Чтение онлайн

«Людям завсегда есть нужно» - не раз говаривала госпожа Шилли.

Я впервые оказалась присутствующей на этом чаепитии, но мне нравилось. Нравилось как Герман доказывал, что булки с маком у него идут лучше, а Сэм напротив, заявлял что не товар, в отличие от хлебцов с кунжутом, Алех с братьями не спорил, просто внес перераспределение товара - так большую часть булок с маком повезут завтра в булочную Германа, которая расположена в новом районе, где много семей с маленькими детьми и школа рядом, а к Сэму в старый, застроенный домами еще прошлого века район, повезут больше черного хлеба с засушенными фруктами и хлебцов. Записал, искоса взглянул на меня, сидящую рядом и потому видевшую все внесенные им изменения, улыбнулся, я улыбнулась в ответ.

Госпожа Шилли, - старший поверенный господин Данес прервал спор братьев, - у вас сегодня на удивление восхитительный чай. Какой это сорт?

Госпожа Шилли посмотрела на меня, и с гордостью сообщила всем:

Это Найриша готовила. Сама пью и пытаюсь определить, какие сорта чая были использованы.

Чай действительно готовила я. Потрясенная, раздавленная, бесконечно расстроенная случившемся и новой безрадостной информацией, я хотела занять себя хоть чем-то, чем-то помимо бесконечных «Почему все молчали?!». Все! Ведь я была не только у стражей, я к магам обращалась, ректору, куратору Нирана, я была даже на приеме у главы Магического ковена! И никто, ни единым словом не обмолвился, что исчезновение мага далеко не единичный случай. Отвратительное ощущение совершеннейшей беспомощности и чувство запутанности в бесконечной паутине лжи. Я была полностью и абсолютно морально раздавлена, а в лечебницу меня Алех не отпустил, и в доме госпожи Шилли единственная работа, которую мне доверили - сделать чай.

Несколько сортов, - стараясь сохранять улыбку и больше не скатываться до непрекращающихся слез, ответила я.
– Южные черный и цветочный, северный цветочный, и щепотка трав высокогорья, мне показалось, так будет вкуснее.

Волшебно получилось, - подтвердила госпожа Шилли.

Мне тоже очень нравится, - сказал Герман, - ты же знаешь, я обычно чай не пью, а тут допил все до конца.

Алех, занятый до этого бумагами, взял свою чашку, сделал глоток и очень одобрительно посмотрел на меня. Нет, я догадывалась, что эти замечательные люди просто пытаются приободрить меня, но все же на душе стало чуть-чуть теплее.

К слову о чае, - вновь заговорил господин Данес, - с уходом госпожи Паннори, долгих лет ей и ее новорожденному, чайная на Луговой не приносит прибыли, я даже вынужден напомнить об убытках, зафиксированных мной в прошлый квартальный отчет, и...

Я понимаю о чем вы, - перебил его Алех, - мы действительно лишились части посетителей в связи с открытием на той же Луговой кондитерской господина Мирвара, в связи с чем в семье принято было решение о закрытии чайной... Но, - парень посмотрел на меня, - мне кажется ваша мысль не лишена смысла, тем более что при должном вложении средств и победы в конкурентной борьбе, чайная действительно имеет потенциал внушительной прибыли.

Я полагаю, - госпожа Шилли сделала глоток чая, - мы можем позволить себе рискнуть.

Я перевела взгляд с госпожи Шилли на Алеха, затем взглянула на пожилого невысокого и крепко сложенного, как и большинство людей торгового сословия, господина Данеса - все выжидательно смотрели на меня. Мне же было понятно, что ради меня семья Шилли собирается рискнуть деньгами, что лично я сочла неприемлемым.

Вы предлагаете мне готовить чай в чайной?
– осторожно спросила я.

Нет, - улыбнулся Алех.
– Но лично я был бы очень благодарен, если бы ты ваялась управлять чайной. Сейчас там от силы двадцать посетителей в день, это катастрофически мало. В чайной действительно требуется женская рука, утонченное чувство стиля, умение смешивать сорта чая в том числе. И прежде чем отказываться, учти три момента - при открытии академии ты сможешь совмещать работу' и учебу, так как управляющий не продавец и не разносчик, твое постоянное присутствие там не потребуется, так же у тебя появится стабильный доход, причем он будет зависеть от прибыли, то есть даже не мы тебе будем платить, и последнее - даже без магии ты сможешь помогать людям. Сама подумай, порой чашка чая способна остановить простуду или придать сил.

И не ожидая от меня ответа, Алех допил чай и вернулся к бумагам. Все молчали, я же следила за работой старшего Шилли. Сейчас Алех просматривал отчет по остаткам, то есть не проданному товару и распределял - не проданный хлеб на сухари, сдобные, сладкие, обычные, которые после сушки вновь отправлялись в лавки на продажу, печенье на изготовление сладких рулетов, черный хлеб на сухари, но такие не продавались - паковались в холщевые мешки и оставались на складах до лета. Потом, в жаркие засушливые дни из них делались хлебные напитки, которые у нас в Сарде как нельзя лучше утоляли жажду и пользовались спросом во всех придорожных тавернах, собственно туда в огромных бочках и отправлялись.

Я буду очень благодарен, если ты хотя бы попробуешь, - тихо произнес Алех.

Отказать мне стало откровенно неудобно. Я кивнула.

Кивнув, старший брат Шилли сказал:

Вот и замечательно, завтра с утра отведу и все покажу на месте, моя лавка там неподалеку, так что и ты без присмотра не останешься.

В этом весь Алех.

На закате мы покинули дом госпожи Шилли, чтобы отправится в городское имение лорда Экнеса, однако стоило выйти за ворота, как оказалось, что меня ожидает карета, и в то же время Алех уже запряг лошадей в двуколку. Заметив мою растерянность, он разобрался с ситуацией сам, отослав экипаж аристократа. Я была этому рада - несмотря на прохладный весенний вечер, гораздо приятнее было ехать в открытой двуколке, нежели в душной, закрытой и чем-то напоминающей дома аристократов крепости. Едва отъехали, за нами пристроились двое охранников, верхом на боевых конях.

Странное поведение для аристократа, - заметил Алех.

Я слабо улыбнулась, но едва ли моя реакция оказалась замечена в подступающем сумраке.

– А с ребенком что?
– продолжил он разговор.

Воспаление горла, и мне кажется, малыша пытались отравить, - ответила я.

Да? А лорду ты об этом сказала?
– последовал вопрос.

Я не имела право молчать, речь о жизни ребенка.

Алех помолчал, затем кивнул и хмыкнул.

– Что-то не так?
– я встревожилась.

На площади сегодня казнили шестерых человек, - нехотя ответил старший Шилли, - демонстративно. Один из них был какой-то родственник лорда Экнеса, и его же младшая жена - забили плетьми.

Я вздрогнула. На Алеха не смотрела и ничего не переспрашивала - он врать не будет, это я понимала, вот только... Где грань, что позволяет отнимать жизни?! Где? А перед глазами маленький Арис, обессиленный и рвущий желчью, и вот где эта грань?

Найри, это его проблема, а не твоя, - Алех пришпорил лошадей.
– И на его совести останется, а ты, если заметила, что малыша травят, и не сказала бы, не простила бы самой себе подобного.

Возле дома лорда Экнеса нас ожидали. Сейчас, когда я не была встревожена судьбой ребенка, с искренним удивлением рассматривала высокие стены, массивные ворота. Ранее мне не доводилось бывать в подобных домах, несмотря на неоднократное посещение аристократических пациентов.

Алех, - прошептала я, - а лорд Экнес он кто?

Кровь короля, - тихо ответили мне.
– Один из пяти приближенных к трону.

Далее говорить возможности не представилось. Старшего брата Шилли вежливо, но настоятельно попросили обождать меня у ворот, я же так же вежливо, настояла на том, чтобы Алех меня сопровождал.

Магианна Сайрен, не смеем вам отказывать, - странно ответил дворецкий.

И сопроводил нас в дом-крепость. Огромный, в отсветах факелов, вделанных в стены, в сиянии свечей, наполнявших оконные проемы светом, он казался сказочным и вместе с тем жутким.

Много свечей палят, - заметил Алех, - экономить не приучены.

Я в этот миг с тоской, наполнявшей сердце болью, вспоминала о магических светильниках... словно воспоминание о другой жизни.

Тебя это тревожит?
– осторожно спросила у Алеха.

Их не умение экономить?
– правильно понял он.
– Очень. Кто не бережет, тот вечно голоден. Раньше аппетиты аристократов сдерживали маги, а что будет теперь?!

Мне нечего было ему ответить.

С другой стороны, хуже, чем при магах точно не будет, - заметил Алех.