Те, кто убивает
Шрифт:
Итак, они были здесь...
За рулем снова сидел Чак, но на этот раз Джо не был начеку. Зои заняла это место, а Джо устроился рядом с Эмили на среднем сиденье. Его голова лежала у нее на плече, и он слегка похрапывал. Зои взглянула в зеркало заднего вида и быстро перевела взгляд обратно в окно со своей стороны. Эмили все еще смотрела на нее. Она была зла на то, как Зои обошлась с ней этим утром. Зои старалась держаться от нее подальше, когда это было возможно, и игнорировала ее неоднократные попытки завязать разговор.
Конечно, в глубине души Эмили, должно быть, ожидала этого. То, чем они занимались ночью, было забавным, но при свете дня воспоминания вызывали смущение. Зои не была ханжой. Ей нравилось, когда в спальне было что-то необычное. Но то, что она сделала с Эмили и Джо, было чем-то большим. Это не был обычный секс втроем. Она чувствовала себя шлюхой и извращенкой, и она просто не могла смириться с этим прямо сейчас, особенно сейчас, когда ее дремлющие чувства к Чаку, казалось, пробудились к жизни. И это чертовски сбивало с толку. Было заманчиво списать это на чувство вины. Но за этим стояло нечто большее. Возможно, что-то долгосрочное, а может, и нет. В любом случае, по крайней мере, на данный момент они с Чаком снова были вместе.
Она увидела свое слабое отражение в окне. Легкая, сдержанная улыбка тронула уголки ее губ. Она думала о тех моментах в ванной после ухода Анна-Лизы, о том, как эти заботливые объятия превратились в нечто более страстное. Она одернула воротник рубашки, чувствуя, как ей становится немного жарко при воспоминании о том, как Чак проникал в нее сзади, а она оперлась руками о край раковины и смотрела, как он делает это с ней в зеркале.
Она взглянула на него и улыбнулась.
– Зои.
Дерьмо.
Зои вздохнула и снова посмотрела в окно.
– Зои.
– Что?
– Вся эта хрень с игнором чертовски раздражает. Что с тобой не так?
Зои пожала плечами и покачала головой.
– Не понимаю, о чем ты говоришь.
– Черта с два, ты не понимаешь.
Чак бросил на нее озадаченный взгляд.
Зои снова покачала головой и закатила глаза.
Она повернулась на своем сиденье и посмотрела через плечо на Эмили:
– Послушай, прекрати нести эту чушь, как королевa драмы. Я просто устала. Хорошо?
– oна выдавила из себя слабую улыбку для своей подруги.
– Долгая ночь и почти не спала, - oна демонстративно зевнула и застонала.
– Господи, ты, должно быть, усталa так же, как и я.
– Я, блядь, не сплю.
Зои снова зевнула, и на этот раз в этом не было ничего притворного. Она действительно устала. И у нее болела голова, и это спорам с Эмили ничуть не помогало. Она просто хотела, чтобы какое-то время все было тихо. Разве она слишком многого просила?
– Пошла ты, Зои.
Зои вздрогнула.
– Что?
Эмили теперь улыбалась.
– Tы меня слышала.
Анна-Лиза вздохнула на заднем сиденье.
– Ребята... давайте... мы почти на месте.
Натянутая улыбка Эмили осталась на месте.
– Эй, я просто пошутилa. Я просто чертовски усталa. Вы должны меня извинить. Я не в своем уме и все такое.
Зои не стала утруждать себя ответом на это. Ситуация была достаточно щекотливой. Пришло время взять ситуацию под контроль.
– Эмили, мне жаль. Я серьезно. Это было странное и хреновое утро, я думаю, ты согласишься, но я не должна была вести себя с тобой как стерва. Ты можешь, пожалуйста, простить меня?
Мгновение спустя Эмили пристально посмотрела на нее, а затем отвела взгляд.
– Неважно.
Зои была довольна. Она не то, чтобы приняла извинения, но резкости в ее голосе больше не было. На данный момент она решила оставить все как есть, и этого было достаточно.
Она отвернулась от Эмили, вжалась в сиденье и положила босые ноги на приборную доску. Некоторое время спустя ее внимание привлек зеленый дорожный знак:
Миртл-Бич, 51 миля[12].
Почти приехали...
Почувствовав облегчение, она закрыла глаза и начала погружаться в сон.
ГЛАВА 23
23 Mарта
Роб сидел, ссутулившись, на пассажирском сиденье, глядя в окно на проплывающий мимо пейзаж, но на самом деле не видя его. Они ехали в тишине по шоссе больше часа. Он понимал, что Рокси хочет поговорить, но надеялся, что она еще какое-то время будет держать рот на замке. Он боялся ее больше, чем когда-либо, и не знал, что сказать. Инцидент в лесу изменил их отношения. Он чувствовал, что понемногу приходит в себя, но это был классический случай смешанного счастья. Он стал видеть вещи более ясно, в том числе и то, каким же дураком он был. Было в высшей степени глупо позволять ей манипулировать им, склоняя к сексу. Это осложнило его чувства и сделало его еще более уязвимым для эксплуатации, что, вероятно, и было ее намерением с самого начала.
И он купился на это.
Гребаный идиот.
– Эй, придурок.
Роб поморщился.
– Что?
– Значит, ты признаешь, что ты мудак?
– Да.
Она рассмеялась.
– По крайней мере, ты признаешь это. Все в порядке. Я тоже мудачка.
– Я знаю.
– А еще я часто бываю стервой и настоящей пиздой.
– Ага.
Она ударила его в плечо. Сильно.
Он посмотрел на нее, нахмурившись.
– Это было больно.
– Xорошо.
Роб выпрямился на своем сиденье и повернулся к ней.
– Хорошо?
– Ага.
Он покачал головой.
– Прошлой ночью ты сказалa, что я тебе нравлюсь.
Она улыбнулась.
– И что же?
– Ты это серьезно?
Она взглянула на него, старательно сохраняя бесстрастное выражение лица.
– Да.
– О'кей. Так что... если ты это серьезно, если ты не лжешь... почему ты хочешь причинить мне боль? Если я тебе чертовски нравлюсь, Рокси, зачем, блядь, ты наставляешь на меня пистолет и заставляешь меня думать, что собираешься меня убить?
Она фыркнула от смеха.
– Это, блядь, совсем не смешно.
Она еще немного посмеялась и покачала головой.
– Ты бы только посмотрел на выражение своего лица. Такое серьезное.
Он впился в нее взглядом.
– Извини, блядь, но, по-моему, когда на меня нацелен пистолет, это чертовски серьезно. Может быть, я просто странный.
– Ты определенно странный.
– Может быть. И ты все еще не ответилa на мой вопрос.
Это было странно. Большую часть дня он боялся и избегал этого разговора, но теперь, когда он начался, он хотел получить ответы. Прямые, честные ответы.