Чтение онлайн

Ника усмехнулась:

– Любит?! Но почему тогда я должна ходить для него за 'поллитрами'?

– Потому что водку он любит больше, - ответил Игорь с легкой весёлостью в голосе.

– Ну, в таком случае, я не ревную, - сказала Ника с улыбкой, повергнув своего провожатого в недолгий, но подлинный смех.

Они уже давно покинули зал и шли по широкому, залитому ярким светом коридору. Пространство зияло тишиной и безлюдностью. У Ники сегодня свободный день. Завтра ей предстоит экзамен по выживанию. На этот раз в тайге. Точное место высадки она пока не знает. Сейчас, одиннадцать утра. А в три часа будет инструктаж, где она узнает точное место и другую подробную информацию, которая ей понадобится.

Молодой человек и девочка вышли по лестнице в надземную часть комплекса.

Когда-то, дети не могли без особого разрешения покидать подземный уровень. Но после того случая, когда попытка двух мальчиков вырваться на свободу окончилась их гибелью, руководство Проектом осознало свою ошибку. Военные ошибались, когда относились к ребятам, как к запрограммированным роботам-зомби. Они таковыми не являлись. И, как всякие мыслящие существа, не любили, когда к ним относились как к тряпкам и ограничивали свободу. После произошедшего инцидента, дети получили максимальную свободу, которую им могли предоставить. Теперь они могли свободно ходить по семи гектарам земли, отведенной для секретного проекта и огражденной от всего остального мира пятиметровой железобетонной стеной с колючей проволокой и лазерной сигнализацией наверху.

Более того, в субботу, воскресенье и праздники специальный автобус вывозил желающих в Москву. Дети могли провести выходной, гуляя по городу. А вечером тот же автобус отвозил их обратно на базу. Единственное, о чем ребят просили, так это не пользоваться на людях без крайней надобности боевыми искусствами и прочими штучками, которые их отличали от обычных детей.

Военные правильно сделали, предоставив ребятам максимальную свободу действий. Детвора по достоинству оценила сей ход и больше никаких эксцессов не было. Если не считать произошедшего недавно случая, когда два мальчика, прогуливаясь по Москве, оказались вплотную окружены бандой подростков-хулиганов, которые потом горько пожалели о своем поступке.

В ответ на 'Гоните бабки!' последовала серия молниеносных приемов и жестоких ударов. В течение нескольких секунд вся шпана была разбросана по асфальту, стоная от боли и проклиная всё на свете. Схватка проходила в многолюдном месте и два мальчика неожиданно для себя оказались в цепких лапах невесть откуда взявшейся милиции.

Они, конечно, могли справиться и с милицией, но были достаточно умны, чтобы не сделать этого. По Москве поползли бы толки. Мол, что это за дети-супермены такие, которые могут справиться даже с милицией.

Всё же, шумихи избежать не удалось. Потом, когда они вместе с хулиганами и двумя свидетелями оказались в отделении, то с удивлением обнаружили себя в кругу журналистов из передачи 'Дорожный патруль'. Но отступать было поздно. В их планы не входила роль национальных героев на телевидении. Но что делать - пришлось отвечать на хитрые вопросы журналистов, отшучиваясь и стараясь не давать подозрительной информации.

– Где вы научились так драться?
– спросил у них журналист.

– Где-где, в Караганде!
– отчеканил шутку один из ребят.

Журналистам так и не удалось тогда выудить из них ничего ценного. Но показанные по телевидению свидетельства очевидцев драки и милиционеров, а также синяки и ссадины на лицах несчастных хулиганов, сделали свое дело. Репортаж показали не только в 'Дорожном патруле', но и в утренних московских новостях, которые посмотрели более миллиона человек.

Сами же герои просидели до утра в отделении за решеткой. Они отказывались называть свои фамилии и местожительство. Поэтому милиция их не отпускала. К тому времени, военные с ног сбились, разыскивая пропавших мальчишек.

Лишь утром ребята смогли получить свободу. Через полчаса после теленовостей в отделение заявилась когорта солидного вида мужчин и, предъявив удостоверения ФСБ, обязала освободить задержанных.

Мальчики очень удивились, когда вернулись на базу и их не стали наказывать. Им сказали, что они действовали правильно. Просто произошла непредвиденная случайность. Более того, мальчикам-телегероям разрешили и дальше ездить на прогулки в Москву. Только обязали при этом носить чёрные защитные очки, чтобы их случайно кто-нибудь не узнал. Это было единственное их наказание.

Дабы пресечь дальнейшее распространение отснятого журналистами видеоматериала, после долгого разговора с генеральным директором телеканала ФСБ выкупило оригинальную видеокассету вместе с копиями и попросило забыть о происшедшем. Так, спецслужбам удалось сравнительно легко замять это дельце. Вот такая история...

Ника поднялась на пятый этаж одна, без Игоря. Он покинул её на втором этаже, где размещалась служба безопасности Проекта, в которой он работал.

Узкий, освещенный дневным светом коридор покоился в тишине. Неслышно ступая по ковровой дорожке, девочка не спеша прошла по коридору и остановилась у внешне непримечательной двери из дуба.

Она отворила её и через секунду оказалась внутри просторного кабинета.

– О-о-о! Привет, красавица! Ну, проходи-проходи. Садись на стульчик, - весело начал Громов, указывая на мягкое офисное кресло по другую сторону стола, за которым он сидел.

В кресле у стены расположился подполковник Васильев, заместитель Громова. Всегда молчаливый и скромный подполковник коротко поприветствовал Нику и подарил ей легкую улыбку. В отличие от Громова, он ей нравился. Нравился как хороший и приятный человек.

Ника чуть не ошалела, увидев Громова в таком приподнятом настроении, да к тому же трезвым, как огурчик. Она поприветствовала обоих, устроилась в предложенном ей кресле и деловито сложила в замок руки на столе.

– За выпивкой посылать вы меня не собираетесь. В этом я уверена. Тогда, чем обязана?!

Ника оскалила ряд белоснежных зубов. Такой улыбкой сияют лица моделей на красочных обложках модных журналов. Улыбкой фальшивой и неискренней, но тем не менее приятной. Девочка была в том же виде, в каком вышла из тренажерного зала. Та же мятая майка. То же полотенце на шее, слегка прикрывающее небрежно и наспех вымытую кожу. Те же взлохмаченные, грязные от засохшего пота волосы.

Громов добродушно рассмеялся:

– Шутница!.. Занималась на тренажерах? Извини, что прервал. Просто, захотелось немного поболтать.

Ника ему явно нравилась, а в таком потрепанном виде нравилась ещё больше. Он смотрел на неё с непередаваемым умилением.

– Просто поболтать?! Что-то не верится. Обычно, вы меня вызываете только по делу.

Ника не могла узнать Громова. Он никогда не разговаривал с ней грубо, но и до такой сверхобходительности, как сегодня, тоже не доходил. Даже поприветствовал её первым.