Чтение онлайн

Бранн, поцокав языком, отпускает меня и ленту, лежащую у его ног пылающими кольцами. Она вытягивается, распрямляется обратно в струну.

А я перепрыгиваю на Дея. Уф, аж голова кругом.

— У тебя, видно, сильный поручитель, раз ты суешься к цветку папоротника, — щурит холодные глаза неблагой.

— Поручитель? Какой поручитель? Нет у меня никакого поручителя!

Какие-то правила неблагих, о которых нам неизвестно. И похоже, правила серьезные, раз Бранн не только приподнимает брови, но и стрижет острыми ушками.

— Ох ты, благой-благой! Ты же утонешь еще в Хрустальном море без поддержки неблагого королевской крови. Возвращайся откуда пришел.

Равнодушия уже нет, непонимания — целое болото. Дей злится, рычит, а Бранн продолжает:

— Что, Майлгуиру маловато показалось четырех волшебных предметов, он захотел средоточие магии? Сына не пожалел?

— Отец пытался запретить мне!

— Тогда что тебя занесло сюда? Гордыня, беда всех благих?! Подвигов захотелось, как у древних богов? Объясни мне, неблагому! Почему ты прешься по нашим и вашим землям, пугая все живое и не разбирая дороги? Думаешь, мне тут мало покойников, еще и благих хоронить?! — и смотрит зелеными глазюками в пол-лица.

О, я знал, я знал, чей это взгляд! Не он ли заманил нас на маковое поле?

— Что сподвигло тебя нарушить законы вашего двора и правила волков?

Дей открывает медальон.

— Она.

Я тоже смотрю, я подзабыл, какая ты, моя госпожа. На островке посветлело от твоих волос, а призрачные огоньки болота словно загорелись ярче.

— Алиенна, принцесса Солнца, — читает Бранн тонкую вязь. — Она… — ши замирает, вглядываясь в рисунок.

— Она прекрасна.

— Вы все-таки слепцы, благие. «Прекра-а-асна»! — дразнит он Дея. — Доброта, чистота, ясный огонь.

— Она умирает, — глухо выдыхает Дей, едва сдержав рычание в горле.

— Сколько вы были вместе?

Дей защелкивает медальон, сжимает его в руке.

— Одну ночь… И всю жизнь.

— Ладно! — хлопает себя по бедрам Бранн. — Не думал я, что вновь… До дворца путь неблизкий. Я провожу тебя.

— А как же твое болото?

Трясина булькает за границей островка, словно понимает, что говорят и думают сейчас о ней. Мне кажется, она хочет отомстить за своих Деток. Бранн приглядывается к трясине, к серому горизонту тревожно и беспокойно. Уголки длинных губ снова загибаются вниз, он хмурится и молчит.

Не нравится мне это, мой Дей, ой как не нравится! Мой Дей нетерпелив. Как и всегда. Ох уж эти волки.

— Мне нужно идти дальше! Ты видел! Я срочно должен попасть к Неблагому двору!

Дей расправляет плечи и опускает левую руку на кинжал. Бранн, однако, не оборачивается, не сводит глаз с Трясины, отвечает умиротворенно:

— Я помню, Дей, я видел, я знаю срочность твоего дела. Сегодня воздух другой, что-то изменилось. Будь так добр, не сходи… — застывает на месте, что-то углядев вдалеке.

Но тут нога волка касается первой кочки, болото выдыхает ровно и все пузыри на поверхности лопаются одновременно.

— …с острова, — произносит Бранн и оборачивается. Приподнимает брови, будто говоря: «Так сложно было дослушать?» — прихватывает моего волка за рукав и подтягивает обратно на остров так же спокойно.

— Она нас видит. Приготовься, просто Дей, мы разбудили что-то небывалое.

Трясина оживает в ответ. Бурлит, шевелится, ворчит. Просто всемирная клоака, а не болото!

— Что это? — щурится Дей, втягивая воздух.

— Небывалое, мой друг, это как раз-таки небывалое!

Бранн обретает резкость движений и кидает в огонь все дрова, что лежат рядом. Пламя взлетает в два роста ши. Оголяет меч, кривой и волнистый, а в другой руке зажимает горящую палку, вчера служившую кочергой.

Мой Дей становится рядом, с шорохом вытягивает из-за плеча отцовский двуручник. Ровный, как солнечный луч, клинок самого Нуаду. Я знаю, да, отец передал его, когда Дей уехал на границу с фоморами, на войну-которая-мир.

Трясина слитно и злорадно выдыхает, эхом слышится вздох Бранна: неблагой хранитель этих земель изрядно обеспокоен. Зато благой хранит веское молчание! Сражается он великолепно, а болото страшным противником не считает.

Мой Дей ещё очень-очень молод.

Когда ожидание становится невыносимым, болото возле островка вспучивает — на берег выметываются, гибко скользя гладкими боками, какие-то… корни? Их встречают мечи неблагого и волка.

Мой Дей, тебе тоже стоит обеспокоиться, болото не собирается сражаться честно! Один корень тянется со спины, его отсекает меч Бранна, на землю льется коричневая жижа, конечность извивается, старается дотянуться до цели. Прижженная палкой — отдергивается, над болотом проносится потусторонний вой.

Ох, мой Дей, думаю, даже если спросить у хитрого Финтана, все знающего о своем Лесе, он скажет, что деревья не кричат. Неблагой двор сильнее отличается от Благого, чем Дом Волка от Дома Леса.

Вслед за длинными корнями-лианами, которые оба ши — благой и неблагой — рассекают клинками, на островок лезут головы? Тела? Плечи? Стволы?

Я не знаю, мой Дей, я никогда такого не видел, прости-прости, шкурка греется сама собой!

Коряги очень живучи! Бранн толкает ногой головешки, они раскатываются, не касаясь ши, но не давая наседать корягам. Подвижные гнилушки переваливают свои тела все ближе, а их щупальца все быстрее атакуют ши, словно утвердившись на сухой почве. Но наталкиваются, напарываются телом на огонь, даже слишком живой для этого места огонь, и воздух наполняется визгом.

Дей морщится, а Бранн вздрагивает спиной: он явно хуже переносит этот нестерпимо высокий звук.

Волк обрубает щупальца, добирается до одного из тел, рассекает на две половины. Они растекаются, едко дымясь, разбрызгивая жижу, заменяющую им кровь. Бранн кашляет от дыма, глаза его слезятся, но кривой меч почти не теряет скорости и точности.

От его очередного удара одно из щупалец плюхается на плечо Дею. Прямо на меня! И тут же, шипя, падает наземь, обжегшись о мою спину. Я тоже могу помочь! Да, мой Дей, прости-прости! Я помню про нашу цель, я больше не буду лезть, это он сам!

Когда коряги, нашедшие брюхом угли, останавливаются, волк хочет добить их, но Бранн обессиленно хватает Дея за рукав: едкий злой дым из тел чудовищ действует на него гораздо сильнее, чем на волка. Может быть потому, мой Дей, что неблагой уже достаточно долго живет на этом отравленном болоте.

Дей, придерживая неблагого, досадливо обрубает самые длинные щупальца, подталкивает к ним угли. Поворачивает Бранна, усаживает его, отирает лицо тряпкой и поливает водой из своей фляжки — водой чистой, взятой далеко от злосчастного болота.