Чтение онлайн

– Волнуешься?

– Немного.

Из лимузина выходит высокий парень в смокинге. Он проводит рукой по волосам и заразительно улыбается нам.

Рита при виде его широко открывает рот.

– Ты? Что ты тут делаешь?

– Я дружок на свадьбе, - раздается его бас.

– Ты? Джексон, но как?

– Кир и Джексон – они друзья, - подтверждаю.
– Разве ты не знала?

– Нет! А вы все знали и молчали? – Рита не скрывает удивления.

– Моя дорогая Рита, тебе лучше сесть в машину и я тебя все объясню. – Он подходит ближе, обнимает ее за плечи и помогает сесть нам в авто.

Всю дорогу я жутко нервничаю, а потом вспоминаю, что он меня ждет возле дворца бракосочетания и мне становится легче.

Кир великолепен. Его белый костюм, броская бабочка сидит на нем идеально. И вот мы стоим друг напротив друга, он нежно обхватил мои руки, преданно заглядывает в глаза:

– Моя единственная Анна, сегодня я беру тебя в жены. Я так благодарен тебе. Потому что с тобой я узнал, какой сильной бывает настоящая любовь. Ты мой смысл жизнь, моя душа, мое бескрайнее небо, моя Вселенная. Я хочу заботиться о тебе, всегда поддерживать в горести, радости или печали. Я клянусь тебе в верности и преданности до конца своих дней. Я люблю тебя!

Кирилл надевает на палец мне обручальное кольцо. Целую его и просторный зал взрывается от аплодисментов.

А потом ресторан, гости, танец жениха и невесты. Мой букет ловит Рита. Подруга сидит за соседним столиком с Джексоном и он не сводит с нее глаз.

– За тебя моя милая, - Кир поднимает бокал, когда мы выходим на террасу, чтобы немного передохнуть от суеты, которая царит в зале.

– За тебя мой дорогой муж.

– А у нас впереди еще один праздник.

– Какой?

– Твоё день рождение. И у меня для тебя небольшой подарок, - он достает из кармана ключи.

Не знаю, что я чувствую, когда беру их в руки. Радость? Печаль? Или некое замешательство? Но я знаю, какие двери они открывают.

– Мне показалось, что это много значит для тебя.

Я сильнее прижалась к его груди.

– Да, Кир. Мой дом, где я выросла, он так много значит для меня.

Мой родной город почти не изменился. Здесь все также, когда я уезжала. Все те же серые улочки, и клумба с ярко-желтыми крокусами, деревянные скамейки, стоящие в тени высоких деревьев. Припаркованные в длинный вряд машины и Матвей Иннокентьевич – учитель музыки, живущий в первом подъезде все так же выгуливает своего старого пса. Хотя теперь, кажется, что Матвей Иннокентьевич и его сторожевая собака шесть лет назад выглядели как-то бодрее.

А вот та самая автобусная остановка, на которой я дожидалась маршрутку, чтобы доехать до театра. Я всегда так торопилась, так спешила и боялась опоздать, но эта была совершенно другая жизнь. Словно другое измерение, еще одна вселенная, которая до сих пор живет в моем сердце, возможно, это немного печалит меня, потому что сложилось именно так, а не иначе. Ведь я не так все себе представляла.

Театр… Мне нужно всего лишь произнести это слово, чтобы планка настроения поднялась вверх.

Когда я приехала в город, мне очень хотелось, хотя бы на минуточку, увидеть ту самую сцену, где я была утверждена на свою самую первую роль в своей жизни.

Когда открываю массивные деревянные двери и захожу в прохладное помещение, то вижу женщину с модной завивкой.

Она стоит возле раздевалки, в темно-синем жилете и держит в руках театральный бинокль.

– Лариса Ивановна! Лариса Ивановна! – громко восклицаю.

– Девочка моя! – она переводит взгляд на меня, расправляет руки, делая шаг навстречу.
– Как я рада тебя видеть! Тебя не узнать, после последней нашей встречи. Ты изменилась, похорошела. Теперь на твоем лице сияет такая живая улыбка.

– Я так рада вас видеть.

– Моя ты девочка! У тебя все хорошо?

– Да. Даже более чем.

Мы долго разговариваем. Она рассказывает о постановках, сцене, о театральных событиях и о том, что на одном из спектаклей был полный аншлаг.

– Хочу пригласить вас в гости.

– С удовольствием приду. Мы придем, - отвечает она, когда в коридоре появляется Лука Изосимович и возможно ему хотелось остаться незаметным для нас, но не получилось.

– Что? Я? Когда? – у него растерянный вид. – Ну конечно пойдем! – его добродушное лицо расплывается в улыбке.

****

Мы с Ритой почти закончили накрывать на стол.

Джексон постоянно обнимает Риту, целует в щеку при первой удачной возможности.

А когда мы вдвоем выходим с ней на кухню, она быстро шепчет мне:

– Он сделал мне предложение, - затем быстро берет поднос в руки и скрывается в зале.

Лука Изосимович постоянно улыбается Ларисе Ивановне, так бережно обхватывает ее за талию, кажется между ними проскочила такая мощная искра. Мы с Киром стоим у окна и смотрим, как дети разбирают подарки.

– Слушайте, я так и не понял эту историю с лысым мужиком, который в этой квартире временно проживал? Точнее он тут даже не жил, как только Аня уехала из города – сразу забрал свои вещички и скрылся в неизвестном направлении?
– Рита задает вопрос, когда мы наконец-то все вместе собираемся за круглым столом.

– Это Альбина, - Джексон отложил бутерброд. – Ее рук дело. Ловко все подстроила и с документами, и с бантидами договорилась. Мне вообще кажется, что ей удовольствие приносило делать гадости, мягко говоря: гадости, а потом строить из себя невинную жертву. Но теперь все. Ей грозит до восьми лет лишения свободы.

– Ну что дорогие мои! Не будем о грустном! – Лука Изосимович расставляет бокалы. – Давайте выпьем за молодоженов!

– Ура! Давайте!
– его поддерживает Джексон.

Все приготовились поднимать бокалы. А потом в дверь постучали.

Все присутствующие замерли и растерянно посмотрели на меня.

– Мы кого-то еще ждем? – спрашивает Рита.

– Нет, - отрицательно качаю головой.

Иду к входной двери, открываю и не могу скрыть удивления. На лестничной площадке, у порога моей скромной квартиры, в которой еще не совсем закончен ремонт стоит Агния Брониславовна и старается не смотреть мне в глаза.

В такие моменты можно испытать всю палитр чувств: вины, неловкости, восторга и непонимания.

– Добрый вечер, - легко произносит она.

– Добрый.

– Бабушка! Бабушка! – закричали дети и примчались в прихожую. – Ты пришла! Мы так рады тебя видеть…

– Проходите, - говорю я. – Мы как раз собрались отмечать.

Она неуверенно сделала шаг вперед.

– У тебя день рождения, - останавливается в прихожей. – Поздравляю.

– Спасибо, - пожимаю плечами.

– Девочки! – в прихожей появляется Лука Изосимович. – А почему к столу не проходим? Уже все налито, разогрето. Проходим-проходим, не задерживаемся.