Тебе некуда бежать
Шрифт:
Я издаю писклявый выдох, ожидая болезненного вторжения. И следом тут же срывается мой изумлённый вздох. Его губы на удивление мягкие. Теплые. Влажные. Они не причиняют боль.
Он целует меня. По-настоящему...
Мое тело вмиг напрягается.
— Расслабь губы, — хрипло командует мне в рот, и я бессознательно повинуюсь. Он тут же захватывает мои губы в плен, влажно проталкиваясь внутрь.
У меня перехватывает дыхание. Я чувствую горький привкус алкоголя и язык, властно хозяйствующий в моем рту.
Он быстро входит во вкус. Из его груди слетает стон.
Мужские руки крепко смыкаются на моей талии и рывком притягивают ближе. Ладонь накрывает мою грудь и это бьёт по мне невидимым хлыстом.
Я резко разрываю поцелуй, пулей отлетая от него на другой конец кровати. Вжимаюсь спиной в спинку, как загнанный зверь. Тяжело дышу, вздымая грудную клетку. Мое сердце бьётся на вылет, дыхание наперегонки с пульсом.
Он смотрит на меня. Неотрывно. Долго. Затем сжимает губы. Недовольно.
Я ожидаю, что он разозлится, но вместо этого происходит другое.
— Что ж ты такая пугливая?
В его голосе неподдельный вопрос.
Я молчу. Опускаю глаза. Смыкаю руки на коленках, защитно обнимая себя.
— Иди сюда, — тон его голоса снова твердеет.
Себастьян вытягивает руки, и я безропотно вкладываю ладони в его.
Ослушаться не смею.
Он тянет меня к себе, помогая перебраться к нему на колени. Накрывает ладонью челюсть и, помедлив, притягивает к себе.
Он снова целует меня.
На этот раз его губы ещё мягче.
И я отвечаю. Сама в шоке от того, что делаю. Я несмело подношу ладонь к колючей щеке. Скольжу дальше. Зарываюсь пальцами в жёсткий ёжик волос.
Кажется, это заводит его ещё больше. Я это ощущаю. Он вдруг перехватывает меня и усаживает лицом к себе. А затем снова целует. Жёстче. Сильнее. Я чувствую наростающую твердость у него между ног...
В голове звенит тревожный колокольчик. Его рука плавно сдвигается по моему животу. Забирается под одежду. Он лезет рукой в штаны, резко накрывая лобок. Это словно ударяет по мне кипятком.
Я рывком отталкиваю его, пулей отлетая от него на пару метров.
— Не надо, нет!
Он падает в ступор. Теряется. На миг.
Я впервые вижу его таким.
Я смотрю на него, дыша в полную грудь. Его волосы взъерошенные моими пальцами, зрачки расширены, в глазах странный блеск.
Мое сердце стучит всё быстрее, под ногами теряется твердость.
Что-то в его выражении меняется. Теперь он смотрит недоверчиво. Затем прищуривается. Хищно.
— Ладно, — низким баритоном проговаривает он. Поднимается. По телу трусливо бегут мурашки. — На сегодня достаточно.
Подхватывает пиджак, брошенный на край кровати, и запинается на полпути, словно о чем-то забыл. Он поворачивает ко мне лицо и смотрит. Пронзительно так, до глубины души.
Я сглатываю ком. В груди что-то крепко сжимается.
Он встряхивает головой, проводит пальцами по волосам. Бросает последний взгляд и уходит с болтающимся в руке пиджаком.
24
Я просыпаюсь от стука в дверь. Он вторгается в сон неожиданно, словно вылитый на лицо стакан ледяной воды.
Пару секунд уходит на осознание.
Делаю вдох-выдох.
Вяло сажусь на кровати.
— Да, — негромко произношу.
Дверь осторожно открывается. На пороге улыбчивая горничная. Кто бы сомневался.
— Доброе утро, мисс. Вы уже проснулись?
По-моему, это и так очевидно. Хотя я была бы не против проваляться в кровати ещё лишнюю пару тройку часов.
— В чем дело? — напрягаюсь, вспоминая вчерашний день. — Мне опять нужно куда-то ехать?
— Нет, мисс, — отрицательно мотает головой. — Хозяин хочет вас видеть.
Хозяин. В памяти воскрешается последняя ночь.
Мое сердце ухает куда-то в живот. Нет, ещё ниже.
— Он разве ещё не уехал? — задушенно спрашиваю.
— Нет, ждёт вас.
Ждёт вас. Меня. В горле мгновенно пересыхает.
По телу крупными горошинами бежит дрожь. Уверена, это связано с прошлой ночью. Я помню его недовольство, когда я включала заднюю. Не специально. Правда. Так получилось.
Мне становится страшно.
Он собирается меня наказать?
— Я поняла, мне нужно десять минут, — глухо сообщаю.
Горничная кивает и удаляется, тактично прикрыв дверь.
На сборы уходит гораздо меньше. Я просто накидываю на пижамную майку кофту, расчесываю волосы и выхожу.
Не в ванную, сразу к нему.
Коридор пустой, как обычно.
Останавливаюсь. Закидываю кулак вверх, застывая в секунде от стука. На миг ступорюсь, а затем осторожно стучу.
— Да, — раздается приглушённое по ту сторону двери.
Я сглатываю. Звук его голоса стрелой пробегает по телу. Прикрываю глаза на миг. Резко толкаю дверь и захожу.
25
Я вздрагиваю.
И застываю тут же.
Он не сидит за рабочим столом, как я ожидала.
Он стоит впереди, опираясь поясницей на его край.
На нем темно-синий костюм. Рубашка белая, галстук на тон светлее. Коричневый ремень. Кожаный. Одежда идеально сидит на стройном мужском теле.
Его руки скрещены на груди. Кулак озадаченно прижат к губам.
Я не вижу перед собой ничего, кроме обжигающе-холодного взгляда карих глаз, устремленных прямо на меня.
Только на этот раз они холоднее. Жёстче. В них подозрительное недоверие, покрытое ледяной пленкой. Не понимаю.
— Доброе утро, — проговариваю я. Чувствую себя неловко. Мой голос все ещё хриплый от сна.
— Доброе, — Себастьян убирает кулак от лица. Взгляд не меняет. — Как ты себя чувствуешь?
Если я и удивляюсь этому вопросу, то виду не подаю.
— Нормально, — киваю.
Себастьян не отвечает. Коротко поджимает губы.
Что-то не так. Я это понимаю.
Он отталкивается от стола и обходит его.