила:

–  Он не представляет для меня угрозы. Он ничего не может мне сделать. К тому же он едва ли будет жить там вечно. А кроме того… - она помолчала, взвешивая возможные последствия, - мне будет приятно находиться у него под носом. Это будет сильно раздражать его, - усмехнувшись, добавила она.

–  Ты уверена, что разумно ворошить прошлое?

Мария игнорировала ее вопрос и подняла бокал.

–  Пью за то, чтобы отравить существование Филиппа Хоторна, - сказала она, но когда Пруденс не поддержала шутку, со вздохом поставила бокал на стол.
– Ах, Пру, неужели ты хочешь испортить мне удовольствие и запретить мне это. Ты ведь знаешь, что, как мой финансовый партнер, ты могла бы это сделать.

–  Мне следовало бы это сделать, - сказала расстроенная Пруденс, - но я не сделаю. И все же я обязана предостеречь тебя. Возможно, было бы лучше избежать проблем и подыскать другое помещение.

–  Что? Ты предлагаешь трусливо сбежать, словно испуганный кролик, потому лишь, что Филипп Хоторн пренебрежительно отказался узнать меня?
– Она покачала головой.
– Нет уж, увольте. Однажды он заставил меня уйти. Но больше ему такое не удастся.

–  А как насчет его брата?

–  Лоренса?
– удивленно спросила она, - А он-то какое отношение к этому имеет?

–  Рано или поздно ты и с ним тоже можешь столкнуться.

–  Вздор, - сказала она и допила свою мадеру.
– Лоренс давным-давно уехал в Америку. Восемь или девять лет тому назад. Последний раз, когда я слышала о нем, он жил в Нью-Йорке.