Чтение онлайн

— Завтра. Я все тебе расскажу.

Он не уходил. Стоял и смотрел на нее, затем начал расстегивать пижаму.

— Что это ты делаешь?

— Хочу к тебе. — Он стянул штаны и встал под душ. — Повернись, я потру тебе спинку.

Она прижалась лбом к кафелю и удовлетворенно вздохнула, когда губка прошлась по ее спине, заду.

— Как хорошо…

К ее бедру знакомо прижалось нечто твердое. Сильвия повернулась и поцеловала Мэтта, он ответил на поцелуй и пробормотал:

— Видишь, что получается, когда ты сбегаешь?

Когда они оторвались друг от друга, она взяла его лицо в ладони.

— Ну как, теперь я прощена?

— Нет. Ты укатила в Лондон, бросила своего жениха. Тебя ждет кара.

— Какая?

— Вот такая…

— Ой как здорово.

Мэтт отправился в постель раньше нее. Сильвия намазалась кремом, почистила зубы, даже прошлась по ним ниткой. Она надеялась, что Мэтт уже спит, но тот сидел на кровати с ее черной кожаной сумочкой в руках.

— Почему ты мне солгала?

Она непонимающе покачала головой.

Он протянул ей розовую коробочку с противозачаточными таблетками.

— Ты все еще принимаешь их.

— Да.

— Твою мать, — сказал Мэтт тихо и угрожающе, он, человек, который практически не выражался. — Не могу в это поверить. Черт.

— Мэтт…

— Молчи, — он поднял руку. Выражение его лица менялось — боль, печаль, страх.

Сильвия открыла было рот, но не смогла произнести ни звука и просто покачала головой.

— Я думал, мы все решили, — сказал он. — Всего несколько минут назад я думал: может, это случится прямо сейчас, может, мы создаем новую жизнь.

— Я знаю, я должна была… — она поняла, что оправдывается. — Я думала, что готова, но ничего не могу поделать, мне нужно еще время.

— Ты права, ничего не поделаешь, если тебе нужно время, но я заслуживаю знать правду.

Он швырнул сумочку и таблетки на пол. И, проходя мимо нее, прошептал:

— Господи, Сильвия.

13.45, четверг.

— Я пропустил через МОЗАИКу имена, которые ты мне дал.

— И что? — поторопил Свитхарт. Он сидел в темноте в своем номере в «Эльдорадо». Сухой пустынный ветер хлопал окнами.

— Доктор Крэй чист, и это вызывает подозрение. — Тихий голос Люка преодолел восемьсот миль через спутники и посторонние шумы. — И почему эти люди такие ранимые? Natura humanas.

— Копай глубже.

— Всегда копаю.

Люк поинтересовался, какая погода в Санта-Фе, пожаловался на смог в Лос-Анджелесе. Они немного поболтали.

— Что у тебя есть на Лэнга? — спросил Свитхарт.

— Кое-что тебе понравится, — ответил Люк, подавляя зевок. — У мистера Лэнга серьезные проблемы с кредитом, его подружка любила красивые вещи. Их роман или то, что Лэнг пытался занимать деньги, привело к ссоре с родственниками. Лэнг по уши в долгах.

Свитхарт присвистнул, когда Люк назвал сумму.

— Ты просил меня проверить даты, когда Саманта Грейсон пропускала работу, — сказал Люк. — Похоже, она была не так уж больна, по крайней мере, не настолько, чтобы отлеживаться дома в постели.

Он умолк, стало слышно, как он стучит по клавиатуре.

— Она намотала не одну сотню миль, даже получила скидку постоянного пассажира — Амстердам, Афины, Гонконг и Сейшелы — не иначе как любила понырять с аквалангом.

— Что-то я не встречал в Амстердаме любителей дайвинга, — сухо сказал Свитхарт.

— Да и в Гонконге они не водятся, зато их полно на Сейшелах. Я слышал, водичка там горячая. Видать, она любила поплавать в горячей воде, — хмыкнул Люк — Между прочим, Пол Лэнг ее никогда не сопровождал.

— Я сомневаюсь, что он вообще знал о ее делишках.

— Организатор поездок — бюро путешествий «Всемирные Туры», потом оно закрылось. По всей видимости, «Всемирные Туры Инкорпорейтед» были связаны с «Всемирными Развлечениями», и эти развлечения включали в себя помимо сети отелей еще и эскорт-услуги. «Всемирные Развлечения» зарегистрированы в Гонконге.

— Мы опять вернулись к Китаю, — отозвался Свитхарт. — Кто оплачивал путешествия Грейсон?

— Она никогда не платила за билеты и гостиницы. Но деньги с ее кредиток — семь карточек с общей суммой двадцать восемь тысяч долларов — уходили на одежду, украшения и прочую роскошь.

— И служба безопасности Портон-Дауна до этого не докопалась? Такой счет должен привлекать внимание, как огромный красный флаг.

— И никто бы не докопался без твоей наводки — четыре карточки оформлены на Сэмюэла Грейсона. Ее отца. Он умер в девяносто девятом году.

— Значит, она сохранила карточки, — произнес Свитхарт, — и расплачивалась ими по счетам.

— Электронный перевод со счета ее отца. На самом деле, она положила на счет крупную сумму за два месяца до смерти. Тридцать тысяч долларов. Как-то не похоже на ее зарплату.

— Попробую угадать — «Всемирные Развлечения» оплатили ее услуги в качестве турагента.

— «Всемирные Развлечения» оплатили ее услуги в качестве бог знает кого, она была девушкой легкого поведения.

— Или же курьером, — Свитхарт глубоко вдохнул, задержал дыхание и медленно выдохнул: — Она перевозила деньги, товар, информацию?

— Хороший вопрос. Будем искать. Слушай, профессор, — тихо произнес Люк, — передай мои поздравления доктору Стрэйндж Скажи ей, я собираюсь поцеловать невесту.

Свитхарт что-то проворчал.

— Кстати, что ты подаришь им на свадьбу? — спросил Люк.

Вместо ответа Свитхарт повесил трубку.

Он обдумывал эту информацию, наряду с другими сведениями, полученными сегодня.

Тосиёри писал:

На твой запрос ответ отрицательный. Секретное распоряжение. Жаль, если это подвергнет опасности твоих друзей. Стейки великолепны.

Следующие три часа Свитхарт просидел в полумраке, отпустив сознание в свободное плавание, но время от времени возвращая его в исходную точку — вперед, назад, вперед, назад — как дыхание, как упражнения в сумо, как медитация.

Оставаясь неподвижным, он странствовал по миру. Образы Гонконга всплыли в памяти, это место он выбрал неслучайно.

Он слышал тихий мелодичный голос, который редко позволял себе вспоминать. Колыбельная, которую мать пела ему, возвращаясь домой на рассвете.