Чтение онлайн

Зелёненькая, это пять червонцев, если я не путаю? Банкнота в три рубля, тоже зелёная, тут просто трёшницей именуется.

— Во сколько, тарищ капитан? — спросил я, мысленно простившись с пятьюдесятью рублями.

Кстати, их придётся снять и надо ещё уточнить, как банк работает в выходные.

— Э-э, Кость, нам ещё на рынок, ты не забыл? — напомнил мне Дима.

— О, — оживился кэп, — я тоже завтра собирался.

— Жена просила, — пояснил он, почему-то повернувшись к Александру Александровичу.

— Так, может мы, это, пересечёмся где-нито? — намекнул Дима.

И то верно, топать сюда на своих двоих час, как не больше. А на такси я разорюсь, вся поездка к Тьме в ноль выйдет.

— А давайте на рынке и встретимся, — решил капитан, — вы во сколько планировали?

Жену капитана Богатырёва звали Евгения. Весёлая, жизнерадостная толстушка, но с такой, приятной, что ли, полнотой. Немного резал слух южный говор, фрикативное «гэ» и ярко выраженное «та» вместо «да», но уже спустя пару минут я привык. Встретились мы на стоянке для машин, где немного подождали капитана и его благоверную возле «Виллиса».

Я стал беднее ещё на полторы сотни с гаком, купив комплект военной формы, самую натуральную армейскую хэбэ, только чуток отличающуюся от той, что была у нас в учебке. Потом нас переодели в «афганки» только не песочной, а камуфлированной, пограничной расцветки. Помню, в первый месяц службы один парнишка из Кемерово спросил у командира отделения, щеголявшего в такой форме:

— Товарищ сержант, а когда нам выдадут кануфляж?

Надо же, тридцать лет, почитай, прошло, а будто вчера было всё.

К хэбэшному комплекту пошли, дополнительно, самые настоящие кирзачи, дёшево и сердито. Глаза загорелись на ботинки типа берцев, причём были явно трофейные, немецкие, для горных стрелков, со специальными армированными набойками на подошвах, которые назывались триконы. «Отриконенные, гляди, на зиму самое то» — уговаривал меня ушлый молодой продавец. Но лишних двухсот пятидесяти рублей у меня не было. Портянки, фляжка и очень важная штука под названием нож.

Запрет на свободное обращение оружия в республике распространялся и на ножи, формально, за любой ножик с длиной клинка больше 10 см можно было сесть на 10 суток. Кроме хозяйственных и туристических, конечно. С хозяйственными понятно, они для дома, а вот туристические ножи, которые весьма напоминали охотничьи, действовало такое правило — в городе их можно было носить в рюкзаке, «в положении, исключающем быстрое извлечение», сиречь на самом дне. Вышел в лес, покопался в мешке, достал ножик, повесил на ремень. Ну, или в карман положил. Нарвал грибов, подошёл/подъехал к городу — опять в рюкзак запрятал. Рюкзака у меня не было, но за два червонца я стал обладателем чудного вещмешка модели «сидор», куда и упаковал все покупки, среди которых была и плащ-палатка. С учётом затрат на обучение стрельбе мне даже беляшей расхотелось, хотя запахи, витающие над базаром, просто сводили с ума. Не выдержал, купил пару, потом кружку кваса, запить это дело. Сплошное разорение.

«Виллис», прыгая не хуже козелка-УАЗа, бодро катил по дороге, Евгения, или просто Женя, сидя вполоборота и немного смущая меня рвущимся наружу содержимым декольте, расспрашивала про жизнь Там. Их с мужем слои были удивительно похожи, хотя и не полностью, возможно, это их и сблизило.

— Ой, мы в школе в Ленинград на экскурсию ездили! — с восторгом воскликнула Женя и, уже не слушая меня, начала делиться своими воспоминаниями.

— А это вообще, что за объект? — спросил я у капитана, когда достиг, по его мнению, приемлемого результата в поражении мишеней.

Дима, хоть и крутился рядом, в повышение своих навыков вкладываться не стал, и терял время исключительно за компанию.

— Это межведомственный учебный центр, — охотно ответил военный, видимо, никакой тайны тут не было, — раньше армейский чисто был, потом решили для всех сделать, чего простаивать-то? В частях свои стрельбища есть, так что разумное решение.

Ну, да, наверное. Заодно частник, как я понял, заглядывает. Не совсем простой. Но оказалось, что пострелять тут может любой желающий, нужно лишь оставить заявку и заплатить за услуги. Деньги, со слов капитана, идут в бюджет. При этом он слегка отвёл глаза, потому что мой полтинник ушёл в бюджет семьи Богатырёвых.

— А вы? На север? — спросил он, в свою очередь.

Это тоже, если и секрет, то Полишинеля, выходит.

— Ага, — не видел я смысла скрывать.

— О! — вроде как с осуждением произнёс кэп. — Первый раз?

— Да, я в первый, Дмитрий, вон, ездил уже.

Капитан глянул на моего приятеля, изучавшего плакаты с изображением внутренностей оружия.

— И чего, не страшно? — задал он вопрос в лоб.

— Да-а, нет, — вполне искренне ответил я.

Мне действительно не было страшно.

— Вы же недавно здесь? — решил уточнить Богатырёв.

Видимо, было во мне что-то, что позволяло безошибочно определить новичка.

— Да, меньше недели, — подтвердил я. — Провалился возле Войкова, но привезли сюда вот.

— Погоди, — нахмурил брови капитан, — а это не ты, случайно…?

— Случайно, что?

Мне стало смешно. Неужели система насквозь дырявая и уже полгорода знает, кто я такой и чего успел натворить?

— Бандерлога ты завалил?

— И бандерлога, и бандитов, — чуть улыбнулся я.

— Нихера себе! — присвистнул капитан.

— Не, ты не подумай, — добавил он, почему-то извиняющимся тоном, — просто, я думал, туфта это всё, разведка сказала одно, комендачи услышали другое. Как было, расскажешь?

Я рассказал. Без особых подробностей, но как оно было на самом деле.

— А я не пойму, — криво улыбнулся капитан, — вроде говорили, ты их из ТТ расстрелял, а тут словно впервые увидел. А так… понятно.

И тут же спросил:

— Ну, и как бандерлог тебе?

— Да никак, — пожал я плечами.

— Вот! А я, когда первый раз увидел, реально чуть не обделался, пистолет в руке ходуном, в глазах тёмно, жуть просто, — поделился со мной капитан. — У нас тогда на пацана такая прыгнула. Я уже второй год тут служил, и только пересекся, а ты… И что, только честно, вообще не страшно было?

— Было немного, — признал я, — но…,

Я решил не говорить, что именно думал в тот момент, про бред и прочее.

— Понимаешь, я просто не знал, что это такое, а собак не любил никогда. Гляжу, что-то прыгнуло, думал собака, ну и огрел трубой. Потом да, вроде как жутко стало, особенно когда ОНО заверещало. Ну я и заткнул, значит, железякой по башке. А остальных уже бандиты завалили. Наверное, если бы не они, хана бы мне.

— Да-а, — пробормотал кэп, — вот оно как бывает. Ну, давай, удачи вам там.

Он мне руку:

— Меня Сергей зовут.

— Костя, — я крепко пожал её в ответ.

Следующая неделя пролетела незаметно. Вроде бы даже на работе не так стал уставать, втянулся, типа. Заметил, кстати, что молчун Андрей старался вести здоровый образ жизни, не курил, в пьянстве не был замечен, и даже бегал по утрам. Заметил я это не сразу, но как-то был разбужен какими-то шорохами и резким запахом пота, не свойственным нашему жилищу. Ну надо же, может и мне тут чем-то подобным заняться? И вообще, тут есть, я не знаю, качалки или секции какие-нибудь? Раз здесь человек больше должен полагаться на себя и свои силы, надо эти силы немного улучшить. Качественно. А то я до сих пор слегка задыхаюсь, когда с Димой отправляемся куда-нибудь, а машина, я так понимаю, пока остаётся только мечтой.