Чтение онлайн

Вынимаю из нагрудного кармана мужского пиджака платок и вытираю бёдра. Прям как чувствовала, чулки сегодня надела вместо колготок. А вот стринги совершенно мокрые, и ходить в них некомфортно.

— В следующий раз пользуйся презервативами, — прошу, чем вызываю удивление.

— Более беременной ты уже не станешь, Лер, — усмехается Рома, к себе опять притягивая.

— Зато буду сухой! — фыркаю, а он ещё сильнее ржёт.

— Носи с собой запасные.

— Вот ещё, это в первый и последний раз, Роман Геннадьевич.

— Хорошо, Валерия Леонидовна, больше в серверную вас приглашать не буду, — улыбается он. — Поужинаем вместе?

— Вряд ли Рахлин раньше восьми отпустит, — вздыхаю, стягивая заколку с волос и заново делая новую причёску.

— Отпустит. Я поговорю.

— Нет! Он и так нас подозревает и постоянно спрашивает.

— Спрашивает, потому что гонорар свой поставил на кон, — выдаёт со смешком Бессонов.

— В смысле?

— Ты когда уволилась, Натан зашёл заступиться за тебя и в ходе разговора заявил, что ставит на кон гонорар за Саркисова, что ты меня пошлёшь, — совершенно спокойно рассказывает гад.

— Ты ведь не скажешь ему о нас? — прищуриваюсь, готовясь устроить скандал.

— Нет, Лер. Всё, что происходит между нами, останется между нами. И спорить с Рахлиным на деньги я точно не собирался, — посерьёзнев, успокаивает Рома и, притянув к себе, забирает заколку.

— А большой там гонорар?

От моего вопроса шеф сначала хмуро замирает. Даже пальцы в моих волосах перестают двигаться.

— Зачем тебе эта информация?

— Тебе этот спор не нужен, а я деньги на счёт положу под проценты.

— Лисица корыстная, — усмехается Рома и в губы целует.

— Ничего не знаю. Забери у него гонорар, мне как раз ремонт нужно в будущей детской сделать. А Натан будет знать, как вообще на меня спорить! — фыркаю, пока большой шеф гогочет.

— Думаешь, он мне на слово поверит?

— Фотографировать или снимать себя на камеру не дам!

— Бельё давай, — внезапно заявляет этот… Роман, чтоб его, Геннадьевич.

В серверной мы слегка застреваем. Я активно отбиваюсь от загребущих рук и возмущаюсь. Но сдаюсь, когда слышу пятизначную сумму гонорара. Стягиваю красные кружевные стринги и, скомкав, запихиваю в карман пиджака.

— Ненавижу! — фырчу и, гордо развернувшись, выхожу первой из серверной.

Вернувшись за своё рабочее место, я нервно ожидаю прихода Романа, чтоб его, Геннадьевича к Рахлину или, наоборот, вызова моего шефа на ковёр к его шефу. И даже в красках представляю, с каким пафосом будет кинуто моё нижнее бельё. Представляю, заранее чувствую себя глубоко падшей женщиной. И даже сумма в несколько сотен тысяч, которые упадут мне на счёт, совершенно не греет алчную душонку.

Хотя, с другой стороны, Натан сам виноват. В следующий раз подумает головой и не будет на меня спорить!

Вот только шеф до обеда сидит в кабинете, а после уезжает в суд. И вроде как падение моего облико морале откладывается, чему я радуюсь и преспокойно иду вниз обедать.

— Идём ко мне! — активно машет Дарья, приглашая за свой столик. Подхватив поднос, охотно сажусь рядом.

— Ну, как тебе работается с Валерьевичем? — спрашиваю, раскладывая горячие блюда и салат.

— Тяжело, — вздыхает девушка, закатывая глаза. — Даже хуже, чем с твоим Рахлиным.

Усмехаюсь и киваю. Даша, похоже, находит во мне благодарного слушателя и изливает накопившийся поток претензий и жалоб. Подбадриваю её, молодая ведь совсем. Только институт закончила, а тут опыт, да ещё и какой. Зато потом как взлетит по карьерной лестнице, может, даже адвокатом полноценным станет, а не просто стажёром-помощником.

— Я слышала, Галина Павловна на пенсию уходит, — переводит тему девушка. — Как думаешь, я смогу получить эту должность? Может быть, Натан Артурович замолвит словечко? Он ведь похвалил меня, пока я тебя заменяла.

— Рахлин, конечно, замолвит, только Генерал вроде выбрал уже двух, — пожимаю плечами, активно делая вид, что не интересуюсь рабочей жизнью Ромы.

— Юля из отдела кадров сказала, он одну уволил вчера, — выдаёт новость Даша, понижая голос. — Говорят, она отказала ему.

Поперхнувшись, кашляю. Девушка замолкает, а я чувствую, сейчас умру от удушья. Судорожно глотаю компот, пытаясь проглотить дурацкую макаронину.

— Отказала в чём? — нет, ну мало ли, может, не захотела выйти в выходной. Нужно уточнить.

— В доп. услугах интимного характера, — как на духу выдаёт эта малолетняя сплетница.

— А ты, значит, готова эти услуги оказать?

Вот зачем я завожусь? Ещё и так агрессивно срываюсь на Даше. Девушка удивлённо вскидывает брови и поджимает губы.

— Он совершенно не в моём вкусе и к тому же старый. Я просто не хочу работать у Валерьевича, — сухо отвечает коллега. Видно, что обижается и даже злится, чем успокаивает мою ревнивую душеньку окончательно. Хотя вопросики к одному кроватному террористу ещё остаются. И я обязательно их задам.

— Не знаю, что на меня нашло, гормоны, — ворчу себе под нос, чувствуя неловкость. — Давай я поговорю с Натаном, а он с Генералом.

Даша вскидывает голову, и я вижу в её голубых глазах такой спектр эмоций. Эка её Валерьевич-то допек. Бедняжка.

— Пожалуйста, Лер, я ж в долгу не останусь, — бормочет и, перехватив ладонь, сжимает. — Могу подменять тебя, если нужен отгул.

— Всё, всё. Поговорю, — хмыкаю я.

Остаток обеда слушаю благодарности и комплементы о своей доброте. Знала бы она, что не доброта мной движет. Тут явно кое-что другое, под названием ревность и желание иметь собственные уши в приёмной Бессонова.

До самого вечера ничего не предвещает беды. Я занимаю себя рутиной, чтобы не думать о Бессонове и его слишком активной половой жизни.

Ровно в шесть часов шеф выходит из лифта. Раздражённо хлопает по моей стойке, привлекая внимание. Поднимаю голову и выгибаю бровь.

— Иди домой, Лера! — внезапно заявляет.

— А чего так? — прищуриваюсь, пытаясь угадать, говорил ли он с Ромой или нет.

— Мне тут отдел кадров напомнил, что нельзя беременную женщину задерживать сверхурочно, а по трудовому кодексу и вовсе нужно отпускать на час раньше, — бурчит Рахлин и глаза закатывает, всем своим видом показывая, что он думает об этом законе.