Чтение онлайн

— Ночью в казарме, когда я спала, на меня попытались напасть несколько человек, — она все-таки закончила предложение, чтобы убедить саму себя — это больше не вызывает в ней страх, этот эпизод из прошлого больше ничего не значит…

Слова Лайтнинг тут же заставили Ноктиса пожалеть о собственном неуместном тоне. Злился он вовсе не на Клэр. Он ведь давно подозревал, что в этой чертовой академии произошло то, что искалечило её. Сколько ей было на первом курсе… Тринадцать?

— Они что-то сделали тебе? — глухо спросил Ноктис.

— Не успели, — сквозь злую улыбку проговорила Лайтнинг. Голос её стал чище, будто спазм отпустил связки, а говорить стало легче. — В первый раз их кто-то спугнул.

— В первый? — спросил Ноктис и непроизвольно сдавил девушку крепче.

— Во второй у меня был под подушкой нож, — призналась Лайтнинг, пытаясь выпутаться из душных объятий принца. — В третий тоже. Так во мне проснулись способности интуита. И нападать на меня даже во сне стало опасно, — когда Лайтнинг наконец это сказала, неожиданно стало легче. Будто она действительно отпустила всё. А ещё она поняла, что ей не стыдно рассказывать эту историю Ноктису. Это монета, которой Лайтнинг запоздало заплатила ему за тайну об адском огне из детства. Теперь-то они были квиты — секрет за секрет.

Лайтнинг сейчас с легкость приняла бы его омерзение. В душе Фэррон ненавидела себя за то, что тогда с ней происходило, как ненавидят увечья своего тела и надругательство над ним. Но Ноктис не отстранился, он даже не думал её отпускать.

— Спи спокойно. Я рядом, — сказал Кэлум тихо. Он больше не целовал, но и не разжимал объятий.

Лайтнинг долго лежала в темноте, привыкая к теплу чужого тела рядом. К дыханию, что шевелило её волосы. К тяжести его руки. К навязанной опеке. Мысли путались, но всё же сон утянул её. Она задремала, впервые доверяя и не противясь защите Ноктиса.

***

Ноктис проснулся с тяжелой головой. Он испытал разочарование, не обнаружив рядом Лайтнинг. Ноктис смял оставшееся от девушки одеяло, как хотел бы с утра смять её саму.

Кэлум, закрыв глаза и прислушиваясь к себе, думал, хорошо ли все происходящее сейчас или отвратительно? Ноктис ведь и не подозревал, что ситуация сложится так. Он с Лайтнинг далеко от Кокона. До ближайшего поселения на Пульсе не меньше трех дней пути по джунглям. Вдвоём на базе. Вокруг ни единой души, что могла бы им помешать.

А ведь перед приёмом на Коконе Ноктис верил, что больше никогда не увидит Фэррон, избегал её. Кэлум должен был умереть там. В какой-то момент он даже был благодарен Рапсодусу, что тот увёл Лайтнинг. Казалось, на её глазах принц не решится разыграть сцену собственной смерти — даже фальшивой. Он готов был отпустить её, чтобы не делать больно себе.

А теперь прошлых проблем просто не существовало. Клэр рядом. Ей некуда бежать от него. Ему незачем держать её на расстоянии от себя и не зачем сдерживаться.

Но во всем этом было что-то неправильное и болезненное.

Ноктис открыл глаза и поднялся чуть более решительно, чем стоило, и отправился мыться.

Заметив по дороге брошенное на стуле темно-красное платье, он улыбнулся. Ещё одно доказательство присутствия Клэр рядом.

Через пятнадцать минут он наконец нашёл саму Фэррон в столовой.

Лайтнинг сидела спиной к двери на широкой скамье, придвинутой к столу. Девушка, кажется, завтракала. В руке виднелась вилка. Она не повернулась, даже услышав, как раздвинулись входные двери.

Не хочет с ним говорить? Неужели ночью он перегнул палку, пытаясь её успокоить? И она в ответ на его совершенно невинные объятья будет щетиниться так, как будто он над ней надругался? Зубы свело от скрежета, но он выдавил из себя:

— Доброе утро.

Бодрый и неуместно громкий голос заставил Лайтнинг выпрямиться.

Что творилось в её голове этим утром, когда она проснулась вся вспотевшая от жара Кэлума рядом? Порыв принца её поддержать что-то изменил, но Фэррон не до конца ещё понимала, что не так теперь. Это походило на прогулку по минному полю. Она больше не знала, где её предаст собственное сознание. Будет ли это желание его поцеловать или она позволит Кэлуму узнать очередную свою тайну? От одних этих мыслей сводило все нутро, поэтому было проще держаться от него подальше, чем подпускать на расстояние касания руки.

— Уже почти день, — ответила девушка, но всё ещё не повернулась к Ноктису.

Кэлуму пришлось обойти стол, чтобы увидеть лицо Лайтнинг и налить себе стакан воды. Регенерация требовала ресурсов.

Улыбка медленно растянула губы Кэлума: на щеках Лайтнинг играло смущение пунцового цвета. Взгляда от тарелки она так и не подняла. Ноктис отчётливо осознал: Лайтнинг тоже чувствует, что от него ей больше некуда бежать. Фэррон же, словно желая переломать ему вновь обретенные крылья, спросила:

— Когда мы вернёмся на Кокон? — она наконец подняла лицо от еды. Взгляд её голубых глаз всегда пронзал Ноктиса насквозь. Фэррон уже поняла, что этот вопрос — самый острый.

Ноктис не спешил отвечать. Он выпил стакан воды до дна. Хотелось отложить правду на потом, думая о чем угодно, но только не о том, что он должен ответить Клэр.

Ноктис скользнул взглядом по шее, плечам Лайтнинг. Задержался на чёрной майке и на нашивке армии Люциса на груди.

Фэррон спала на кровати Гладиолуса — неприятно. А эта майка, судя по размеру, должна была принадлежать самому Ноктису или Промпто. Лучше бы она оказалась его. Кэлум мысленно усмехнулся — оказывается, он способен ревновать даже к одежде. Паршивая черта характера.

— А чёрная форма тебе идёт, — сказал Ноктис отвлеченно.

Фэррон под его пристальным взглядом вскинула голову — поймана, но не сломлена. Да, иронично, что пришлось надеть форму Люциса, но это лучше, чем носить платье Рапсодуса, так и кричащее о предательстве. Фэррон вспомнила, с каким трудом ей далось расстегнуть и сорвать с тела ту мокрую тряпку.

— Форма солдат первого класса тоже чёрная, — мстительно напомнила она.

Челюсть Ноктиса снова свело, и он, не раздумывая, налил себе второй стакан воды. Он должен был сменить тему и отвлечь Фэррон от этого разговора любой ценой.

— Ты не ответил на мой вопрос, — сказала Лайтнинг настойчиво.

Ноктис не спешил с ответом, приняв наконец решение действовать.

Он опять обогнул стол и встал за спиной Лайтнинг. Не видно её лица, зато близко так, что можно прикоснуться. Принц упёрся рукой о поверхность столешницы, склоняясь над Лайтнинг.

— Лайт, то, что ты рассказала ночью… Точнее, то, как ты реагировала на мои прикосновения… У тебя вообще когда-нибудь был мужчина? — тихий и спокойный голос, но такой острый вопрос. Лайтнинг, кажется, снова ощутила касание его дыхания у своего уха. Капля воды с мокрых волос Ноктиса упала ей на шею. Фэррон вся сжалась, упорно смотря только вперёд.