Чтение онлайн

Мужичонка тарахтел как трактор, видимо опасаясь, что его выставят за порог. В общем-то, может, и стоило бы. Псих — читался на наших лицах его диагноз.

— Меня убили. Жена и ее брат. Пожалуйста, выслушайте. Следствие приостановлено уже год, а я могу рассказать, как покарать виновных.

— Ну-ну, мужик, ты не стремайся, проходи! — Рыжий похлопал, точнее, попытался похлопать ночного гостя по плечу. Рука провалилась в пустоту. Мы впали в ступор.

— Ну теперь-то вы мне верите?! — возопил посетитель.

Ага, верим.

Верим, что сходим с ума. Надо ж нам было на этот Китеж ехать смотреть. А теперь призрак в стиле 4G. Что дальше? «Скворечник»?

В это время мужичонка как-то незаметно переместился с нами на кухню и, усевшись на табурет, начал рассказ. Оказывается, чуть больше года назад его действительно убили. Убил наемный киллер по заказу жены.

— Да, — рассказывал он, — я не был праведником и выгнал жену из дома, но я не мог поступить иначе. Я закодировался, а она продолжала пить. Сын от рук отбился и воровал, а я устал его отмазывать. Я купил квартиру и отселил его туда, а его мать, моя жена.

— Народ, а это кто? — В проеме кухни стояла сонная Йолка. — Вы на кой его сюда притащили?

— Йола, это призрак. Призрак, это Йола, — как-то несколько истерично хихикнув, представила я их друг другу.

— Какой, на фиг, призрак? Ребята, вы перепились, что ли? Кто это?

— Ну вот, так всегда, — пробормотал мужик. И начал истаивать в воздухе.

— Круто. Нет, вы это видели?

— Видели, Йолка, видели и даже общались. — Рыжий запустил руки в шевелюру и провел от лба к затылку. — Ипо ходу мы все сходим с ума! Иначе я просто не представляю себе, как объяснить то, что мы видим одни и те же глюки! Все, давайте спать, а завтра с утра — в церковь за святой водой, потом свечки ставить и что там еще надо.

Уснули мы, как вы представляете, не скоро. Утром, разбитые от недосыпа уже третьи сутки, мы выскреблись из кроватей, позавтракали, залезли в Интернет, нашли ближайший храм и отправились туда. Там оцепили батюшку и рассказали ночную историю.

Оказалось, что — таки да, было такое чуть больше года назад. Убили мужика, заказали жена и сын. И одна, и второй, и исполнитель сидят по разным зонам, а квартиру сдает агентство, и только посуточно, потому что никто там жить не может. Практически каждую ночь приходит невинно убиенный. И чистили эту квартиру, и кадилом махали, а все без толку — ничего не помогает:

— Вы дверь ему не открывайте, — посоветовал нам батюшка, — он и уйдет вскоре.

В общем, ночью история почти что повторилась: звонок — мужик — аут. Звонок мы отключили, дверь не открыли. Спали спокойно, а на следующий вечер, отдохнув и отоспавшись, пошли прогуляться по городу.

Мы с Китой брели по старым улочкам, пили портвейн «Алушта» и вспоминали юность, как мы занимались любовью в каком-то углу двора Дома журналиста, как в 1998 году темным утром примчались на канал Грибоедова, где была убита Галина Старовойтова. Как перед балом журналистов придумали для всех его девиц байку, что мы поженились, и все в нее поверили. Многие работники Союза журналистов до сих пор вспоминают эту историю.

Бредя по тротуару, мы вдруг услышали мерные звуки: скрип-скрип. скрип-скрип. скрип-скрип. Ничего необычного: мимо нас проезжали открытые кареты и возки, в каких катают туристов.

— Может, покатаемся? — предложил Рыжий.

— А давай! Помнишь, как я на своей первой свадьбе по Дворцовой площади на лошадке круги нарезала, а Эдик боялся на лошадь сесть?

— Помню, амазонка. Давай тачанку ловить. — И Кита притормозил один из возков, просто схватив лошадку под уздцы.

— Пшел вон, холоп! — крикнул вдруг возница.

— Ты чего, мужик, — поразился Кита, — охренел совсем? Стой, тебе говорят, мы кататься хотим! Танюш, давай забирайся в карету. — Кита распахнул дверцу и, закинув меня внутрь, заскочил следом. — Оп-па. извините, мы думали, что экипаж свободен, - растерянно протянул он.

Напротив нас сидел странный господин. Иначе назвать его было просто нереально. Он был одет в камзол. Да-да, был именно в камзоле, в парике, а в руках держал табакерку и с недоумением пялился на нас. Впрочем, как и мы на него.

— Ви кто и что делайт в мой карета?

— Хм. — Никита почесал затылок и повернулся ко мне: — Танюш, а круто тут туристов встречают. Потом посмотрел на актера: — Скажите, а сфоткаться с вами можно? И какой маршрут для туристов?

Ряженый посмотрел на нас дикими глазами и опять холодно повторил свой вопрос:

— Ви кто и что делайт в моей карета?

— Блин, мужик, хорош прикалываться, сколько поездка на тачанке стоит? — Рыжий уже начинал закипать. Меня тупость «экскурсовода» тоже стала бесить.

— Семьёй! Стоять! Пошли вон, холопен! — Это уже нам.

Ага, сейчас! Кит и так был на взводе, а теперь вообще взбесился:

— Ты кто, мужик? Тебе карету доверили, чтоб туристов развлекать. Вот и развлекай! А этот спектакль достал!

С гидом стало твориться что-то странное. Он открывал рот, будто не мог вдохнуть воздуха.

— Да кто ви такие, черт вас возьми? Как ви позволиль себе сесть? Вон отсюда! Вег!!!

— Вот придурок, — пробормотал Кит. И вдруг двинул истерику в челюсть. — Всё, успокоился, болезный?! Давай до проспекта Октября мухой! Быстро, сука, давай подгони своего извозчика! Биррон, бля, выискался. Актер, на. — Рыжий взбесился по-крупному.

— Бирон? Ти сказаль — «Бирон»? — Мужик вдруг воспрянул и схватил Кита за футболку:

— Тебя Мартемьяно послаль шпийонить?

— Кита, давай-ка спрыгнем. Он псих. Сами до дома дойдем.

— Ти сказаль — «Бирон». Откуда ти меня знайт? — Мужик в парике оказался настойчив.

— Да отцепись ты! — Кит оторвал его руки от своей футболки. — Что значит «откуда»? Ну Бирон, жил он тут несколько лет, потом опять в Питер вызвали и затем герцогом в Митаву назначили.

— Герцогом? В Митаву. В Петербург позвали? Майн Готт, где я сейчас? Я думаль, что в ад. Кто ты? Петер? Пауль? Повозки рычат, девки голий, лавки стеклянний — где я?

— Танюш, по ходу, ты права. У тебя мобильник работает? Похоже, и правда псих.

Нам бы соскочить. Так, пока мы несемся, это нереально, поломаемся на фиг. Ты не помнишь, как Бирона звали?..

— Эрнст Карлович.

— Ага. Эрнст Карлович, а куда спешим-то? Может, остановимся, прогуляемся по скверику какому?

Бирон, или актер, поднял голову и, зыркнув на Никиту, сказал совершенно по-русски:

— Какое уж гулянье, охранка везде. В Митаву, говоришь?.. Ну и то неплохо.

Мы переглянулись с Рыжим и поняли, что мозг уже кипит — прыгать отсюда надо.