Чтение онлайн

Правда, признаки эти с течением времени видоизменяются. Например, в наши дни серьги в ушах уже не являются принадлежностью только женщин, а брюки — мужчин. А вот церковные облачения не меняются веками.

О человеке и его материальном положении говорят и украшения. Однако журналист должен всегда учитывать не только персональные характеристики, но и тенденции моды. Например, еще совсем недавно считалось не очень приличным носить много золотых украшений, но сегодня в определенных кругах это — знак престижа. Стиль, количество украшений зависят и от места проживания. Так, в южных регионах страны принято носить более пышные наряды и много золотых украшений, даже на зубы надеваются специальные золотые фиксы.

Как видим, одежда и другие атрибуты не менее важный элемент коммуникации, чем жесты, мимика, походка. Журналист должен учитывать это в своей практике и стараться выглядеть так, чтобы это не мешало целям общения. Понятно, что одеваться надо современно, но при этом уметь соответствовать возрастному и социальному положению своего собеседника, исключить возможные внешние раздражители. Например, не следует, как уже говорилось, надевать строгий деловой костюм для встречи с художником, короткую юбку — для визита в семинарию или являться в вечернем туалете на пресс-конференцию и т. д.

Существует общепринятый нейтральный стиль в одежде, который подходит для делового общения. Он годится и журналисту на разные случаи жизни. Приведем советы, касающиеся одежды для делового общения.

Мужчинам:

• не надевать костюм черного цвета, который слишком официален, к тому же черный цвет вызывает недоверие. Не стоит надевать и костюмы ярких цветов — предпочтительны темно-синий и серый;

• цвет рубашки не белый (слишком маркий и торжественный, а голубой, можно в полоску);

• галстук, наоборот, лучше подбирать насыщенных тонов, темно-вишневый например;

• борода и усы должны быть ухожены.

Женщинам:

• лучший стиль одежды для делового общения — жакет и юбка;

• цветовая гамма: светлый верх, темный низ;

• юбка не должна быть слишком короткой;

• желательно не надевать чисто белые блузки (можно только под жакет);

• свести к минимуму макияж и драгоценности;

• быть аккуратно причесанной.

Конечно, такая «буржуазная» модель внешности не всегда подходит журналисту. Например, в пиджаке и галстуке он будет выглядеть смешно перед камерой на спортивных состязаниях. В таких условиях естественнее смотрится удобная спортивная одежда. Для поездки на войну стоит выбрать совсем иную одежду.

Вот что об этом говорил военный корреспондент газеты «Московские новости» Валерий Батуев: «Не надо брать тулупы, чемоданы — надо быть мобильным, и не надо ехать туда в камуфляже, как это сегодня делают российские телевизионщики. Вас могут принять за военного и обеспечить вражеской пулей». Если дело происходит в Чечне, там «мужчинам нельзя ходить в шортах, а девушкам-журналистам — в мини-юбке. Кстати, не надевайте и очень яркие одежды, чтобы не привлекать внимания, скажем, людей, делающих бизнес на похищении журналистов»4.

А вот еще пример, подтверждающий, что имидж журналиста складывается под воздействием более серьезных социально-политических процессов. Так выглядел репортер времен перестройки и гласности. Этот эпатирующий образ сложился в пику аппаратным пиджакам номенклатурных чиновников:

«Мы знакомились на путчах, встречались на съездах и заводили романы на фоне кремлевских стен. Мы прибежали в этот странный пиджачно-серый мир большой политики длинноволосыми мальчишками в заношенных свитерах и девочками в коротких юбочках, вызвав у наших будущих ньюсмейкеров шок: «В таком виде в Верховный Совет!» Как контрастировал с аппаратными пиджаками в Грановитой и прочих палатах единственный свитер еще не ставшего главным редактором «Эха Москвы» Леши Бенедиктова; на супермини тогдашней примы еще тогдашних «Московских новостей» Оли Бычковой, если верить журналистским апокрифам, на одном из съездов бурно прореагировал сам Горбачев, а вечно сколотый заколкой длинный хвост Вики Куцылло не изменил даже нынешний статус зам редактора журнала «Коммерсантъ-Власть»5.

Курение. Проблема с курением чаще всего возникает тогда, когда в беседу включен курящий журналист и некурящий собеседник. Обратная ситуация не так критична, потому что журналист должен терпеть и ни в коем случае не показывать свое неудовольствие, даже если он «на дух» не переносит дыма. Однако такие ситуации возникают не так уж часто, потому что, к сожалению, по большей части журналистские коллективы состоят почти сплошь из курящих.

Есть несколько незыблемых правил курения, которым журналист должен следовать:

• во время беседы он никогда не закуривает первым, даже если находится на «своей» территории, в редакции;

• журналисту даже не следует спрашивать разрешения на курение. Такой вопрос может поставить в неловкое положение собеседника, который, чтобы не показаться негостеприимным, может постесняться вам в этом отказать;

• журналист не должен закуривать до тех пор, пока не станет очевидным, что ваш собеседник — тоже человек курящий.

Границы территории. Люди очень чувствительны, когда кто-нибудь пытается разрушить их персональный мир или вторгается на их территорию. Они окружают себя невидимой буферной зоной и держатся от незнакомцев на определенном расстоянии. Чувство дискомфорта, например, возникает у любого человека, когда к нему слишком приближаются «чужаки»; когда приходится сталкиваться с незнакомыми предметами, неизученными территориями или предметами, находящимися вне знакомых границ. Репортеры могут, сами того не желая, нарушить этот мир персональных границ и тем самым причинить боль и неудобство партнеру. Как избежать таких ситуаций?

• Не следует приближаться к незнакомому человеку ближе чем на 0,6–1 м. Это предел дистанции между незнакомыми людьми, который считается наиболее приемлемым для людей, воспитанных в стандартах европейской культуры. Меньшее расстояние сигнализирует о близких, более интимных отношениях. Журналисту поэтому нежелательно прикасаться, даже ненамеренно, к телу другого человека.

• Не рекомендуется также трогать личные вещи собеседника. Например, близко рассматривать фотографию в рамке или брать без приглашения с полки книгу, это может быть расценено как вторжение на чужую «территорию». Даже если журналисту нужно освободить на столе место для диктофона, желательно спросить у хозяина разрешение.

• На чужой территории нельзя позволять себе вольности. Подождите в дверях, прежде чем вас пригласят пройти в комнату, спросите разрешения сесть, не разваливайтесь в кресле.

Дистанция между людьми нередко служит орудием демонстрации силы. Существует даже выражение «держать на расстоянии». Наглядным примером такого поведения могут служить сцены ожидания в приемной высокого начальника. Заставлять ждать посетителя, в том числе журналиста, «не пущать» его подолгу в кабинет — это верный признак контроля над доступом к информации, признак того, что в стратегические цели начальника общение с журналистом не входит.

Некоторые корпоративные учреждения организуют даже специальные препятствия для визитеров, направляющихся в службы, где сосредоточены основные информационные источники, — стойку в лобби, пропускную систему, длинные коридоры. Это, по мнению корпоративных менеджеров, придает таким службам ореол особой важности, недоступности.

Не менее важное значение чиновники придают выделению места для визитеров. Например, приглашение занять место напротив рабочего стола означает деловое взаимодействие; сесть на диван или в мягкое кресло — доверительный, интимный разговор; предложение разместиться за журнальным столиком для посетителей у входа в кабинет — короткую беседу на малозначимые темы. Туда-то по большей части и усаживают не очень желанных журналистов.