Чтение онлайн

Во-первых, не взял с собой за стол Антона, во-вторых, на обеде сидел с лицом дрессировщика, только что схоронившего гвоздь программы — пуделя Артемона. В-третьих, ранил Сидора Поликарповича в самое сердце, — оглядел шедевр «суфле из гусиной печени с артишоками», — и спросил: «А мясо с картошкой, можно? Или с макаронами…»

Ничего этого ему не дали, принесли от Нюси кулебяку с капустой.

Неловкость с кулебякой загладил комплементом. Посмотрел на Михаила Петровича, мерно жующего петрушку, и высказался:

— Лучше выглядишь, Миша. Может, и мне на раздельное питание перейти?

Миша согласился, что может быть стоит.

Кофе (Бьянка в последнее время предпочитала травяной чай) пили в гостиной. Кутепов, в окружении жены и дочери, сидел на диване, я и Назар расположились в креслах напротив, Антон (так и треснула бы Туполева!) по-лакейски замер у двери лифта в холле. С лицом равнодушным, глазами показательно пустыми.

Темы недавнего похищения почти не касались. Назар был недоволен, что не удалось поговорить со мной без свидетелей, — едва он вошел, как его тут же усадили за стол, — что пришлось выдерживать протокольно-чопорный обед субботнего дня, он хмурился и выглядел нелюдимым. Михаил Петрович попробовал увести друга в кабинет на кофе и сигару, но тот отказался, быстро выпил кофе и, достав из кармана очень знакомую связку автомобильных ключей с брелком сигнализации, сказал:

— Софья, я слышал, вам нужна машина? Моя хорошая знакомая сейчас находится в командировке, если хотите, я дам вам на время ее машину. Довольно приличный Нисан. Устроит?

Еще бы меня не устроил мой собственный Нисан.

— А ваша хорошая знакомая знает об этом? — несколько ядовито, спросила я. Смелое распоряжение чужим имуществом, честно говоря, слегка задело.

Яду Туполев не любил и оставил вопрос без ответа. Он поднялся, попрощался с Кутеповыми и, пригласив меня выйти с собой на автомобильную стоянку у дома, направился к лифту. По холлу шагал так, словно вел кого-то к расстрелу.

Большая любительница автомобилей Рената, метнулась, было вслед за нами, но ее остановил окрик отца:

— Рената, вернись! Мне надо с тобой поговорить.

Какое-то время я, Туполев и Антон ехали в лифте молча. На мне была широкополая шляпа Бьянки (косметичка категорически рекомендовала до полного заживления прятать лицо от солнца), шляпа вкупе с домашним брючным костюмом в мелкую полоску и розовые цветочки, смотрелась презабавно, от чего хотелось корчить рожицы в зеркальную стену лифта.

— У тебя веселое настроение? — хмуро спросил Туполев.

— Нет, шляпка забавляет, — созналась я.

— Ну-ну. Уезжать думаешь?

— Нет. — Из-за плеча Туполева я смотрела в зеркало и думала, — может быть, купить такую же шляпку с широкими полями?

— Почему?

— Хочу еще немного побродить, подышать этим воздухом… Что-то здесь не так, что-то происходит…

— В смысле? Вчера ты уверяла следователя, что в доме нет сообщника.

Створки лифта разъехались, мы вышли в вестибюль высотки и продолжили разговор уже на стоянке.

— Когда я это говорила, я еще не знала, что сумма выкупа ровняется сумме, лежащей в сейфе пентхауза. Такое совпадение навевает мысли. И о том, что про деньги знала только жена, можно наплевать и забыть. Это Кутепов думает, что раз он сказал только Бьянке, лишь она одна и в курсе. Поверь мне, «дядя Миша» не умеет шептаться по углам.

— Ты, например, не знала, — уколол Туполев.

— Не знала, — любуясь блестящим боком любимого Нисана, сказала я. — Но я почти не захожу к хозяину в кабинет. Когда Михаил Петрович работает дома, сейф часто бывает открыт настежь. То он что-то оттуда достает, то убирает. Увидеть на полке сейфа несколько пачек долларов в банковской упаковке не очень мудреное дело. Кутепов регулярно выдает Таше на домашние расходы, оставляет сейф открытым и, вообще, режим секретности не соблюдает. О деньгах, я уверена, знала не только жена.

Назар нахмурился, засунул руки в карманы брюк и оперся задом о капот моей машины. Антон, — зеркальное отображение патрона, — стоял рядом, несколько сзади, и глядел на меня в той же степени угрюмости.

— Вы собираетесь настаивать, чтобы я уехала из этого дома? — догадалась я.

— Если бы я наставал, — вздохнул Назар и отвернулся. — Может быть, тебе охрану выделить?

— Не надо, — волнуя поля шляпы, я с удовольствием помотала головой. — Для похитителей я не опасна, я не видела их лиц.

— А если они думают, что опасна! — вспыхнул Назар. — Если в доме нет сообщника, и они уверены, что ты убегала с открытыми глазами?! Видела их убежище, запомнила их лица…

Об этом я как-то не подумала, Назар мог оказаться слишком прав. Невольно поежившись, я надвинула шляпку поглубже.

— Проняло? — усмехнувшись, Туполев сурово глянул под тень полей. — Тебя могут убрать в любой момент, может быть, сейчас ты стоишь под прицелом снайперской винтовки.

— Не надо меня пугать! — взмолилась я.

— Надо! Ты бестолковая девчонка! Садись в машину и уезжай! Ну! — он дернул меня за рукав.

Придерживая шляпу, я задрала голову вверх и посмотрела на крышу высотки. Чье-то неразличимое снизу лицо, свесилось над синими перилами и смотрело на сцену, разыгравшуюся на стоянке перед домом.

— Ты меня рассекречиваешь… — пробормотала я. — За рукав больше не дергай…

— Дура! — вспыхнул Туполев и вырвал из моих пальцев ключи. — Садись и уезжай!

Сигнализация Нисана приветливо пискнула, Назар так разгорячился, что от его крика, вспорхнула стайка голубей, и охранник дома, вышедший на крыльцо с сигаретой, задумчиво посмотрел в нашу сторону и собрался вмешаться.

— Я уеду, — тихо и примирительно сказала я. — Но завтра. Или послезавтра.

— Обещаешь? — в этот момент я пыталась отобрать у Туполева ключи, он отодвигал мои руки и требовал ответа.

— Нет, — честно ответила я. — Но буду над этим думать.

Назар вдруг обмяк, спокойно отдал мне ключи и, с непритворной печалью в голосе, поинтересовался:

— Какой надгробный памятник тебе понравиться? Я могу заказать скорбящего ангела из белого мрамора. Хочешь? — я не ответила, он сделал несколько шагов к своей машине и, не оборачиваясь, бросил на ходу: — На твоей могиле отлично будет смотреться гранитный баран.

Вот, что называется, и побеседовали.

— Хам! — крикнула я спине «карликового олигарха» и обратилась к Антону: — До свидания, Антон. И кстати, передай своему хозяину, что если уж памятник он выбирает по своему усмотрению, то место я называю сама, — и гаркнула, пугая тех же голубей, — кладбище Сент-Женевьев де Буа, обеспечьте, пожалуйста! И гранитного барана не забудьте! — Туполев демонстрировал каменное спокойствие и усаживался в джип. Его охранник, проявлял больше беспокойства:

— Софья, будь осторожна, — попросил он. — Я сегодня заезжал к твоей маме за ключами от твоей квартиры, и мы вместе ездили туда, забрать ключи от Нисана, так вот, мама обижается, что ты редко их навещаешь. Я обещал передать тебе эти слова.