Чтение онлайн

Заря зрела долго, наливаясь малиновым цветом и, наконец, вспыхнула. По небу разлилась сиреневая пена ночных облаков. Лиалин шатающейся неверной походкой упрямо двигался вперёд. Брат и повелители остались далеко позади. Ноги глубоко проваливались в бурый песок. Всюду, куда не кинь взгляд, возвышались лишь безжизненные барханы - ни травинки, ни деревца на много кард вокруг... Почему раньше он не задумывался от чего песок здесь багровый? Лиалин поднял в выгоревшее бесцветное небо глаза, под куполом которого нещадно палило двойное солнце. Надо же... Даже в таком виде Ирий пустовал недолго... Огромное белое облако закрыло солнце, и на землю легла полупрозрачная тень. Лиалин узнал это место - когда-то здесь была голубая дубрава. Тело наполнила грусть, боль и ...Жизнь! Хранитель медленно опустился на колени. Обожженные ладони сжали песок. Сильнее... Сильнее... Сильнее!

И Хранитель застонал - но это был стон оживающей памяти...

И Хранитель закричал - но это был крик возвращающейся Жизни...

Белое сияние хлынуло в небо, буквально взорвав Лиалина тысячью острейшими осколками древней силы... Планета содрогнулась в радостном ликовании. Сотнями лет дремавшая твердь гулко вздохнула, по бескрайним песчаным пустыням прокатилась судорожная волна просыпающегося Ирия. Небо вновь заплакало долгожданными светлыми слезами... Из ниоткуда миллионами пенящихся брызг хлынули моря и как когда-то вновь разбились бурлящими волнами о скалы золотистого гранита у прекрасных Южных Врат. Покрылась высокой тёмно-зелёной травой Северная Долина, и ветер тут же погнал по ней частые волны. Развернули свои трепетные лепестки цветы. Взлетела из травы пока ещё одинокая желто-коричневая бабочка. Окрасилось в незабудковый цвет бездонное небо, и над планетой разлилась первая песня первого соловья...

– Ты?
– удивился Лано, склонившись над бесчувственным телом Лиалина. Его ещё потряхивало от пережитой встряски, когда казалось, что само небо готово вот-вот обрушиться на него, а земля - взорваться под ногами и поглотить без остатка. Сайриейец отлично знал, какая сила погубила эту некогда прекрасную планету, но и в самом фантастическом сне он не мог представить себе силу, способную возродить Ирий к жизни. И лишь, когда они с Ляйвилюнь, спасаясь от стихии, наткнулись на распростертого на ожившей земле Хранителя и нашли в его сжатых ладонях последний багровый песок Аликоса, Лано ужаснулся и восхитился силе юного Целителя.

– Как же ты вырвался от него?
– сайрийец снял с плеч свой плащ и укутал в него продрогшего, но так и не пришедшего в себя Лиалина.

С неба всё ещё тянулись редкие дождевые нити, сверкающие самоцветами в теплых лучах ласкового солнца. Ляйвилюнь уселась рядом, с интересом наблюдая за Хранителем. В животе шевельнулся их Опечик, как ласково называла она будущее дитя. Странно заныла поясница.

– Любимый, я пойду в дом. Прилягу.

Опершись на плечо Лано, девушка поднялась на ноги и, хмурясь от непривычной, накатывающей волнами боли, заторопилась в их скромный, но уютный домик. Все-таки странно встретить росей на Аликосе. Когда они с Лано бежали с Сайрийи, именно Аликос они выбрали своим убежищем, в надежде, что эта мертвая планета надежно укроет их от любого врага.

Сайрийец позвал возлюбленную по имени, но никто ему не отозвался. Плечом толкнув дверь, Лано внес рося в дом и осторожно уложил на широкую надтреснутую лавку у стены. Протяжный стон, больше похожий на вой раздался с кровати. Это кричала, рожая, его возлюбленная.

 Склонившись над росем, Лано отчаянно тряс его за плечи, пытаясь привести в чувство. Но Хранитель лишь безвольно болтался в его руках. Рядом тяжело дышала Ляйвилюнь, то смеясь, то плача от боли. Лано отбросил рося на лежак и кинулся к жене. Роженица подняла на него измученный взгляд и облизала пересохшие губы.

– Потерпи. Милая моя, хорошая. Потерпи. Видишь, как хорошо, что Целитель с нами. Он тебе поможет.
– Лано целовал ее виски, лоб, губы, шею, руки, гладил ее мокрые, разметавшиеся по грязной подушке волосы.

– Лано, ему бы самому кто помог, - всхлипнула девушка, отдыхая между схватками.

– Все у нас будет хорошо. Мы будем жить здесь. У нас уже есть свой домик. А теперь и сад будет, как ты мечтала. Такой, чтоб всегда-всегда цвел, и никогда не превращался в пески. У нас будут еще дети.
– Женщина подняла на него посветлевший взгляд и отрицательно качнула головой, - Еще как будут! Ты будешь такой красивой мамой, а я...

Грохот сверху оборвал его на полуслове, заставив прислушаться. Даже отсюда Лано уловил мрак, исходящий от отца. Невозможно!

– Когда же ты оставишь нас в покое?
– с нескрываемым страхом и гневом в голосе прошептал он.

Лиалин поднял на незнакомца мутный взгляд:

– К..кт.. кто...- речь не подчинялась ему.

Лано откинул с бледного красивого лица черные пряди вьющихся волос и напряженно произнес:

– Я - Лано - первенец Правителя.

– С..сы..

– Да! Сын Варкулы! Хранитель, сюда идет мой отец. Я спасу тебя, если ты спасешь мою жену и ребенка!

– Ты.. п.. про..

– Я не прошу... я умоляю. Лиалин! Это я отравил клинок твоей Леесы! Это я напал на тебя в лазарете.

– Это ты привел Эделя на Каранту и сдержал удар Варкулы, - Хранитель поднял на него внимательный бирюзовый взгляд, словно хотел изучить своего врага. Сжав в кулаках край лавки, Лиалин попытался встать... и не смог.

– Не торопись. Время еще есть... до родов.

Тихо вздохнув, Лин прикрыл глаза. Сквозь полуопущенные веки он видел, как юный сайрийец, порывисто и страстно поцеловав свою женщину в губы, исчез в темном проходе, и потерял сознание.

День разгорался все ярче. Облака только - только окрашенные в розоватые цвета, уже стремительно светлели, а цветы поднимали из-под плотных синих листья свои трепетные головки. Лано хотел было сорвать мохнатый колосок, но передумал, засмотревшись, как тучный шмель перебирает его ворсинки своими мохнатыми лапками. Без сомнения Лиалин - великий Целитель. Оживить целую планету... Ему вот никогда не приходило в голову воспользоваться своим даром для чего-то кроме самообороны да нападений... Впрочем, у него и нет такой силы. Рось должна переполнять гордость. С запада подул теплый свежий ветер, принеся с собой запахи возродившихся лесов. Жить ради великой цели - это ли высшее из благ? Человеческие легкие набрали воздуха, и Лано вдруг впервые подумал, что быть человеком не так уж и плохо. Есть свои преимущества...

– Сын?
– легкое удивление скользнуло в вопросе, нарушив спокойствие засыпающей природы.

Лано обернулся. Ветер растрепал черные кудри, сделав первенца похожим на взъерошенного птенца. Варкула дотронулся до незнакомого лица сына, и в его глаза почти промелькнула любовь... Почти.

– Ты похож на мать, - Правитель отступил на шаг, словно желал взглянуть на него в полный рост.

– Отец, - севшим голосом произнес Лано, машинально сжав в ладони, висевший на груди оберег.

– Судя по цвету ауры, ты связался с Целителем, - Варкула больно схватил сына за горло и брезгливо отшвырнул в сторону.
– Зря пошел против меня, мальчик.

Темный Правитель медленно осмотрелся, будто обнюхивался, и вдруг уверенной походкой направился к скрытому входу землянки. Мощный толчок повалил его на землю, вдавив лицом в подножную грязь.

– Ты туда не войдешь!
– Лано прижал отца к выступающему из-под земли корню расщепленного молнией дерева, не давая тому пошевелиться.