Чтение онлайн

— Сагард! — рявкнул он.

Почти сразу появился невысокий худощавый и совершенно седой мужчина. Молча поклонился, демонстрируя готовность слушать.

— Этих двоих убрать с моих глаз. Позови служанок. Любое приказание магианны Сайрен выполнять безоговорочно и моментально.

Не прошло и трех минут, как мне принесли воду. Пока я умывала мальчика, служанки молниеносно меняли постельное белье. Затем вернулся лорд Экнес, развернув кресло спинкой к окну, сел, пристально следя за каждым моим движением. Я позабыла о его присутствии почти сразу, поглощенная малышом. Воспаление горлышка. Обычное воспаление горлышка! Будь у меня магия все ограничилось бы получасовым лечением, корми они ребенка, я бы и без магии справилась бы достаточно быстро, а так… Маленький обессилел совершенно, у организма не было сил бороться с болезнью, а температура приближалась к критической.

Это был долгий день. Я сбила жар, укутав ребенка в мокрые простыни, после завернув уже в одеяло, старательно отпаивала травяным настоем, вливая по чайной ложечке в пересохший ротик. Затем долго укачивала, нося на руках и радуясь тому, что спальня такая просторная. Спал маленький у меня на руках, а я стояла у окна, и смотрела, как медленно опускается солнце.

— Давайте я подержу, — напомнил о своем присутствии лорд Экнес.

— Только осторожно, — я повернулась к поднимающемуся из кресла аристократу, — боюсь, дало осложнение на ушко, потому-то ему так больно.

— А проверить не можете? — огромный мужчина осторожно взял ребенка, мозолистыми натруженными мечом руками.

— У меня нет магии, — едва слышно напомнила я.

Лорд кивнул.

Я была благодарна за помощь, и покинув комнату сына лорда Экнеса, хотела было найти хоть одну служанку. Как оказалось, сразу трое ожидали и были готовы выполнить любое мое распоряжение. Попросила бумагу и карандаш, торопливо написала записку Алеху, мы находились в Вернском районе, здесь располагалась как раз лавка старшего из братьев Шилли. Написала, чтобы не беспокоились, и сообщила, что останусь здесь на ночь. Не то, чтобы я была обязана отчитываться, но я только сегодня поняла, что в Ночь Свободы они беспокоились обо мне, и было бы некрасиво с моей стороны, заставлять их тревожиться вновь.

Отослав служанку с запиской, вернулась в спальню мальчика. Ребенок начал хныкать во сне, мучаясь от боли, и его отец, такой огромный и суровый, вместо тот, чтобы начать осторожно укачивать, растерянно замер.

— Давайте мне, — сказала я, подходя и забирая мальчика.

— Вы не сломаетесь? — хрипло спросил лорд Экнес, безропотно передав мне сына.

— Ничего, я крепкая, — заверила аристократа.

— Арис не новорожденный, — заметил лорд.

— И семилетних ночь на пролет носила, — я улыбнулась, к сожалению слишком устало, чтобы улыбка могла выглядеть беззаботной.

И вновь покачивая мальчика, принялась гулять по просторной спальне. Мне нужно было, чтобы он выспался, чтобы хоть немного восстановил силы… А впереди еще ночь.

— Я не могу вас отпустить, — внезапно произнес лорд Экнес, выразительно глянув в окно.

— Шутите? — очень тихо возмутилась я. — У ребенка примерно через два часа вновь поднимется температура, так что я сама не уйду.

Не знаю, как отреагировал аристократ на мои слова, в этот момент шагала в конец спальни и находилась спиной к нему.

— Я распоряжусь об ужине, — вскоре сказал лорд Экнес, — Мы будем ужинать здесь, у вас есть предпочтения?

Развернувшись и начав размеренно шагать к аристократу, я возмущенно спросила:

— Где «здесь»?

— Здесь, — пояснил лорд, указав на спальню.

И вот тогда я вспылила:

— Вы издеваетесь? — вопрос, вероятно, прозвучал грубо.

— Поясните! — ледяным тоном, но шепотом, потребовал лорд Экнес.

— Мне известны ваши ужины! — тоже шепотом, но откровенно в бешенстве начала я. — Двенадцать лакеев, шесть смен блюд, вино, жены, собаки, плюс двери настежь, пока столы заносить будут! Не сметь никого пускать мне сюда, пока ребенок не выздоровеет. Да и после тоже!

Мужчина выглядел удивленно-растерянным.

С тяжелым вздохом, потому что действительно тяжело было, я попросила:

— Мне, что-нибудь легкое на подносе и чаю побольше крепкого, и все. Пожалуйста, будьте благоразумны.

Сказав это, я вновь повернулась и пошла в обратном направлении, покачивая маленького. Хлопнувшая дверь продемонстрировала, что лорд вышел.

Уходил он ненадолго, и вскоре вернулся, за ним следом вошли две служанки с двумя подносами. Маленький столик накрыли у окна, поставили свечи, поклонились и торопливо вышли.

— Я подержу, ужинайте, — подходя ко мне, сказал лорд Экнес.

Не став спорить, я осторожно передала ему ребенка и стараясь есть быстро, приступила к ужину их грудинки в яблочном соусе и распаренных овощей. Иной раз приверженность магов только полезной еде крайне преувеличивается, но было вкусно. Однако доесть не получилось — Арис проснулся и заплакал. Я тут же бросила и нож и вилку и поспешила к малышу.

Температура поднималась, но на этот раз я не торопилась ее сбивать и приступила к лечению горлышка и ушка. И спустя два часа температура спала сама, оставляя ребенка совершенно мокрым. Вытирала насухо, рассказывая истории, все какие только могла вспомнить, пела песенки, не ожидая вопросов в ответ или каких-либо слов. Дети аристократов начинают говорить поздно, девочки к трем, мальчики к шести, не знаю с чем это связано, может с тем, что мальчикам предстояло стать крайне развитыми физически… просто не знаю. Но в остальном дети как дети, и маленький Арис улыбался, когда я историю про мышек в сарафанчиках рассказывала, и смущался, когда растирала. Теперь улыбался — компресс в ушке снял боль.

За это время лорд Экнес успел поесть, не выпив ни капли спиртного, что для человека его круга было редкостью, а едва малыш начал засыпать, приказал принести мне еще чай и напомнил о необходимости вернуться к ужину.

— Позже, — ответила я, ложась рядом с ребенком.

Арис не мог говорить, но выписывал слабенькими пальчиками какой-то только ему ведомый узор на моей руке, и почему-то совершенно не плакал, хотя мог бы захныкать, скучая о матери.

— Лорд Экнес, — я повернулась к аристократ, что было слегка неудобно, так как малыш вцепился в мою руку, а где мама Ариса? Знаете, малышам легче, если рядом есть мать.

Мне холодно ответили:

— У Ариса нет матери.

Я вновь повернулась к мальчику, и жалко его стало до слез. То-то две жены лорда оставили его в подобном состоянии — сострадание к чужому ребенку явление редкое.

Когда малыш заснул, я осторожно встала, вернулась за стол, но есть уже не хотелось, только выпила чай, не трогая принесенные для меня пирожные.

— Вы на протяжении шести часов таскали ребенка, вымотались, но при этом почти ничего не едите, — произнес лорд Экнес.

— Не хочется, — честно призналась я, — слишком устала.

Кивнув, аристократ произнес:

— Я прикажу, чтобы вам постелили в соседней комнате, ночную рубашку и все необходимое вам предоставят.

Улыбнувшись, я отрицательно покачала головой, и ответила:

— Я лягу рядом с Арисом и в одежде. Ночь будет долгая. И поверьте, так будет лучше.

Мне вновь кинули.

— А вы отправляйтесь спать, — продолжила я, — ситуация не критическая, и…

— Мне это уже говорили, — холодно произнес лорд Экнес. — Итог вы имеете возможность наблюдать. Я останусь здесь.