Чтение онлайн

Скайлер покачала головой.

— Он был как вы. Это был тот же человек, что и раньше, тот который молчаливо присутствовал, пока вы исцеляли меня. А когда мои воспоминания поглощали меня, он дотрагивался до моего сознания и дарил ощущение безопасности.

— Габриэль? — Франческа считала, что он отправился в город в поисках свидетельства присутствия Люциана. Он читал газету, потом быстро воскликнул и растворился прежде, чем она успела спросить его, в чем дело. Когда она подняла газету, то увидела статью о неопознанном трупе мужчины, найденном в аллее с разорванным горлом. Он был обнаружен в той части города, куда порядочные люди не заглядывают. Франческа не сомневалась, что распознала бы прикосновение Габриэля к сознанию Скайлер. Она потянулась к своему Спутнику жизни и быстро нашла его.

— Ты в безопасности? — тихо спросила она с легкой запинкой, понимая по его глубокой сосредоточенности, что он находился в середине чего-то важного.

— Он был здесь. Люциан. Это убийство его рук дело. Он до сих пор в городе. Не знаю, почему он не дождался меня, как всегда делал до этого.

— Скажи, ты был с нами всего лишь несколько минут назад? Скайлер сказала, что пока мы разговаривали, она почувствовала присутствие еще кое-кого.

Воцарилось молчание. Габриэль исследовал воспоминания Франчески об ее разговоре с подростком.

— Это был не я, милая. И это беспокоит меня. Люциан невероятно хитер и любит игры. Если бы он знал о Скайлер, значит, знал бы и о тебе. И не упустил бы возможностью использовать одну из вас, чтобы добраться до меня. Ты должна быть очень осторожной. Он начал убивать, оставляя свои жертвы, как послание для меня.

— Тогда зачем ему утешать Скайлер?

— Не могу сказать. Возможно, для того, чтобы использовать ее против тебя. Я не знаю, Франческа, но мы не можем недооценивать Люциана. Нам придется согласиться с тем, что он обнаружил Скайлер и знает, что через тебя она связана со мной. Он чрезвычайно могущественен и невероятно чувствителен к малейшему всплеску силы. При последнем пробуждении мы были слишком уязвимы, и он легко мог нас обнаружить. Мне следует быть более острожным.

— Ты смог бы почувствовать его, если бы он связался с нами, в то время как мы были бы со Скайлер? Она сказала, что ощущала присутствие третьего. Она определенно чувствовала еще одного мужчину, не тебя, и он поддерживал ее, хотя и не присутствовал здесь физически.

И снова молчание.

— Мне это не нравится, Франческа. Это, вероятно, был Люциан. Только он способен проскальзывать и уходить из моего сознания без моего ведома. Ты в страшной опасности, ты и Скайлер. Он что-то готовит. Это убийство было умышленным. Посланием мне, что он начал игру и что теперь мой черед делать ход.

— Как ты узнал?

— Его жертвой стал один из мужчин из воспоминаний Скайлер.

Франческа прикусила нижнюю губу с силой достаточной, чтобы на ней появились рубиново-красные капельки крови. Она медленно выдохнула. На этот раз настала очередь Скайлер успокаивать ее.

— В чем дело? Почему вы расстроены?

— Я не знаю, что это за мужчина, тот, который приходил к тебе сегодня утром. Это был не Габриэль, как я надеялась. Но в городе есть еще один мужчина, похожий на нас, способный общаться физически, не присутствуя при этом, тем не менее, он не такой, как мы. Он опасен, — Франческа старалась, чтобы в ее голосе не было слышно страха. Она знала, на что способен вампир. Он был жестоким и беспощадным убийцей, играющим с людьми и их эмоциями ради собственного веселья. Немертвый мог казаться красивым и вежливым, дружелюбным и галантным, когда на самом деле в нем бурлили лишь темные, дьявольские мысли. Люциан был самым сильным карпатцем среди живых, за исключением его брата-близнеца. Но теперь, когда он предпочел лишиться своей души, он стал вдвойне опасным. Он внушал страх и раньше, теперь же стал считаться самым страшным врагом всех времен. Это была пугающая мысль, что Люциан может преследовать их ради своей смертельной цели.

— От него не веетзлом, — едва слышно промолвила Скайлер. — Я всегда боялась мужчин. Даже врач заставляет меня нервничать, но по какой-то причине этот мужчина совсем другой. Он ощущается почти как Габриэль, своеобразной безопасностью. Я никогда не чувствовала себя в безопасности раньше, поэтому не совсем уверена.

Франческа кивнула.

— Надеюсь, ты права, милая, но я хочу, чтобы с этим мужчиной ты была осторожна. Очень осторожна. А теперь расскажи мне о своем таланте.

Веки Скайлер опустились вниз.

— Я устала, Франческа. И это не совсем талант, просто я знаю вещи. И иногда я могу читать мысли людей, как и ты. Как Габриэль и остальные. Людям я предпочитаю животных. Сама я не могла держать животных, но знала всех соседских собак и кошек, и они были моими друзьями, даже собаки, которым полагалось быть злыми. Я общалась с ними, знаешь ли.

— Какими ты видишь Габриэля и меня? Что ты можешь сказать о нас? — полюбопытствовала Франческа. Интересуясь, как много на самом деле могла видеть Скайлер?

Скайлер соскользнула под простыни. Попытка вести себя прилично после столь долгого времени проведенного в полном молчании было трудным и невероятно утомительным делом.

— Вы действительно хотите, чтобы я ответила на этот вопрос, Франческа? Я вижу гораздо больше, чем вы думаете.

— Я полагаю, если мы будем жить вместе и станем одной семьей, между нами не должно быть лжи, не так ли?

— Вы не такая, как я, и не такая, как остальные. Я не знаю, чтовы такое, Франческа, но вы можете исцелять больных и успокаивать тех, кто в этом нуждается. В вас одно добро. Только оно. Мне бы хотелось быть такой, как вы. Мне бы очень хотелось стать членом вашей семьи, — последнее Скайлер добавила с печалью, ее ресницы опустились на щеки и сон одолел ее.

Франческа поднесла вялую, покрытую шрамами руку к своим губам. Поцеловала каждый шрам на внешней стороне руки Скайлер, а потом перевернула ее руку, чтобы осмотреть ладошку. Ребенок боролся с кем-то, кто нанес ей эти раны острым куском стекла. Мог ли это быть ее отец? Габриэль совершил над ним быстрое и милосердное правосудие. Франческа еще раз исследовала воспоминания подростка. Нет, это было дело рук не ее отца. Это сделал высокий, худой мужчина с грубыми черными волосами и большими руками. Он был в ярости, так как Скайлер отказалась добровольно целовать или ласкать его. В то время ей было не более восьми-девяти лет.

Почувствовав тошноту, Франческа отпустила руку девочки, опасаясь разбудить ее своей яростной реакцией на испытания, выпавшие на долю ребенка. Она понесла руку к своим ноющим вискам, а отняв ладонь, увидела, что та в крови.

— Дыши, Франческа, ты ничем не сможешь помочь ей, переживая эти воспоминания. Люциан может и бросил мне вызов, но сам того не подозревая оказал мне услугу, восстановив справедливость по отношению к этому ребенку. Нашему ребенку. Мы будем любить ее, — Габриэль одарил ее теплом и утешением. Она смогла ощутить его руки, обнимающие ее, силу его тела. Словно он прижал ее к себе, несмотря на разделяющие их мили.