Чтение онлайн

Переключился свет, и мотоциклы разъехались в разные стороны, когда мы проезжали, а затем «Мондео» развернулся, остановив движение. Таксист увидел суматоху в зеркало заднего вида. «Некоторые люди готовы на всё, лишь бы избежать платы за въезд в центр города». Он рассмеялся собственной шутке, а Сьюзи задумчиво кивнула и откинулась на спинку сиденья.

Через десять минут мы столкнулись с контрольно-пропускным пунктом, частью стального кольца вокруг города. Вооружённые полицейские стояли рядом с двумя машинами с мигалками. Таксист запрокинул голову. «Не волнуйтесь, мы здесь сворачиваем. Но всё идёт, не так ли? Интересно, что происходит?»

Сьюзи покачала головой. «Понятия не имею, дорогая. Ты всегда так делаешь, да?»

«Иногда так, иногда нет. В последнее время это просто лотерея. Я сам виню этого психа с мусорным баком, понимаешь, о чём я?»

Водитель усмехнулся, сворачивая на Каукросс-стрит, и я увидел впереди станцию метро «Фаррингдон». Клеркенуэлл был в последнее время излюбленным местом. Все старые склады были превращены в лофты для городских жителей, всего в нескольких шагах от их офисов на Сквер-Майл, а в каждом втором магазине был бар.

Мы расплатились с такси у станции метро. Где-то здесь был «Старбакс».

«Источник будет одет в синий костюм поверх белой рубашки и будет держать в правой руке газету Evening Standard, — рассказал нам «Да-мэн». — На левом рукаве у него также будет чёрное пальто».

Сьюзи спонсировала встречу. Она сидела в «Старбаксе» и пила кофе; перед ней на столике лежал сложенный экземпляр «Индепендент». Источник должен был подойти к ней и спросить, знает ли она дорогу к поместью «Голден Лейн». Сьюзи отвечала, что нет, но у неё есть адрес AZ. После того, как она свяжется со мной, она звонила по телефону и просила меня зайти.

Станция Фаррингдон представляла собой старое викторианское здание с небольшим киоском, где продавались газеты, порножурналы, статьи «Частный детектив» и тому подобное. Я подождал, пока Сюзи раздобудет себе «Независимую». Каукросс шёл немного в гору и был довольно узким, словно построенным для лошадей и повозок. Там всё ещё было многолюдно, в основном из-за торговцев облигациями, которые не хотели возвращаться домой. Среди модных фасадов виднелись угловые магазинчики, индийские закусочные на вынос, сэндвич-бары и парикмахерские, словно гнилые зубы в безупречном наборе, – все ждали, когда арендодатели поднимут арендную плату настолько, что больше не смогут стоять на своём.

Я заметил вывеску «Старбакса» чуть дальше по Каукроссу слева. Источник должен был подойти со стороны вокзала и по той же стороне улицы. Он должен был перейти дорогу на перекрёстке с Тёрнмилл-стрит, примерно в пятнадцати метрах выше по склону. На противоположном углу находился паб под названием «Замок», который выглядел так, будто стоял там ещё со времён Джека-потрошителя, и не будет существовать, когда все эти хромированные и дымчатые дворцы удовольствий рухнут. Наша кофейня находилась в тридцати метрах от него.

Сьюзи взяла меня под руку. «Видишь?»

Я кивнул. На Тернмилл-стрит, похоже, ничего особенного не было, кроме длинной высокой стены, тянувшейся вдоль железнодорожных путей.

Мы перешли дорогу. Паб был полон портфелей, плащей и смеющихся людей. Если бы нам понадобились места, то они были бы у окна, откуда открывался хороший вид на дорогу.

«Старбакс» выглядел совершенно новым и почти таким же, как в Джорджтауне, с сочетанием кожаных и деревянных сидений, диванов и низких столиков. Он был заполнен примерно на четверть. Лестница вела вниз, туда, где, как я предполагал, должно было быть ещё несколько сидений и туалеты. За стеклянными дверями в дальнем конце виднелось несколько комплектов блестящих металлических стульев и столов, которые, судя по всему, были двориком. Несколько входов и выходов. Идеально. Либо это одно из постоянных заведений «Фирмы», либо источник знал своё дело.

Мы спустились по переулку, который выходил на большую мощёную площадь. Там было несколько невероятно модных баров с кучей нержавейки на улице, а слева — зона отдыха «Старбакса».

Сюзи подняла на меня взгляд, словно уже решила, что хочет на ужин, и я был в меню. «Если до твоего прихода всё обернётся плохо, я выйду этим путём. А потом — кто знает?»

Я обнял её. «Тогда нам лучше убедиться, что двери открыты, да?»

Пока мы там стояли, почти сразу же вышли две пары. Сьюзи обрадовалась: «Вот и всё. Как только я выйду из зоны, я позвоню».

21

Мы вернулись на станцию Фаррингдон и заказали себе по чашке чая в баре, где продавали супы и сэндвичи. Прислонившись к стене снаружи и делая глотки, мы неспешно осматривали окрестности. Сьюзи нежно прикусила край полистиролового стаканчика, оставив на нём узор, очень похожий на шрам, который когда-то оставила на моей руке немецкая овчарка. Она не отрывала глаз от дороги, слегка повернув стаканчик в поисках нового места для жевания. «Не вижу ничего, что могло бы нас беспокоить. А ты? Видел кого-нибудь с глазком в «Ивнинг Стандард»?»

Она была права: никто не особо старался выглядеть нормально. Большинство людей сидели, опустив головы, думая о возвращении домой.

«Нет, но я всё равно ненавижу встречи с источниками. Честно говоря, я ненавижу источники, и точка. Независимо от того, на чьей ты стороне, они кого-то предают, и от этого у меня мурашки по коже между лопаток».

Она сделала ещё глоток, не отрывая взгляда от улицы. «Но мы же не можем без них обойтись, правда? И нам же не обязательно приглашать их на ужин, правда?» Она взглянула на часы, а я – на свои. «Осталось двадцать. Лучше поторопись, иначе ты не получишь этот напиток, правда?»

Она повернулась ко мне и улыбнулась, надевая гарнитуру. Я нажал на быстрый набор телефона, дважды нажал кнопку «решётка» и поднёс его к уху. Она ответила ещё до окончания первого гудка: «Связь есть».

Я прислушался и услышал на заднем плане успокаивающий писк. «Тогда увидимся позже. И не делай неприличных предложений незнакомым мужчинам». Я быстро поцеловал её в щёку и ушёл.

Я выкинул остатки кофе в мусорное ведро, перешёл дорогу и пошёл к «Замку», вставив наушник у входа. Сьюзи обогнала меня на противоположной стороне тротуара, направляясь в «Старбакс».

Сигаретный дым клубился под потолком паба, полного радостных, шумных людей, отдыхающих после рабочей недели. Галстуки у мужчин были развязаны, а помада у женщин почти вся осталась на очках. Я встал в очередь у бара, чтобы заказать колу, а затем протиснулся сквозь толпу к окнам, выходящим на перекрёсток Тернмилл. Музыка гремела, смех и разговоры заглушали фоновый шум в наушниках, но зато мне открывался фантастический вид на дорогу до вокзала, а затем и до Фаррингдон-роуд.

Я услышал визг и хлюпанье кофемашины. «Алло, ты меня понял?» Я вжал наушник глубже. «Ты меня слышишь?»