Чтение онлайн

— Да я выпил всего пару рюмок, Клэр, — начал оправдываться Рэнд. — По необходимости. Иначе я был бы вроде волка в курятнике. Кстати, узнал немало полезного. А что касается пуговиц, — заключил он тихим угрожающим тоном, — единственные пуговицы, которые я хотел бы расстегнуть, это твои, Клэр.

— Ты… ты сошел с ума! — выдохнула она, и снова от его слов ей стало не по себе, она ощутила странную слабость в коленях.

— Может быть. — Его лицо помрачнело, в голосе слышалась боль от слишком долгого ожидания. — Но если я и рехнулся, то из-за тебя. Шесть лет сожалений, одиночества, скитаний и желания, настолько сильного, что, кажется, оно прожгло дырку в моем сердце. Все это способно здорово пообтесать мужчину. И мужчина может решиться на то, чтобы воспользоваться еще одним шансом, который дает сама судьба. — Он подошел к ней и обеими руками взял повыше локтей.

— Нет! — она вскинула руки, желая оттолкнуть его. — Никакого еще одного шанса! Ты не можешь изменить прошлое! Ты не можешь вот так просто…

— Прошлое уже стало частью нас. Я беспокоюсь сейчас о будущем. О твоем и моем.

— У нас нет будущего. И никогда не было. Ты убил всякую надежду той ночью, когда сбежал от меня. Если я была небезразлична тебе, нужна тебе, ты не смог бы так поступить и нарушить данные мне обещания.

— Ты мне была нужна. Больше чем кто-либо на свете. Но никаких обещаний я не давал, — возразил он. Его взгляд стал подобен расплавленной стали, которая как бы вливалась в ее глаза. Внезапно он притянул ее к себе. Клэр вскрикнула. — Черт побери, Клэр, — сказал он, его красивое лицо стало угрожающим. — Ты солгала своему отцу. Ты заманила меня в брак, как в ловушку. Может быть, я вел себя так, что ты поверила в мою готовность жениться. Может быть, я заслуживал наказания за то, что воспользовался твоей невинностью тогда в сарае. Но, ни одному мужчине не нравится, когда его принуждают к чему-то. Особенно если толкают на что-то столь постоянное, как семья. Если бы ты только…

— Если бы я только что? — с горечью перебила его Клэр, чувствуя, как щемит сердце, и ругая себя за это. — Сказала ему правду? Да, я должна была сказать правду. И наверняка с моей стороны неправильно было позволить ему поверить в самое плохое. Ты это хотел услышать? Я должна была ему сказать и избавить себя от унижения на прошедшие шесть лет. Я была молода и влюбленна, или, во всяком случае, думала, что влюблена. Ты меня преследовал даже во сне. Так что и ты во многом виноват в случившемся, Рэнд Логан. Нет, видит Бог, ты даже большевиноват, — поправилась она, с упреком глядя на него. — Ты был такой самоуверенный, не сомневался, что получишь все, что захочешь. Ты и сейчас такой же.

— Думаешь, я не изменился? — Он слегка улыбнулся.

— Нет.

Испуганная выражением его глаз и собственным легкомыслием, Клэр возвела глаза к потолку и прошипела:

— А теперь убери свои руки. Сэди и Хармони могут услышать…

— Ну и пусть.

С нетерпением, от которого у нее снова перехватило дыхание, он еще теснее прижал ее к себе, наклонился и впился чувственными, горячими губами в ее губы.

Она боролась, яростно сопротивлялась его объятиям, но тело предало ее… Рэнд Логан, не обращая внимания на протесты Клэр, обнял ее еще крепче. Она вздрогнула, когда он вдавил ее в свое жаждущее, готовое для любви тело. Губы требовательно завладели ее губами, его язык ворочался у нее во рту, а она все еще пыталась, но совершенно бесполезно, вырваться.

Он целовал ее властно, страсть кипела и бушевала в обоих, но Клэр упорно продолжала сопротивляться. Внезапно Рэнд Логан подхватил ее на руки, опустился на край стола и усадил Клэр к себе на колени.

Раздался мощный удар грома, но Клэр даже не вздрогнула. Порывы ветра бушевали и ревели, дождь с новой силой замолотил по крыше. Но буря за окном была лишь слабым отражением той стихии, которая бушевала у нее в душе.

Клэр вырывалась, но силы быстро таяли в крепких объятиях Рэнда. Одной рукой он обнял ее за плечи, а другой, обхватив за колени, прижал к себе.

«Я проиграла», — с бешено бьющимся сердцем подумала она. И закрыла глаза. А его губы не отрывались от ее губ.

Сладкая истома охватила Клэр, голова закружилась, руки невольно поползли вверх и обхватили Рэнда за шею. Сдаваясь неизбежному, она ответила на поцелуй со всем желанием, пробудившимся в ней еще шесть лет назад. Страсть, в которой она отказывала себе с тех пор, с ночи его бегства, проснулась.

Время остановилось. Ей снова восемнадцать. Они украдкой ловят мгновения своих уединенных свиданий в сарае…

— Рэнд…

Он потянул поясок ее пеньюара, рука скользнула к ягодицам. Прикосновение пламенем обожгло тело Клэр даже сквозь тонкую ткань ночной рубашки. Бедра сами собой неожиданно бесконтрольно стали тереться о его тело. Рука Рэнда оказалась на ее груди. Пальцы ласкали белую нежнейшую плоть, отчего чувственность Клэр пришла в дикое смятение.

Вдруг он оторвал от нее губы, она прерывисто вздохнула, а он стал осыпать поцелуями ее лицо. Потом губы Рэнда спустились к шее, замерли на бьющейся жилке, словно прислушиваясь. Его пальцы быстро и ловко расстегнули ряд перламутровых пуговиц на ночной рубашке, раздвинули ткань. Горящий взгляд Рэнда замер, не в силах оторваться от открывшейся ему красоты.

Клэр вскрикнула, когда прохладный воздух коснулся ее нагого тела, ресницы взметнулись, она попыталась протестовать, но слабо и безуспешно. Рэнд еще плотнее стиснул ее в объятиях, наклонился и губами прижался к ее обнаженной груди.

Закрыв глаза, она гортанно застонала, ее пальцы погрузились во влажные густые волосы Рэнда. Клэр прикусила нижнюю губу, выгнула спину, а он продолжал играть розовыми сосками, его горячий язык лизал, целовал, губы ласкали…

Рука Рэнда снова оказалась на бедрах Клэр. Он поднял подол ее рубашки. Клэр была без панталон, она снова вскрикнула, лицо запылало, когда его пальцы стали гладить оголенные упругие округлости. Тоже застонав, он впился в нее губами.

Казалось, невозможно, но этот поцелуй был еще более отравляющим, чем первый. Губы Клэр открылись, они как бы приветствовали завоевателя. Внезапно ее охватил гнев, когда рука Рэнда вдруг замерла у нее между ног. Глаза Клэр широко раскрылись. Даже шесть лет назад он не осмеливался прикасаться к томуместу.

Но сейчас он это делал. Пальцы Рэнда ласкали кудрявый треугольник, играли влажной бархатистой плотью.

Сердце Клэр дико забилось, она задрожала и заерзала. Подобная ласка казалась ей ужасно порочной, шокирующей, но такой приятной, что она едва не потеряла сознание. Клэр вцепилась Рэнду в плечи, разум боролся с чувствами, она еще могла соображать и понимала, что должна остановить это сумасшествие. Иначе после она станет презирать себя. Но, Клэр могла бы поклясться небесами, никогда и ничего более приятного она не испытывала…

Несмотря на жар и доводящее до боли желание, Рэнд заметил смущение Клэр. Он поднял голову и прижался губами к ее уху.

— Я люблю тебя, Клэр, — прохрипел он.

Реакция оказалась неожиданной. Совсем не такой, на какую он надеялся.

Для Клэр его слова явились мучительным и болезненным напоминанием о предательстве. Ей и в голову не приходило, что он способен говорить правду. Нет, ему нельзя верить. Шесть лет назад Логан уже признавался ей в любви. И шесть лет назад он на кусочки разбил ее сердце и развеял по ветру ее мечты.

— Нет! — задыхаясь крикнула она и сползла с его колен так неожиданно, что он оказался застигнутым врасплох. Она отступила к раковине, вцепившись пальцами в ворот рубашки, закрывая грудь. Глаза Клэр сверкали, золотые волосы упали на лицо, рассыпались по плечам. Она прошипела сквозь зубы: — Нет, пропади ты пропадом! Я не позволю тебе снова обойтись со мной, как тогда! Тогда ты меня обманул. Но сейчас ничего не выйдет! И никогда больше!

— Клэр…

— Убирайся! Убирайся или, видит Бог, я закричу, и все сбегутся!