Чтение онлайн

– Обратно дорогу Ночи открыть сумеешь? Не хотелось бы через всю страну обычным путем пробираться. 

Лейсе не хотелось тоже. Но после двух дней напряженной борьбы с непокорным Даром, после бессонной ночи она чувствовала себя измотанной. Попыталась встать, и тут голова закружилась, в глазах замельтешили светящиеся точки. Лейса пошатнулась, теряя равновесие…

– Дархи! Не вздумай только в обморок падать!
– патрон вмиг оказался рядом, подхватил Анналейсу на руки. 

Она даже не пыталась выбраться из этих объятий - скорее властных, чем теплых. Квелл никогда не привлекал ее как мужчина, хотя внешность имел вполне представительную. Но сил самостоятельно стоять на ногах у Лейсы не осталось, так что пришлось зажмуриться и стерпеть не слишком желанную близость. 

– Мне дурно, - прошептала Лейса, борясь с тошнотой. 

– Так… Никакой магии пока. Где тут храм Четырех? Переночуем в гостевом доме темпларов, а утром посмотрим на твое самочувствие. Может, придется к целителю обратиться.
– Квелл Лере решительно пошагал прочь со двора. 

Анналейса в двух словах объяснила патрону дорогу до храма и задремала, прислонившись виском к его плечу. Очнулась, только когда услышала незнакомые голоса: квелл Лёре договаривался с храмовниками о ночлеге. 

– Для женщин у нас отдельное крыло, - говорил храмовый служка.
– Вам туда нельзя. Если ваша…

– Спутница, - подсказал закатник.

– Если ваша спутница не в состоянии дойти сама, я приглашу девушку-храмовницу, она поможет. 

– Я в состоянии!
– Анналейса пошевелилась, поняла, что слабость и дурнота прошли.
– Мне бы только перекусить и выпить чего-то горячего. Холодно тут, в Шарсоле. 

Квелл Лере со вздохом облегчения поставил Анналейсу на ноги. Посмотрел с опаской: 

– Надеюсь, без меня дорогу Ночи открывать не станешь пытаться? 

Анналейса вдруг поняла: патрон опасается, что она может уйти без него! Ей вдруг сделалось весело. А что? Это была бы достойная месть за все, что она пережила в последние два дня! Но… Дар-то открылся! Значит, закатник был прав и сумел разбудить еще одну способность! 

– Без вас - не уйду, клянусь Четырьмя!
– пообещала квеллу. 

Тот коротко кивнул, отпустил ее с девушкой в сутане темпларов, явившейся по зову служки:

– Добрых снов, нэйта. Встретимся после завтрака. Постой я оплачу, об этом можешь не беспокоиться. 

– Такки, патрон!
– Лейса поклонилась и пошла в женское крыло. 

Разговоров ей не хотелось, а храмовница и не навязывалась. Привела в келью, где возле широкой скамьи для сна стоял столик, а на нем - поднос с кувшином горячего травяного отвара, кружкой и блюдом с выпечкой. Пожелала хорошо отдохнуть и ушла. 

Анналейса впервые в жизни перекусила в позднюю ночную хвалю. Улеглась, как была, на скамью, устланную травяным матрасом, укрылась шерстяным одеялом и уснула. Засыпая, она знала, куда откроет дорогу Ночи в следующий раз: конечно же, к дому рейвы Тордис!

***

Утром Лейса чувствовала себя отлично. От вечерней усталости и дурноты не осталось и следа. Позавтракала она в женском крыле, в столовой, дорогу к которой сама ни за что не отыскала бы. Помогла та же девушка-храмовница, что и накануне. После завтрака Лейса встретилась с патроном у ворот храма. 

– Хорошо выглядишь, нэйта Ренсли. Щеки порозовели, глаза ясные, - заметил квелл Лёре.
– Похоже, в целителе необходимости нет. 

– Нет, - подтвердила Анналейса.
– Единственное, что мне нужно - это навестить сестру и няню. 

– После занятий… - попытался командовать закатник. 

– Сию хвалю!
– с неожиданной даже для себя твердостью возразила Лейса.
– Боюсь, квелл Лёре, в этот раз не вам решать. 

Патрон недовольно сжал губы и неохотно кивнул:

– Ладно. Учитывая твои успехи, даю тебе сегодня выходной. Открывай дорогу. 

Анналейса произнесла формулу заклятия, взмахнула рукой, чертя круг и призывая силу Столпа Ночи. Сила откликнулась легко. Перед Лейсой и ее наставником завис в воздухе круглый провал во тьму. Квелл Лёре вошел в него первым, даже не пытаясь взять ученицу за руку. Она шла следом. 

Три длинных шага. Три быстрых удара сердца. 

…пустой безлюдный двор. Косые лучи рассветного солнца, путающиеся в густой кроне якиря. Анналейса подняла голову, чтобы увидеть окна покоев, в которых поселили Мауру и няню. Если она ждала, что увидит там сестренку, то напрасно - окна тоже были пусты. 

– Поздравляю с очередным успешным переходом. К ужину будь добра явиться во дворец.
– Квелл Лере кивнул и ушел, оставив ученицу наедине с собой. 

Анналейса проводила патрона взглядом, а потом отправилась стучаться в дверь рейвы Тордис. Ей не терпелось увидеться с младшей сестрой и рейвой Калвиной. 

Как раз рейва Калвина и отозвалась на стук. Вышла на порог, увидела свою воспитанницу, открыла объятия:

– Лейса, девонька! Ты почему вчера не пришла? Случилось что?

– Все в порядке, няня.
– Анналейса обняла старуху. - А Маура где? 

– На занятиях! Рейва Тордис не только нашу малышку грамоте обучает, соседских детишек - тоже. Так что обе ушли в дом градоначальника. Он в своем музее диковинок учебную комнату открыл. 

Лейса растерялась: и что ей теперь делать? Сидеть с няней и ждать, когда младшая сестричка вернется, или пойти забрать ее с уроков пораньше, чтобы провести с ней как можно больше хвалей?

– Значит, у градоначальника?
– Она отстранилась от няни, оглянулась по сторонам. - Пойду, спрошу, может, рейва Тордис отпустит Мауру сегодня пораньше. 

Рейва Калвина возражать не стала.

– Ступай, прогуляйся. Я бы с тобой пошла, но не могу: уже и кашу вариться поставила, и тесто завела. 

– Да я быстро! Скоро вернусь!
– Анналейса поспешила прочь со двора. 

Дом градоначальника, большой и нарядный, стоял недалеко: всего-то на пять домов ближе к ратуше и центральной площади города. 

В музее диковинок, который разместился в пристройке, которую местные называли павильоном, Лейсе раньше бывать не приходилось. Однако она сразу узнала павильон по разрисованным цветами и деревьями стенам, по непривычно широким окнам и гулу детских голосов, доносившемуся из этих окон. 

Дверь музея была не заперта. Сразу за ней сидел охранник - отставной вояка из простого люда. Анналейсу он узнал, кивнул приветливо, хотя и удивленно. 

– Приключилось чего, нэйта Ренсли?
– спросил сочувственно.