Чтение онлайн

Он перестал буравить взглядом Свитхарта, взял Сильвию за руку. Она с облегчением вздохнула. Кулачные бои в больничном изоляторе отменяются. Их пальцы переплелись, она сжала его руку так крепко, как смогла.

— Тебя выпишут через час, при условии, что мы будем присматривать за тобой, во избежание новых осложнений, — произнес Свитхарт.

— Мне нужно побыть с Мэттом наедине, — перебила его Сильвия.

Он кивнул, но, покидая комнату, всем видом выражал нетерпение. Эхо его шагов отдавалось в коридоре, потом дверь со скрипом закрылась.

Мэтт присел на кровать, стараясь успокоиться. На его лице сменялись чувства — страх, гнев, отчаяние. Ее охватило беспокойство. Она теряет его.

Плохо дело.

Возможно, Мэтт почувствовал ее неуверенность. Когда она снова открыла глаза, он уже взял себя в руки и улыбнулся — вполне пристойно притворился — и сказал:

— Да, все хорошо. У нас все хорошо.

Она благодарно посмотрела на него — он поставил ее сложности выше своих. Неизвестно, сколько сил у нее осталось.

— Давай поговорим спокойно, — предложила Сильвия далеко не спокойным тоном.

Мэтт кивнул, но продолжал молчать с таким страдальческим лицом, что она чуть не улыбнулась.

— Ты первая, — произнес он наконец.

— Давай обсудим все сначала, — осторожно сказала она. — Чего конкретно от меня хотят?

— Они хотят, чтобы ты работала с этой женщиной, этой ненормальной, после того, как она отравила тебя. Хотят, чтобы ты общалась с Палмер, целовала ее в задницу, если понадобится, пока они не получат своего. — Мэтт подавил ярость и резко выдохнул воздух. — Я не хочу, чтобы ты находилась даже в одном городе с Палмер, не говоря уже — в одной комнате. Она больная. Бесчувственная. Она может повторить свою попытку. — Он покачал головой и жестко произнес низким голосом: — Я своими руками убью ее за то, что она сделала с тобой.

Сильвия кивнула, едва найдя силы ответить.

— Никто не сможет заставить меня работать с Палмер. Но мне нужно знать, что со мной. Доктора не знают. А Кристин Палмер знает. Она это создала. И хотела полюбоваться, как я умираю. — Она покачала головой, заморгала, прогоняя набежавшие слезы. — А что, если этот яд навсегда останется в моем теле? А вдруг он проник в мою ДНК? Некоторые токсины так делают. Они дремлют, а потом… это может отразиться на детях…

Сильвия не смогла закончить. Нужно задать самый важный вопрос.

— Ты простишь меня? — прошептала она. — Я солгала тебе, а теперь, может быть, у нас никогда…

— Тс-с. — Мэтт погладил ее по щеке. — Нечего прощать. Я люблю тебя.

Когда они собрались, Сильвия вызвала Свитхарта на разговор. Наедине.

Через минуту он вошел в комнату.

— Прежде, чем я что-то сделаю, мне нужны ответы, — сказала она. — Когда ты приехал ко мне домой, ты говорил, что вы пытаетесь собрать недостающую информацию. Ты рассказал о проекте-прикрытии, в котором участвуют ЛАНЛ, Портон-Даун, Голландские лаборатории. И что они финансируются частным сектором и различными правительствами. В военных целях.

Свитхарт медленно кивнул.

— Что хотят военные от этих исследований?

Он посмотрел на нее, приподняв брови.

— Это опасная игра — чтобы создать защиту от оружия, сперва ты должен овладеть оружием.

— Что дальше?

— Когда есть разветвленный проект-прикрытие вроде этого, ты объединяешь несколько проектов с разными исследовательскими базами. Они поддерживаются центральным административным и медицинским контролем, обеспечивают биологический анализ, исследование и производство токсина. Таким образом, этот продукт — в нашем случае, нейротоксины — перемещается из одной лаборатории в другую.

— А вместе с ним и ученые.

— Да.

— А также шпионы и все, кто стремиться заполучить токсин или технологию производства. — Она посмотрела на него и поняла, что попала в точку. — Ты гоняешься не за серийным отравителем, ты охотишься на шпиона. И давно?

— Примерно четыре года назад я узнал, что один крот окопался глубже, чем Олдрич Эймс. [30] Когда раскрыли Роберта Ханссена, мы решили, что это он. Но нам не повезло. Шпион все еще где-то здесь.

— Кристин Палмер?

— Я предполагал, что Палмер может оказаться кротом. Есть какая-то система в утечке информации, все вертится вокруг ее проектов.

— Черный рынок биологического оружия.

Свитхарт кивнул.

— Покупатели не меняются. Независимые террористические группировки и все те же жаждущие правительства — Ирак, Иран, Ливия, Северная Корея, Китай, Индия…

— Тесный мир в себе, — прошептала Сильвия. — Дай-ка подумать, голова у меня сейчас не слишком хорошо работает. Серийный отравитель работает на сверхсекретных проектах, со смертельными нейротоксинами, попутно шпионя для вражеских правительств…

— Нет.

— Токсины крал кто-то другой. Саманта Грейсон и Дуг Томас. — Еще одна лампочка перегорела. — Кристин Палмер убила их обоих. Она убивала шпионов.

— Встреча назначена на три часа пополудни. Значит, у нас осталось два часа. Обмен. Палмер продает информацию за информацию… — Свитхарт прикусил язык, потому что в комнату вошла медсестра.

Сильвия ждала, когда сестра закачает воздух в манжету тонометра. В последний раз она подвергается этой процедуре, по крайней мере на какое-то время. Это часть процесса выписки.

Хорошие новости — состояние стабилизировалось. Плохие новости: симптомы хронические, мимолетные. Нельзя сказать, как долго еще они будут проявляться — недели, месяцы, годы? Да, нет, не исключено.

Она вздохнула. Медсестра сняла манжету:

— Вас почти выписали. Потерпите, милочка.

Как только женщина вышла из комнаты, Сильвия посмотрела в глаза Свитхарту:

— Давай обговорим детали. Первое — мою приемную дочь взять под защиту и убрать из поля зрения. Пусть поживет у отца. Если Палмер хоть вскользь упомянет Серену — я выхожу из игры.

— Понятно, — кивнул Свитхарт.

— Второе — продолжить расследование, как и какой токсин она использовала. Мне нужны ответы. Это единственная причина, почему я согласилась.

Снова кивок.

— Я хочу, чтобы ее обыскивали перед каждой встречей — на предмет жидкостей, аэрозолей, инструментов, любых подозрительных предметов.

— Разумеется.

— И я не хочу ни на секунду оставаться с ней наедине. Я не пойду на это, даже не рассчитывайте.

— Хорошо. Но присутствие ФБР будет сведено к минимуму. Это не официальное расследование, Сильвия. Ради безопасности все встречи будут тайными. Мы не располагаем батальоном федеральных агентов.