Чтение онлайн

– Короче смотри, - повернулся ко мне Дима, - тут наверху есть магазинчик, шмотки, ну и прочее, затариваемся там, вещи Сашке, тебе бабки. По ассортименту как и везде, по ценам...ну, на базаре подешевле можно найти, или в госнике, но у тебя же горит, так?

Так. Горело. Возможность увеличить свой капитал на 480 рублей перевесила вероятные потери на разнице цен, к тому же и вариантов у меня не было. Спустя полчаса я стал обладателем странного вида штанов типа "карго", только без накладных карманов на бёдрах. Явный самострок, из какой-то ткани цвета хаки, весьма напоминающей брезент, но тоньше и легче. Поло сменила полосатая футболка с длинными рукавами и вырезом на шнуровке, в такой, по-моему, и играли в футбол тогда, а на ноги я нацепил самые натуральные сандалии. Вид был до слёз нелепый, но, как я уже понял, это и была местная мода, сформировавшаяся в условиях необычайно скудного ассортимента. Дима, к слову, выглядел почти так же, только штаны у него были светлые, словно из некрашеного льна, а футболка была не полосатой, а белой, с выцветшей синей полосой на груди и логотипом футбольного клуба "Динамо". Весь обновлённый гардероб встал в сто тридцать целковых. Кстати, тут я узнал, что червонцы бывают достоинством в один, три, пять и десять. И на всех лик Ильича, а отличаются они только цветом, ну и номиналом, разумеется. Надо же, а я думал, на сотне репа Сталина будет красоваться.

Кроме обновок Дима посоветовал мне купить пару трусов и маек типа "алкоголичка", но я отказался от них, по причине бесполезности этой детали одежды. А вот труселя, тёмно синие, копия как у нас в армии были, взял, по двадцатке, дорого вроде, но посмотрим. Кроме белья, я, по настоянию Димы, купил большое полотенце, в "госниках" такие не продавались, а душ принимать надо, шлёпанцы из дерматина, тоже нужно, согласен, ну ещё пару-тройку мелочей. Все покупки сложили в сумку, купленную здесь же, брезентовую, но фасон явно из другой эпохи. Я бы предпочёл рюкзачок, типа как молодёжь таскает, в моём слое, в смысле. Но тут их, почему-то не было вообще.

– Ну чего, обмыть?
– Дима щёлкнул пальцем по горлу и оно отозвалось неожиданно гулким звуком, словно у него там была пустота, а не плоть.

– А, давай, - махнул я рукой.

Гулять так гулять, я сегодня при деньгах.

– Знач смотри, - работал за гида Дмитрий, - с нашими рожами не в каждое заведение пустят, но и себя уважать надо. Рюмочные или пивные, это для котья, ты, вроде не из таких, нет?

Нет, я был не из таких.

– Вот и я не на помойке себя нашёл, в чебуречные тоже не ходи, раньше нормальные были, но сейчас все Алискер, он же Алик, под себя подмял, кормят дерьмово, изжога замучает. Вообще всё кавказское, - он произнёс это слово с акцентом - "кауказское", - стало совсем шнягой. Посему, наш выбор это Пельменная номер один!

Эту фразу Дима выкрикнул, нисколько не смущаясь прохожих, и протягивая руки к вывеске, на которой допотопным шрифтом было написано "Пельменная N 1".

– А есть два и три?
– спросил я, задержавшись у входа и приглашая жестом зайти моего нового приятеля первым.

Он, в свою очередь, предлагал сделать это мне.

– Нет, - это был ответ на мой вопрос, - есть просто пельменные. Но эта - лучше. Привет Зинуль, места есть?

Зинулей оказалась весьма пышнотелая, но невысокая блондинка чуть за двадцать пять, одетая в тёмно-синюю юбку, белую блузку, белый фартук и белый же головной убор, названия которого я не знал, но определил для себя как "кокошник".

– Не Дим, тока если подсаживаться к кому-то, - ответила официантка, стрельнув в мою сторону глазками и ловко протиснувшись между двумя стульями, приподняв над головой поднос с тарелками.

– О, видишь!
– победно заявил Дима.
– Аншлаг. И так каждый день. Народ рублём голосует. Так, ща решим.

Он встал у входа в зал примерно на десять столиков, три из них стояли у окон и вмещали лишь по три человека, остальные же имели по стулу с каждой из сторон.

– О, пошли, - ткнул он меня кулаком в бок.

И решительно направился к дальнему столу, за которым сидело двое - мужчина может чуть младше меня, и очень молодой парень, от силы лет восемнадцать, как я прикинул.

– Привет, мужики, - поздоровался Дима с обоими, - мы присядем?

– И тебе не хворать, - ответил старший, отодвигая стакан с чем-то красным.

– Вот, знакомьтесь, - представил нас Дима, - это Костя, вчера провалился. Это братья Черепановы, отец и сын.

– Это как?
– спросил я, протягивая руку старшему и лихорадочно соображая, может ли быть такое с учётом фактора "множественной вселенной".

– А вот так, - успел произнести Дима, перед тем, как мужик представился:

– Максим.

– Максим, - пожал мне руку второй.

Я поиграл взглядом в пинг-понг, ища сходство в лицах, но особых совпадений черт не увидел. Старший был уже с плешью, сияющей среди русых и довольно редких волос, с крупноватым носом в красных прожилках, и причудливо искривлёнными мочками ушей. У младшего ушей под копной курчавых волос видно не было вовсе, нос был тонким и слегка "ястребиным", губы тоже тонкие, особенно, почему-то, выделяющиеся на фоне небольшой, куцей бородки. Вообще, старший был явно славянских кровей, а вот "сын" имел в предках кого-то с Ближнего Востока или Кавказа.

– Оба Максимы, оба Сергеичи, оба Черепановы, оба провалились из Твери, в один день, час и минуту.

– Да ладно?
– подивился я.
– Так вы..?

– Не, не родственники, мы из разных слоёв, - ответил старший.

– Что будем заказывать, мальчики?
– требовательно спросила у меня над ухом Зина, возникшая слева, откуда у меня наименьший обзор.

– Так пельмешек!
– воскликнул Дима, и посмотрел на меня.

– А что ещё есть?
– я поискал взглядом меню, но не нашёл.

– Пельмени, вареники с вишней, салат, - скороговоркой выпалила Зина.

– Салат с чем?
– уточнил я.

– Салат с огурцами, - последовал недовольный ответ.

– Новенький, что ля?
– повернула официантка голову в мою сторону, и тут же набросилась на моего спутника, - Ди-им, а чево не объяснил человеку? Я тут одна, меж прочим, а вас вона скока!

– Да всё, всё Зинуль, успокойся, ща всё сделаем, - примирительно поднял ладони Дима.

– Давай по пельмешкам, по салатику, мне со сметаной, тебе с чем?
– спросил он у меня и, предупреждая мой очередной вопрос, пояснил.
– Подсолнечное масло или сметана?

– Масло, - выбрал я.

– Так, пить чево будети?
– поторопила нас официантка.

– Водочки? Да?

Пить мне, если честно, не очень хотелось, к тому же я не любитель водки. Вискарика бы накатил, но Дима же ясно сказал, что обмыть.

– Соточку только если, - обозначил я рамки и добавил, словно извиняясь.
– Завтра на работу.

– Два по сто, морсику на запивочку, вы как мужики, присоединитесь?
– поинтересовался Дима у мужиков.

"Братья" переглянулись и синхронно кивнули головами.