Чтение онлайн

Может это чувствует и Кэлум, считая, что, если Фэррон попадёт в его подчинение, она точно больше не станет противиться ему.

Вязкий сон все-таки заставил Фэррон сомкнуть веки.

Зак вытянул Лайтнинг и Клауда из трясины. Она сидела, стараясь не стучать зубами. Темная жижа, смыкающаяся над её головой, оставляющая без воздуха на несколько минут, глушащая все звуки… Лайтнинг медленно напомнила себе, что это всего лишь Вирт, ничего действительно страшного с ней не случилось.

Она оступилась и ушла в топь с головой. Клауд попытался её спасти, но тоже оказался в этом дерьме по уши. Единственный, кто не спасовал — Зак. Ему вообще подобные задания по прохождению новых ландшафтов и природных сред давались лучше всего. Он вырос на ферме, на окраине Кокона. Ему хотя бы немного были знакомы законы дикой природы в отличие от детей бетона. Фэррон ненавидела зачеты, связанные с климатической практикой. Здесь счёт снова шёл не на победы, а на время. Тридцать часов в морозе, сорок — в пустыне, двадцать — в морской воде и так далее. Все это позволяло насладиться полным спектром ощущений: холод, жажда и обезвоживание. Экономя на реальных учениях, академия вкладывалась на максимум в нейростимуляции. Если во время драк и отключали нижние болевые раздражители, напрочь убивая страх перед ранениями, то здесь эти отделы мозга работали на полную. Порой, вылезая из четырёхчасового зачета, Лайтнинг казалось, что она подохнет от изнеможения.

— Идём дальше? — чересчур бодро спросил Зак. Лайтнинг с трудом встала, но пошла за Фейром и Страйфом. У них ещё три часа, и они будут проходить этот маршрут снова и снова, потому что должны, потому что не нарушат навязанных им правил.

Это её долг… Долг перед сестрой. Долг перед академией. Долг перед Коконом. Долг перед друзьями в связке.

Лайтнинг проснулась от какого-то тревожного чувства. Она заметила над собой навес из листьев, почувствовала запах костра и чего-то съедобного. Она в отличие от принца за эти два дня спала от силы четыре часа, потому так легко отключилась на солнцепёке, несмотря на то, что под спиной был твёрдый камень.

— Если будешь спать на открытом месте в жару, получишь солнечный удар или сгоришь, — поучительно сказал Кэлум.

Лайтнинг попробовала подняться. Затёкшая шея и поясница сообщили, что использовать в качестве матраса скалу действительно было отвратительной идеей. Фэррон чувствовала себя более разбитой, чем до отдыха. Очередная ошибка новичка в диком мире… Что ж, она быстро учится. Разминая пальцами шею, она всматривалась в пейзаж и думала, отчего возникло это зудящее предчувствие. Солнце начало клониться к горизонту.

Рука Ноктиса вдруг накрыла её шею сзади, его пальцы помогли растереть затёкшие мышцы. Лайтнинг на мгновение лениво прикрыла глаза, вздыхая и позволяя себе насладиться этой помощью. Она снова не смогла предсказать его действий, но это уже не пугало как в первый раз.

Ноктис, наблюдающий со спины, улыбнулся. Постепенно Клэр привыкает к его прикосновениям. То, как девушка выгибается и сама по-кошачьи поворачивает шею под его рукой, не дергается и не отстраняется, было, пожалуй, самым прекрасным, что он видел за сегодняшний день.

— Хочешь есть? — спросил он, пытаясь скрыть значимость этого момента, чтобы не спугнуть Лайтнинг.

— Ты приготовил рыбу? — спросила Фэррон. Она наконец разобрала все витающие вокруг запахи.

Ноктис усмехнулся:

— Я, конечно, не Игнис, тот способен приготовить изысканное блюдо из ничего и где угодно, но с пойманной рыбой я справиться могу и сам. Или ты не ешь рыбу? — спрашивать это стоило гораздо раньше, подумал он. Кэлум все-таки не привык заботиться о чьём-то комфорте, но в его понимании свежая рыба или кусок мяса, добытые на рыбалке или охоте и приготовленные на костре, были в сотню раз лучше сухих пайков, основанных на синтезированных продуктах. Во всяком случае его организм после регенерации предпочитал сходные белки, жиры и элементы…

— Я могу съесть что угодно. Главное, чтобы оно не шевелилось и не смотрело на меня, — немного грубо и раздраженно призналась Лайтнинг. Фэррон после питания в столовых академии и на службе была довольно безразлична к вкусовым качествам еды и в принципе не имела предпочтений.

— Ну, тогда, думаю, мои навыки готовки тебе подойдут идеально, — в тон ей съязвил Ноктис. Он, конечно, не ожидал от Фэррон благодарности или восхищения, но некой мягкости к себе он заслуживал.

Лайтнинг на самом деле за грубостью скрыла своё удивление и беспомощность. Она не ожидала от Кэлума, умеющего вести политические переговоры и носящего дорогие костюмы, подобных способностей. Рыбалка, готовка на костре… Принц оказался куда более приспособленным к дикой жизни, чем солдат первого класса Фэррон. Лайтнинг не повернулась к нему, все ещё чувствуя шершавую ладонь на своей шее. Она смотрела на алеющее небо. Сколько она проспала? Часа три, если не больше. Ноктис успел наловить рыбы и приготовить её, наверное, даже поел. Он ведь обещал, что они вернутся к закату… Уже закат. Ноктис пожалел её и не стал будить.

— Знаешь, что самое паршивое в тебе? — неожиданно тихо и горько сказала девушка.

Ноктис сжался, словно готовясь к удару. Он был рад, что Лайтнинг так и не повернулась к нему. Не хотелось, чтобы Фэррон прочла напряжение на его лице. Ноктис постарался, чтобы рука, касавшаяся девушки, не потяжелела и не выдала его.

За что Лайтнинг все время ему мстит?

Вначале подпуская к себе, так что он начинает наслаждаться близостью, а затем наносит действительно болезненные удары.

— С самого первого дня нашего знакомства ты заставляешь меня чувствовать себя слабой и беспомощной… Никчемной, — наконец выдавила Фэррон из себя.

Ноктис судорожно вздохнул, будто очнулся от собственных мыслей. Меньше всего он ожидал подобных слов от Лайтнинг.

— До твоего появления я считала себя хорошим специалистом, способным на все… — Лайтнинг запрокинула голову, доверчиво откинувшись к его ладони всем весом. Ноктис поддержал её, завороженно смотря на затылок. — Но я не могу соперничать с магией и силой древних миров… Эти чертовы кошмары о нападении на меня в академии… Они ведь не снились мне после окончания учебы. Они вернулись только сейчас, когда я повстречала тебя…

Ноктис подался вперёд, обняв Лайтнинг со спины и прижимаясь щекой к виску девушки, успокаивая, подбирая слова, чтобы быть честным с ней:

— С самого первого момента, когда я увидел тебя ещё там, в межмировом порту, мне хотелось только одного — защитить тебя…

Лайтнинг глубоко вздохнула, прикрывая глаза. Что-то отвратительно влажное и горькое скатилось по щеке.

— Именно это хотел использовать Рапсодус против тебя, — со злостью проговорила Клэр.

Она всё-таки задела Ноктиса своими словами. Принц ведь действительно ожидал чего-то низкого от начальника безопасности Кокона, например, соблазнения подосланным агентом. То, что Рапсодус станет играть на его благородных чувствах, Ноктис даже не предполагал.

— Интересно, когда он понял? — проговорила Лайтнинг, все ещё рассуждая вслух, как делала в своей голове последние дни.

Ноктис вспомнил, что Рапсодус оговорился ещё после покушения снайпера. Тогда Генезис уже подозревал и просто проверял реакцию Кэлума. Игнис же ещё в первый день в штабе агентства упомянул о «девушке в беде» как о проблеме…

— Сразу, когда узнал, что я тебя спас, — Ноктис наконец принял эту правду.

— Меня используют как твоё слабое место. Ты заставляешь меня чувствовать себя беспомощной. Это отвратительно, — Фэррон мотнула головой, пытаясь отстраниться и дистанцироваться от Кэлума.

Ноктис удержал её и использовал этот манёвр, чтобы повернуть девушку к себе боком и уложить на свои руки. Он снова рассматривал её лицо. Мокрая дорожка от слез на щеке Лайтнинг неожиданно уколола его больше, чем все сказанное ранее.

— Кто-то называет это любовью и считает, что это прекрасно, — проговорил он и улыбнулся. — Идиоты.

Ноктис попытался скрыть шуткой то, что все ещё боялся осознать. Но отказаться от прикосновения к Клэр не смог. Ноктис наклонился и поцеловал Лайтнинг.