Чтение онлайн

Она не просто собрала информацию, кажется, даже аналитический анализ провела. Выделила всё тезисно. По полочкам разложила. Даже Галина Павловна такого не делала. Теперь-то понятно, почему Рахлин так успешно заключает сделки и выигрывает суды. С такой-то помощницей.

Поднимаясь на этаж, подумываю, как бы рыжую отблагодарить. И все мысли утекают в горизонтальную плоскость. Член в штанах бодро реагирует на скорую встречу.

Только нет моей помощницы в приёмной. Всё выключено, канцелярия собрана, документы на этажерке ровной линейкой. Идеально убрано, будто никто сегодня не сидел за этим столом. И я вспоминаю вспышку гнева.

Блять!

Быстрым шагом добираюсь до кабинета, взглядом сразу цепляю одинокий белый лист с красивым почерком Ланской. Таки уволилась. Бестия рыжая.

— Нужно поговорить, — пыхтит за спиной Рахлин и громыхает дверью.

— Явился заступиться за свою любовницу? — хмыкаю и, обойдя стол, занимаю кресло.

— Бля, Геннадич, ты поэтому её уволил? Из-за сплетни? — Натан волосы взъерошивает и на неформальное общение переходит. Молчу, челюсть сжимаю. Не привык оправдываться и вообще выяснять отношения с чужими мужиками. — Ланская, конечно, баба видная, и не скажу, что не пытался залезть к ней в трусы. Но между нами ничего нет и не было. Когда я Леру со старой работы к себе переманил, она условие поставила. Не смешивать работу и личное. Да и жену я люблю, на других баб не стоит уже.

— Не увольнял я её. Злость сорвал, — нехотя признаю собственный косяк.

— Ну, вот тебе и возвращать. Она дама гордая и злая. На своих эмоциях такое учудит, век не отмоешься, — хмыкает Рахлин и уходит. Правда, у двери останавливается и с прищуром сканирует меня: — Геннадич, ты трахаться с ней вздумал?

— Это уже не твоего ума дело. Иди работай, — хмыкаю, сминая в руках бумагу.

— Я лучше поставлю свой гонорар от Саркисова на то, что тебе ничего не светит, — фыркает Натан и исчезает за дверью.

Давлю улыбку. И внутреннего мальчишку, который соревноваться любит.

Выуживаю телефон, верчу в пальцах, раздумывая, и убираю обратно. Рыжая точно не ответит на звонок. Ещё наврёт, что не дома. Лучше встречусь лично.

Только её и вправду нет дома. Машина стоит на площадке. А сама умотала куда-то. Надеюсь, недалеко, в магазин.

Поднимаюсь на пару ступеней выше от её лестничной клетки и сажусь. Можно было бы и в машине в тепле подождать. Но я специально припарковался подальше от её подъезда. Провороню.

Ждать приходится почти до восьми вечера. Периодически выхожу из подъезда курить. И злиться начинаю. Хернёй маюсь в пятничный вечер. Вместо того чтобы плюнуть и забыть. Баб, что ли, мало в городе? Да полно! Красивее, моложе, сговорчивее. Без тараканов и загонов в голове. Без проблем со здоровьем и перепадами этими странными. Но нет, вцепился в рыжую. И держит ведь меня, бестия.

В окне подъездном замечаю подъезжающую ладу. И из неё выходит моя рыжая. Улыбается незнакомому херу. Позволяет себя приобнять. Сучка, времени зря не теряет. Прощаются, как близкие родственники. Может, брат? Хотя вряд ли брат в губы будет целовать. Первое свидание? Ну, судя по тому, что не пригласила к себе, шансов у бедолаги никаких.

Ланская не торопится заходить. Машина хахаля скрылась, а она стоит. Воздухом дышит. И, кажется, улыбается. С моего ракурса не видно. Блять, мне хочется в её голову залезть.

Приплыли, Бессонов!

Оторвавшись от окна, возвращаюсь на ступени. Через несколько минут лифт всё же движется по шахте. Надеюсь, это не соседи. Меня уже провожали взглядами, полными укора и осуждения. Благо вопросов не задавали.

Пришла моя рыжая. Копается в сумке, а я её ладную комплекцию разглядываю. Округлые бёдра в этих узких джинсах ещё больше к себе внимание привлекают. В офисе она в строгом, деловом и на каблуках. Сейчас другая. Не такая и высокая, в сапогах на плоской подошве. Малышка.

Не выдержав, поторапливаю. Пугается, вздрагивает, упрямится, что-то там требует. Сам затаскиваю в квартиру, про укол напоминаю, знаю, что от терапии своей не откажется. Важнее, чем со мной воевать.

Пока ждал её, маломальский план составил. Понял уже, что отношения ей не нужны. Она недавно развелась, хочет свободы. Поэтому чисто деловое предложение, которое устроит нас и не испортит её жизнь на работе.

Выслушав меня, Ланская сомневается, губу пухлую прикусывает. Смотрит недоверчиво. Без макияжа, в повседневной одежде и с красными от холода щеками да курносым носиком совсем молодо выглядит. Трогательно и беззащитно.

Не выдерживаю ожидания, решаю показать наглядно, что её ждёт. На губы сочные набрасываюсь. На краткий миг колеблется, но отвечает. Ногтями бритый затылок царапает, электрические разряды по позвоночнику запускает.

Пробираюсь к заветной развилке, знаю, что уже вся мокрая. Заводная штучка. Но Лера останавливает. Отступает на шаг и торопливо выпаливает о своей чёртовой подсадке. О будущей беременности.

Чёрт!

На этом можно всё завершить. Понятно, что для неё важнее ребенок. И каким бы ни был шикарным секс, он не стоит того, чтобы его месяцами ждать.

— … Не уверена, что ты захочешь ждать… — заканчивает пламенную речь, будто мысли мои читает.

Себя обнимает, пытаясь согреться. И я вижу во взгляде янтарных глаз своё отражение. Мудака, которому только одно нужно. Собственно, я в её глазах такой и есть. И, наверное, не только я, раз она в донорский центр обратилась, вместо того чтобы попробовать по-нормальному в отношениях рожать.

Молчание громче наших слов говорит о всей ситуации. Лера отворачивается к холодильнику. Достаёт ампулу с дверной полки. Всем своим видом женщина показывает, что мне пора на выход.

— Начнём с малого, — хрипло выдыхаю. Рыжая удивлённо голову вскидывает, смотрит, будто у меня рога выросли. — Делай свою подсадку. Остальное будем решать по мере поступления. А сейчас повернись, спусти штанишки и нагнись.

Я впервые слышу смех Ланской. Не тот дежурный, вежливый рабочий. А чистый, искренний, ненаигранный.

Она как-то расслабляется, больше не спорит, не пытается показать свою независимость. Еле-еле спускает узкие джинсы на пол-ягодицы. Показывая кружевной треугольник очередных на этот раз чёрных стрингов, и опирается на подоконник.

— Роман Геннадьевич? — голову поворачивает. — Хватит пялиться на мою пятую точку. Раствор остынет. Давайте уже.

— Очень уж она у тебя аппетитная, рыжая. И я многое могу дать. Возьмёшь? — ловлю её взгляд, замечаю, как вспыхивают щёки. Отворачивается и вскрикивает, когда я со шлепком втыкаю иглу.

— У вас очень странный метод. Обязательно меня лупить? — переводит тему.

— Давай просто Рома и на “ты”. Хотя бы вне работы. И да, это метод такой, чтобы ты мышцу не напрягала. Больно, что ли? Сейчас закончу и подую или поцелую. Или...