Чтение онлайн

Азия сидит за небольшим столом в кухне, где мы обычно завтракаем, и пьет кофе. На столе перед ней разложен целый ворох образцов разных тканей, и кошка валяется на них, пытаясь привлечь ее внимание.

— Ладно, — рассеянно отвечает моя жена.

— Хочешь поехать со мной? — Меня немного беспокоит то, что она почти никогда не выходит из дома. Ее вроде бы все устраивает, но я никогда не встречал девчонку, которой не нравилось бы выбираться из дома потусить с друзьями, походить по магазинам, поесть в каком-нибудь прикольном месте или просто стоять где-нибудь в публичном месте, строчить сообщения в телефоне.

Она поднимает на меня полный удивления взгляд, и я отмечаю, что волосы у нее собраны в небрежный хвост на макушке, а на носу — очки в фиолетовой оправе, которые делают ее похожей на зубрилку-отличницу, но выглядит она при этом одновременно мило и сексуально. Вот эта внутренняя борьба по-настоящему сносит крышу — мне хочется и обнять ее и поставить в известную позу у этого стола.

— О… нет, спасибо. Я собираюсь сшить тебе рубашку для пятничного концерта. Я заметила, когда просматривала фото с ваших выступлений онлайн, что на тебе не бывает рубашки. — Она снова начинает перебирать пальцами кусочки ткани на столе.

— Нет, детка. — Я пытаюсь удержать смешок. — Я не ношу рубашку.

— Что? — Она поворачивается ко мне, нахмурив нос.

— На сцене я не ношу рубашку. Это, типа, моя фишка. Девчонкам очень нравится.

— Значит ты — голый по пояс рок-гигант?

— Ага, — улыбаюсь я в ответ.

— Теперь нет.

Вот здесь бы как раз пригодилось то руководство по применению, о котором я говорил. Согласиться мне с этим или закатить скандал, чтобы отстоять свою крутизну?

— Азия… детка. Зайка. Милая моя. Я не могу изменить свой сценический образ. Хочешь, чтобы фанаты решили, что я — подкаблучник?

Она беззаботно пожимает плечами.

— Мне все равно, что они подумают. А тебе разве нет? Ты же вроде музыкант, а не стриптизер. — От такой улыбки даже айсберг бы растаял. А еще эти глаза…

Внимание! Вопрос с подвохом!

Внимание! Вопрос с подвохом!

Соблюдайте осторожность!

— Знаешь, что? Ты права. Ни к чему мне на сцене демонстрировать свои кубики, правда? — Я наклоняюсь и целую ее в лоб. — Кроме того, у меня теперь есть жена, которая вот-вот будет ублажать меня всеми способами, разве нет?

— Как скажешь, милый!

Обожаю, когда мы друг друга поддразниваем, хотя ей об этом говорить не тороплюсь. С этой телочкой никогда не бывает скучно. Мне интересно, о чем она думает, на каждый мой подкол у нее всегда наготове остроумный комментарий — эти пикировки поднимают настроение и не дают расслабиться. И мне нравится, как она умеет смеяться над собой. Вот вчера, например, она запнулась о единственную ступеньку, ведущую с веранды к входной двери, и, можно сказать, шлепнулась прямо на месте, лицом в пол, а после минут десять хохотала до слез. Большинство знакомых мне женщин сели бы, рыдали и как-нибудь попытались бы обвинить меня в том, что упали. К тому же, когда это случилось, Азия была совершенно трезвая, а от этого еще смешнее.

— Знаешь, я буду с нетерпением ждать возможности надеть рубашку, которую ты сошьешь. — На прощание почесываю Пикси за ушком и беру ключи со стола у двери. — К ужину вернусь. Тебе что-нибудь из благ большого мира нужно? Могу привезти.

— Нет. Спасибо. Я приготовлю тебе на ужин цыпленка в специях с рисом.

Тот факт, что вегетарианка готовит на ужин для меня мясо, значит, что я ей нравлюсь, разве нет? 

 Когда я захожу в тату студию моего кузена Лукаса, он как раз заканчивает набивать татуировку Финну. Похоже, Финн в нашей компании закрепился надолго, поскольку он не только вырос вместе с Лукасом и дружит с ним с детства, но еще и играет в группе под названием «Вечная жажда», которая иногда играет на разогреве у «Эшес&Эмберс». Я никогда бы не сказал этого Финну, но их группа на самом деле неплохая, и они набирают популярность.

— Как оно, Тэлли-Хо? — поддразнивает Финн.

— У тебя что, дома нет? — отвечаю я. — Каждый раз, когда я прихожу, ты торчишь тут.

Мне не следовало бы находиться в рабочей зоне Лукаса, пока он работает с клиентом, но поскольку он мой кузен, а Финн — его друг, правила можно немного нарушить.

— Кстати, раз уж ты заговорил про дом, как поживает твоя «жена на заказ»? — парирует он. — В прошлый раз, когда мы к вам заходили, она выглядела очень даже ничего.

— Не вздумай говорить о моей жене, Финн. И от моей сестры тоже держись подальше. — Я поворачиваюсь к Лукасу. — Кстати, где Рейн? Ее не было за стойкой ресепшен, когда я зашел.

Моя сестра работает здесь администратором, и я не то чтобы очень этому рад, потому что мне кажется, что к ней целый день пристают мудилы типа Финна. Я знаю, что Лукас оберегает ее не меньше меня, но, тем не менее, предпочел бы, чтобы она нашла работу в каком-нибудь кафе или офисе.

— Она ненадолго поднялась наверх, нужно с чем-то помочь Айви, — отвечает Лукас, откатываясь от Финна. — Ладно, мужик, на сегодня все.

Я дожидаюсь, пока Лукас закончит с тату Финна, приведет в порядок рабочую зону, и затем шлепаюсь в кресло.

Он посматривает на меня, пока готовит инструменты к работе.

— Что? — спрашиваю я. — Почему ты на меня так смотришь?

— Ты изменился, — усмехается он.

— Изменился? Как?

— Выглядишь почти счастливым. Не такой нервный, как раньше.

— Не гони… — картинно закатываю глаза я.

— Я серьезно. — Он придвигает свой стул поближе и берет меня за предплечье, чтобы внимательно рассмотреть рисунок, нанесенный на прошлой неделе.

— «Счастливый, но раздраженный» больше было бы похоже на правду.

Он кивает и, улыбнувшись, начинает работать над верхней частью моего плеча. Надеюсь, сегодня он полностью закончит мою руку, тогда можно будет двигаться дальше, заняться дизайном на ногах.

— Ну так, как идут дела? — интересуется он. — Финн ушел, можешь говорить, как есть.

— Ладно. Ты прав. Это очень тяжело.

— Это точно.

— Поначалу мы все время срались, как кошка с собакой, но сейчас стало немного получше.

— Отлично. Я себе даже представить не могу, насколько это тяжело — жениться на женщине, которую ты даже не знаешь.

— Ты бы удивился.

— Тем более круто, что вы так стараетесь.

— Да. — Я немного поворачиваю руку, чтобы ему было удобнее работать. — Самая большая наша проблема — секс.

— Плохой секс? Мужик, мои соболезнования.

— Нет, не плохой секс, вообще никакого секса. Что-то там определенно есть, но она постоянно меня отшивает. Все твердит, что ей нужно, чтобы сначала появились чувства. И хочет, чтобы у меня тоже были чувства.

— Ее можно понять.

— Да… — тяну я. — Но только я про это не знаю ни хрена. Как у тебя это было с Айви?