Театр кукол
Шрифт:
– Это и есть основная проблема, моя королева. Вы же знаете, что основу гномийского алхимического состава образует особым способом обработанные волокна эламского хлопка. Поэтому он так дорог, а огнестрельное оружие не получило большого распространения в мире. Но в этот раз я зарядил вместо него то, что придумал один жрец в северном Карнатаке. 'Прах'. Смесь серы, селитры и угля.
– Отвратительно! Переработанная моча и трупы растений! Я надеюсь, секрет этого зелья не успел разойтись далеко?
– Нет, моя королева. Жрец уже мертв. Его записи сожжены.
– Прекрасно. Однако, этот 'прах' могут открыть вновь, например, в Таире. Лесная стража должна иметь в арсеналах это зелье для своих нужд, на этот случай. И запас огнестрельного оружия, – сказала Викториэль, – Как же, интересно, гномы не додумались до столь простого состава до сих пор…
– Они слишком погрязли в сложных алхимических науках, чтобы прийти к такому элементарному решению, – ответил Дизраэли.
– Кстати, об алхимии. Вы выяснили, что происходит в той лаборатории в северном Карнатаке?
– Пока нет, моя госпожа. Но это однозначно, что-то чрезвычайно важное. Не даром имперцы и гномы предприняли беспрецедентные меры безопасности. Не волнуйтесь, ваше величество, в ближайшее время мы все узнаем. Сейчас, чтобы остановить исследования, мои люди работают в Остгарде. Очередной конвой с адамантием будет задержан.
– Я полагаюсь на вас, мой рыцарь… – ладонь королевы скользнула по кисти главы лесной стражи. Большего в присутствии придворных они позволить себе не могли. Конечно, все всё знали. Отношения королевы и фаворита были секретом Полишинеля. Но приличия и этикет на людях надо соблюдать!
– И, наконец, известие, от нашего лучшего агента в герцогстве. Адлер пишет, что посланцы Энлиля решили поднять восстание против власти кайзера Гора.
– Прекрасно!
– Не совсем, моя королева. Их интересы лишь частично совпадают с нашими. Они организуют народное восстание, но не узурпацию власти. С великим герцогом их связывает лишь временное совпадение интересов.
– Лучше бы Майнард сразу призвал владыку преисподней, чем предпринимал эти попытки контролировать бессмысленный и беспощадный таирский бунт… Что же… Посланцы истинного бога как всегда несут лишь хаос и разрушение всему. Дизраэли, я убеждаюсь все больше в своем решении не вмешиваться до поры.
Дизраэли склонил голову, соглашаясь с мудрым решение королевы.
– Как, кстати, поживает наш царственный кузен, кайзер Гор? – спросила она после паузы.
– Прискорбно, но наш разведчик погиб вместе со всем ковеном сестры Ино. Она не удержалась, и напала на императора на его обратном пути из упокоенного некрополя Кутал-лу. Судя по всему, его величество смог пробудить Гильгамеша и заставил его навести порядок. Одно можно утверждать точно, кайзер жив.
– Он умен, Гор, и мудр. Как жаль, что интересы наших держав часто не совпадают…
Королева отпила из бокала с вином и грустно вздохнула. До ночи, когда они с Дизраэли наконец смогут перестать сдерживаться, было еще далеко.
Глава 4 – Остгард
Ирэн и Лоренц стояли на вершине сопки, покрытой прошлогодней сухой травой. У ее подножья был пляж, а чуть дальше било свои свинцовые волны о берег холодное северное море.
– Какой он огромный! – воскликнула Ирэн, глядя на флагман восточного флота империи 'Крон-принц Петер I Фридрихсбургский', стоявший на рейде, самый мощный корабль в мире, способный в одиночку пустить на дно целую эскадру.
Это не было преувеличением. Между гребными колесами и пирамидальной уступчатой надстройкой в центре корпуса, находилось самое совершенное оружие современности – гномийские ракеты 'Пирит', способные доставить пару тонн алхимического состава на расстояние в десяток лиг. Достаточное количество, чтобы превратить в обломки любой известный корабль. На их фоне несколько пушек, расположенных на поворачивающихся платформах на носу и корме, казались бесполезными хлопушками.
Система 'Эгида', разработанная эллонийскими мастерами артифакторики, управлялась лучшими прорицателями. Она позволяла наводить ракеты на цели за горизонтом, а комплекс защитных чар, наложенных на боеголовку, мог преодолеть любую магическую защиту.
В сумерках было видно, как мерцают искры в воздухе вокруг корабля и играют огни святого Эльма на мачтах и трубах. В небе кружили разведчики на пегасах.
– А где паруса? Их убрали пока он на стоянке? – спросила Ирэн Лоренца.
– Нет Ирэн. Это корабль приводится в движение гномийскими паровыми машинами. Это вершина инженерной мысли Таирской империи.
Лоренц тоже залюбовался железным воплощением мощи рейха. Но чем дальше он перебирал в памяти крупные морские сражения, тем больше мрачнел. Ни в одной из великих битв 'Петер I' поучаствовать не успел.
Тяжелый бронированный и неповоротливый этот броненосец просто-напросто не успел ни на одно крупное столкновение. Юркие примитивные нальфгары нежити и 'морские призраки' дроу просто уклонялись от встреч с ним, искусно маневрируя. А в конце войны ему вообще оставалось только прятаться в портах. Потеряв почти все свои боевые корабли в сражении с флотом ее величества королевы лета Викториэль, Хэсс не сдался, и нашел достойный ответ эскадрам эльфийских крейсеров.
Год спустя после поражения у берегов Доминиона в море появились киты-зомби. Их звуковые удары могли нанести непоправимый вред любому кораблю союза светлых сил. И Петер I был назначен целью номер один. Средства противодействия этой угрозе появились только в последние пару лет войны, и до тех пор флагман берегли как зеницу ока на особо охраняемых флотских базах.
Напрямую до Остгарда оставалось не много, лига-полторы от силы. С высоты были видны пестрые гранитные бастионы крепости и высокий позолоченный шпиль адмиралтейства. Вокруг города зеленели брусничные рощи и обширные клюквенники. У причалов виднелось множество кораблей, военных и торговых.
Регулярную паромную переправу за все полтора века с постройки города организовать так никто и не собрался. Большая часть снабжения Остгарда шла по морю из Вестланна и с востока, через земли Союза Гномийских Кланов. Военно-остгардская дорога, идущая через Ангельт и Цвикау, особой популярностью среди купцов не пользовалась. Им предстояло обогнуть залив по берегу, чтобы добраться до северной жемчужины в короне Таирской империи. Самому молодому и самому северному городу в рейхе.
Шестидесятые годы тридцатьдевятого века от возрождения, когда был заложен Остгард, были смутным временем для Таирского Союза. Именно тогда Тлейклелья в одиночку начал войну с Эльфийским Королевством и Доминионом, а будущий дингир-са Хэсс, впервые заявил о себе в Ки-эн-ги, поставив под сомнение власть совета личей.
Впрочем, для Таирского Союза, рыхлой конфедерации княжеств, королевств, республик и других государственных образований, все времена были смутными. Грызня за власть не прекращалась ни на мгновение.